Повернув голову, увидела ту самую рыжую деваху. Она встала рядом, посмотрела на меня и спросила:

– Спасаем?

– Придется резать, распутать этого дурня не выйдет, – я достала из кармана брюк складной нож.

«Дурень» испуганно дернулся и затих.

– Согласна, – кивнула она. – Но как туда попасть? Ствол гладкий, а ветви слишком высоко. Или ты умеешь левитировать?

– Ничего такого я не умею, – поморщилась я и оглянулась на группу. – Ребят, кто-то хочет помочь?

Помочь захотели все, и не удивительно, ведь драконы были главным фетишем норрофиндцев.

Я отобрала троих, самых крепких на вид, парней и попросила встать друг на друга вплотную к стволу, а затем полезла по живой лестнице вверх, пока не оказалась на плечах последнего. Однако до ветки, за которую я могла бы уцепиться, дотянуться не получалось.

– Эй, кто-то уже знает заклинание перемещения? – поинтересовалась рыжая.

К ней подошли несколько одногруппников. Она принялась что-то объяснять, указывая на меня. А затем крикнула:

– Постарайся не шевелиться, Вин!

Я бы ответила что-то вроде: "Может, не надо?", но было стыдно перед безропотно держащими меня на плечах парнями.

Ощутив, как неведомая сила дернула вверх, я в панике зашарила руками по коре, на которой, как назло, не было ни единого сучка. Ударившись головой о ветвь, ухнула вниз и увидела, как еще несколько человек из группы подняли руки, направляя в мою сторону раскрытые ладони. Меня снова подбросило, и я успела ухватиться за ветку и подтянуться. Балансируя, встала на ноги, достала и раскрыла нож, и потянулась к висящему прямо надо мной дракусю. Лезвие блеснуло на солнце. Дракусь жалобно заблеял и задергался.

– Ну-ка, тихо, мышастый! – сказала я строго, как говорила козлящей Зорьке, и принялась разрезать стяжки. – Не мешай тебя спасать!

Дракусь перестал дышать, лишь косил оранжевым глазом, как бешеная лошадь. Стоящие внизу одногруппники следили за нами, тоже затаив дыхание, и едва успели разбежаться, когда последняя стяжка, удерживающая серую тушу, лопнула, и дракусь… рухнул на меня. Ветка, на которой я стояла, с треском обломилась. Мы втроем полетели вниз.

«Мне конец!» – подумала я, потому что, если на вас приземляется что-то размером с теленочка – вам точно конец!

Полет длился долю секунды. Примерно посередине пути дракусь затрепетал отростками крыльев и бешено завертел хвостом, в результате чего переместился вниз. Когда мы упали, я впечаталась в его толстенькое брюшко, подскочила на нем, как на батуте, затем съехала, как с горки, попой на землю, целая и невредимая. И увидела длинные ноги в щегольских черных брюках с идеально отглаженной стрелкой.

– Что здесь происходит?

Голос прозвучал над головой подобно раскату грома и заморозил, как ледяной ветер.

Мой взгляд скользнул снизу вверх. Передо мной стоял высокий, черноволосый мужчина с резкими чертами лица. Шикарная стрижка на полудлинные волосы, шелковый черный шейный платок, в котором переливался крупный бриллиант в навершии булавки, идеально сидящий костюм и рубашка цвета мака, росшего у нас в огороде, заставили проглотить язык. Такого шикарного дядьку я встречала впервые!

– Ваше имя? – рявкнул он, и я, вскочив и машинально вытянувшись по струнке, отрапортовала:

– Курсантка Эрроч Вин.

И только после этого осмелилась посмотреть ему в глаза, мимолетно удивившись их яркой зелени.

Незнакомец неожиданно издал такой звук, будто подавился. Его рука машинально метнулась к сердцу. Однако спустя мгновение на узких губах заиграла нехорошая улыбка, и я услышала:

– Вы только что нарушили массу правил академии, курсантка Эрроч.

– Но я…

– Сломали дерево, повредили иллюминацию, организовали несанкционированное сборище студентов и, наконец, едва не навредили дракусю!

Я не собиралась вредить дракусю! Однако, оглядевшись в поисках доказательств, я их, точнее его, не нашла. Дракончик смылся, оставив меня разбираться самостоятельно. На всякий случай завела руку с ножом за спину, чтобы мужик его не увидел.

– Эй, она его спасала! – услышала я.

Рядом со мной встала рыжая, и вместе с ней подтянулись остальные.

– А ваше имя? – недобрым голосом спросил незнакомец.

– Курсантка Гастингс Дарлинн, – ответила рыжая.

Ну вот, теперь хоть знаю, как ее зовут.

– К ректору не дозволяется обращаться «Эй!», – сообщил мужчина.

Мы с Дарлинн переглянулись, синхронно разинув рты. К ректору? Вот же!..

– После собрания обеим явиться в мой кабинет вместе с куратором! – рявкнул он. – Если вы продолжите в том же духе, как сегодня, обещаю сделать ваше обучение в нашей академии очень увлекательным!

И, развернувшись на каблуках узких щегольских ботинок, он пошел прочь, прямой как палка.

– «Если вы продолжите в том же духе…» – показав ему вслед язык, шепотом передразнила рыжая и протянула мне руку: – Зови меня Дарла. Раз уж вместе будем драить унитазы, лучше представиться.

– Вин, – я пожала протянутую руку и повернулась к одногруппникам: – Ребят, спасибо за помощь! Без вас я бы не справилась.

Все заулыбались и зашумели. Дальше мы шли, обсуждая произошедшее. Одногруппники, уже знакомые с живыми драконами, первые из которых вылупились пятьдесят лет назад, рассказали, что дракуси, действительно, бывают удивительно неуклюжими, несмотря на врожденную скорость и быстроту реакции. Мол, ученые, которые их исследуют, считают, что это происходит из-за отсутствия воспитания со стороны взрослых особей. Дракуси вынуждены всему учиться сами, люди, даже при желании помочь, не могут дать им того, что дали бы родители.

После этой информации я перестала злиться на спасенного дурня. У меня умерла мама, а он с самого рождения не знал ни мать, ни отца! Круглый сиротинушка, получается. Еще и другие дракуси, похоже, его обижают. Надо узнать, чем питаются драконы и предложить ему сосиску из столовой. Вдруг понравится?

Мы покинули двор и вошли во второй корпус. Как я потом узнала, портал располагался на минус первом этаже первого учебного корпуса, на других этажах которого находились: лазарет, оранжерея, лаборатории и залы для практических занятий. Студенты проживали во втором корпусе, где также размещалась столовая и спортивные залы, и в четвертом, так называемом административном корпусе, который занимали библиотека и жилые покои преподавателей. В третьем располагались хозяйственные службы и обслуживающий персонал.

Войдя в здание, мы столкнулись с куратором. Сноворс ждал, стоя у окна и сложив руки на груди.

– Что-то вы припозднились, Эрроч, – сказал он, увидев нас. – Заблудились?

– Не совсем, куратор, – мрачно сказала я. – Ректор – не знаю его фамилии – ждет вас у себя после общего собрания.

– Не понял?! – изумился Сноворс.

– Вас, меня и студентку Дарлинг, – уточнила я.

Куратор посмотрел на нас с интересом.

– Ректора зовут Зирч, Кассандр Зирч, – пояснил он. – Если он вызывает нас, значит, вы провинились. И когда успели?

Однако, заметив, как вытянулись наши лица, махнул рукой:

– Не переживайте! Не верю, что вы сотворили что-то прямо ужасное! Разберемся. Эрроч, разведите студентов по комнатам, и жду всех в столовой в назначенное время.

На третьем этаже, куда привел Драпуть, справа в длинный коридор выходило множество дверей, а левую стену занимали окна, между которыми висели картины. Сейчас у меня не было возможности разглядеть их подробнее, но я обещала себе обязательно сделать это позже, поскольку пара акварелей буквально притягивала взгляд.

Сверяясь со списком, я сообщила каждому первокурснику номер его жилого блока и только когда все разошлись отправилась искать свой, даже не обратив внимания на то, что кого-то из ребят уже туда отправила. Честно говоря, встреча с ректором выбила из колеи. Отец воспитывал во мне уважение к представителям власти, каковым и был Зирч в рамках академии. Начинать учебу с конфликта не следовало, но – и тут я чувствовала, что закипаю, как медный чайник тетушки Алесты, – я пыталась помочь дракусю, а вовсе не стремилась нарушить кучу местных правил!