Однако выбора нет, придется вновь рисковать.
– Ва-а-ася-а-ан! Эй! Кто-нибудь!
Я кричал, а из головы не выходила картина, как эльфийская стрела вонзается в мою ногу. Но все равно продолжал кричать. Пока не охрипло горло! Мне отвечал лишь дятел, который упорно долбил дерево. Друзья ушли! Я остался один!
Слава богу, хоть стрела не прилетела. Упырей тоже видно не было.
Я уселся на траву и стал думать.
Хорошо, в суматохе бегства успел прихватить рюкзак. Правда, фонарь, плеер и зажигалка остались у Василия. Мне же достались ручка с тетрадкой да фотоаппарат. Более бесполезных в лесу вещей трудно придумать. Зато в кармане обнаружился компас.
Первой мыслью было найти овраг, где, по нашим предположениям, находится дверь в родной мир. Но, пожалуй, отыскать овраг будет сложнее, чем пропавших друзей. Может быть, мы его вообще никогда не найдем!
Стоп! Такие мысли надо гнать поганой метлой! Оставаться в этом мире навсегда я не собираюсь. Дома – родители и Анька, моя девушка.
Родители, наверное, уже весь город на уши поставили! А Анютка?! Она у меня ревнивая. Во что ей легче поверится? В параллельный мир или в то, что я с Васяном по бабам бегал? Вот именно!
Но сейчас мне овраг точно не отыскать!
Что я знаю о здешней географии? Практически ничего. Начерченная Дитером карта всплыла в голове. Гном что-то упоминал о людских городах в двух неделях пути к северо-западу от Валориона.
Туда и направлюсь. Все же люди есть люди – они хоть Джарлаку не бросят. Надеюсь, там найдется кто-нибудь вменяемый и поможет мне в поиске друзей. А потом уже будем искать портал или другую возможность вернуться домой. Если можно попасть сюда, значит, можно и вернуться!
А когда вернемся!..
О перспективах, которые разворачиваются перед теми, кто открыл параллельный мир, я решил пока не думать. Сначала бы выбраться!
Вот с такими мыслями и двинулся в путь.
Из непролазных зарослей наконец удалось выкарабкаться, даже тропинка отыскалась.
Днем лес совсем не выглядел тревожно. В ветвях мирно пели птицы, ветерок шелестел листвой. Ага, знаем мы цену этой обманчивой безопасности. Расслабляться не стоит.
Я подобрал крепкую хворостину. Хоть какое-то оружие. Понятно, что палка против зомби или вооруженного эльфа – как зубочистка против слона. Тем более в моих неумелых руках. Но все же с ней я чувствовал себя увереннее.
Неподалеку журчал ручей. Вот вдоль него и пойду – фляги с собой нет, а пить может захотеться в любой момент.
Я понимал, что идти вдоль ручья довольно опасно. Сюда на водопой ходит местное зверье, а хищники любят устраивать засады в таких местах. Неизвестно, какие тут водятся твари.
Что ж, еще один повод быть осторожнее.
Компас вел на северо-запад. И ручей бежал в том же направлении. Иногда приходилось идти прямо по устью, перепрыгивая с камня на камень. От воды приятно веяло прохладой.
Вскоре на пути повстречалась широкая поляна, на которой росло несколько раскидистых деревьев. Ух ты, да это ж яблони!
Мелкие красные плоды на вкус оказались невозможной кислятиной! Но выбирать не приходится. Я набил полный рюкзак, теперь хоть с голоду не помру.
Надо настроиться на позитивный лад. Ведь все могло быть и хуже. Грех жаловаться – пока мне не довелось переходить вброд широкие реки, вскарабкиваться на отвесные утесы, прорубаться сквозь джунгли. Проблемы как-то отошли на задний план, почти забылись. Главное – я живой! И с друзьями все в порядке. Просто не может быть иначе. Я их обязательно найду!
Но уже к обеду я начал осознавать всю беспомощность изнеженного городского жителя, оказавшегося посреди лесной чащобы. Охотиться не умею, в грибах и ягодах не разбираюсь. В ручье плещется рыба, но поймать ее нечем. Единственное, что есть в моем распоряжении, это вода и кислые яблоки.
Несколько раз попадались кусты, усыпанные какими-то незнакомыми лиловыми ягодами, на вид очень заманчивыми. Но я предпочел не рисковать. Ягоды выглядели нетронутыми, а раз птицы и звери их не едят, значит, и мне не стоит.
Придется затянуть поясок.
Есть у меня один знакомый – Дима Парасюк. У него заветная мечта – похудеть. Чего он только не перепробовал! И все безрезультатно. Но готов дать голову на отсечение, что мой метод ему бы точно помог. Называется – пять дней на яблочной диете.
Во всяком случае, я по прошествии этих ужасных пяти дней выглядел как стайер из Эфиопии. Меня шатало из стороны в сторону, а в глазах то темнело, то светлело.
Странно, что за весь путь я никого не встретил! Ни эльфов, ни зомби, ни людей, ни тем более моих друзей. Да что там… я и зверей-то даже не видал. Только один раз заметил белку, мелькнувшую в листве рыжим хвостом. Лес словно вымер.
Так я и шагал целыми днями в полном одиночестве. А на ночь старался забиться куда-нибудь поглубже в кусты. Первую ночь было страшно. Вторую тоже. Потом чувство голода вытеснило страх.
И вот на пятый день я понял, что всё… сил идти дальше просто нет.
До людей я так и не дошел, и не без основания боялся, что уже и не дойду.
Я оперся спиной о ствол дуба и закрыл глаза.
Не знаю, сколько продолжался этот голодный обморок, но, когда я очнулся, был еще день.
Надо мной, заслоняя солнце, стояли двое.
Квадратные, выпирающие вперед челюсти, грубая зеленая кожа, низкие лбы. Я сразу понял, что попал в руки орков. В ухе одного из них красовалось толстое бронзовое кольцо, а у второго в носу торчала кость. Кажется, человеческая! Он склонился надо мной и принялся обнюхивать. Заросшие густой шерстью ноздри с шумом втягивали воздух.
Другой орк, тот, что с кольцом в ухе, пророкотал:
– Посмотри на него, Зябба. Кожа да кости! Не могу поверить, что мы будем есть такую дохлятину!
Я тоже не мог в это поверить! Последнее время каждый норовит меня съесть! То Джарлаку скормить хотели, то тролль намеревался нами закусить, то зомби гастрономический интерес проявляли.
Орк (который окрестил меня дохлятиной) вытащил из-за пояса здоровенный топор. При виде острого как бритва лезвия я потерял дар речи. И очень не вовремя! Тот, кого назвали Зяббой, заткнул мне рот грязной зловонной тряпкой. Теперь я даже сказать в свою защиту ничего не смогу!
Я неистово брыкался и мычал, пока Зябба легонько не стукнул меня кулаком по голове.
Когда сознание вернулось, все приготовления были уже закончены.
Я висел параллельно земле, привязанный к жерди, которую орки собирались использовать в качестве вертела. Внизу лежала куча хвороста, а Зябба приближался с зажженной веткой в руке. У меня во рту по-прежнему был кляп. Я попытался высвободиться, но веревки держали крепко. Оставалось только молиться.
И тут счастье улыбнулось мне.
Пробормотав: «Заберу-ка я свой носок, а то сгорит», – Зябба вынул кляп.
В другое время меня бы, наверное, стошнило – узнать, что у тебя во рту побывал вонючий носок, знаете ли, не особо приятно! Но сейчас было не до того. Нужно как-то убедить зеленых не делать из меня шашлык!
Я брякнул первое, что пришло в голову:
– Не убивайте! Я – друг орков!
– Чо же ты раньше молчал?! – осклабился Зябба.
Он явно издевался.
– Я знаю одного тролля. Он говорил, что он – друг орков, и советовал мне идти в Стронгхолд. Его зовут Агырррр! – Я постарался как можно точнее произнести имя. И тут же получил кулаком по ребрам. Орк с кольцом в ухе, потирая кулак, прошипел:
– Этот щенок еще рычать на нас будет! – Он выхватил у Зяббы факел и кинул его в кучу хвороста. Ветки зашипели. Еще чуть-чуть и языки пламени взметнутся вверх! Я дико завизжал.
– Эй, Зуб, ты чего это делаешь? – заворчал Зябба. – Я знаю Агырра, бледнопузый не врет. Вынимай его из костра.
Спустя минуту я уже лежал на траве, развязанный. Меня трясло. Хотя ожогов не было, я все не мог прийти в себя от шока.
– Но я жрать хочу! – возмутился Зуб, нехорошо посматривая в мою сторону.