– А че будет с остальными? – хрюкая от смеха, спросил кто-то.
– Часть мы отдадим Джарлаку, а остальных повесим на деревьях и будем тренироваться на них в стрельбе из лука.
– Какие выгодные условия, – сказал Зуб. – Я всегда мечтал, чтобы меня подвесили на дерево и стреляли по мне из лука.
– Я не понимаю, что здесь смешного? Либо мы возьмем город с боем и уничтожим всех до одного, либо целая тысяча останется в живых. Правда, у нас есть еще специальное условие.
– Ну-ка, ну-ка? – полюбопытствовал Зуб. – Че вы там еще удумали, ушастики?
– Мы разыскиваем трех иномирцев. Вот двое из них. – Чебурашка указал на нас с Васяном. – Значит, и третий где-то поблизости. Все трое должны быть переданы нам живьем. Еще нам нужен старик-маг и вот этот орк с костью в носу, который дал мне слово.
– И че, это все условия? – сквозь смех выдавил Зябба. – Нам надо подумать!
– Пойдем на стену поднимемся, – дернул меня за рукав Васян.
– Зачем?
– Пойдем, пойдем, не пожалеешь.
Я пожал плечами и двинулся вслед за другом.
Мы успели как раз вовремя. Внизу Зябба подхватил Чебурашку и закинул его на плечо, как мешок с картошкой. Эльф отчаянно отбивался, молотил тощими ручонками по могучей зеленой спине. Его вопли были слышны даже здесь на стене:
– Что ты делаешь?! Ты же дал слово воина!
Тем временем орк посадил Чебурашку в пращу требушета ПК-1.
– На че надо нажать, чтобы пульнуть? – спросил Зябба у Пришибленного.
– Вот на этот рычаг.
Одной рукой Зябба придерживал Чебурашку, чтобы тот не выскочил из пращи, а другую положил на спусковой механизм. Потом громко, чтобы слышали все орки, провозгласил:
– Парламентер покидает стены города целым и невредимым, как я и обещал.
Хлоп!
Чебурашка с диким воплем взмыл в воздух. Со свистом он пролетел над нами, затем над союзными армиями и скрылся за горизонтом. Не удивлюсь, если он долетел до самой Лареции.
– Вот это мощь, – восхитился Васян. – Между прочим, Чебурашкой из требушета стрельнуть – была моя идея.
– Я так и по…
Мои слова заглушил гром барабанов. Эльфы опознали в летающем объекте Чебурашку, и им такое обращение с парламентером не понравилось.
Барабаны смолкли, и разом хлопнули тетивы тысячи луков. Тысячи стрел обрушились на город.
Мы успели нырнуть за парапет. Тут и там падали стрелы, наконечники со звоном бились о камень. Над нами пролетел булыжник размером с мою голову, просвистело несколько копий – эльфы задействовали баллисты и катапульты. Они стреляли навесом – стрелы, копья и камни взлетали по высокой дуге и падали на Стронгхолд, словно град.
Внизу двое орков уже лежали не шевелясь. Еще один, кривясь от боли, выдернул из груди стрелу, переломил ее и осел на землю.
Остальные не мешкали. Кто попрятался в домах, кто схватил большие щиты, стоявшие вдоль стены, и укрылся под ними как под зонтами. Те, кто находились на стене, как и мы, схоронились за парапетом.
Только Пришибленный и Агырр, не обращая внимания на обстрел, загружали в пращу требушета здоровенный валун. У тролля из плеча торчала стрела, но он этого не замечал.
Укрываясь большим щитом, к нам на стену поднялся Кока. Прилег рядом за парапетом.
– Ты что здесь забыл? – спросил Васян. – Стрела в башка попадет, совсем мертвый будешь!
– Хочу посмотреть, каков ПК-1 на практике.
– Пупыревый он на практике. Ты его явно не пристреливал. Видал, куда парламентер улетел?
– Не надо сравнивать массу эльфа с массой требушетного снаряда, – произнес Кока менторским тоном.
Внизу Зябба, Зуб и еще трое орков подбежали к Пришибленному и Агырру, закрыли их огромными щитами.
Наконец ПК-1 был заряжен.
– Сейчас посмотрим, – сказал Кока, потирая ладошки.
Хлоп!
Каменюга отправился в полет. Мы осторожно выглянули из-за края парапета. Главное, на шальную стрелу не нарваться.
Снаряд описал дугу и врезался во вражеский строй. С десяток эльфов раскатало в тонкий блин, а камень после падения прокатился еще метров пять, подминая под себя новые жертвы.
– Круто! – Васян хлопнул Коку по плечу. – Беру свои слова обратно. Пушка офигительная и пристреляна, как надо.
Такой поворот событий, несомненно, стал для союзных войск неожиданностью. Они даже обстрел на миг прекратили. Правда, оправились быстро и возобновили стрельбу, причем еще более остервенело.
– Сейчас им самое время под прикрытием лучников начать штурм, – заявил Кока.
Я – человек далекий от тактики и стратегии, и то понимал, что очкарик прав. Из-за того, что большинство орков спустились послушать парламентера, на гребне стены осталось не больше десятка. Да и те залегли за парапетом – попробуй высунься под таким «дождичком». Самое время атаковать. Меня удивляло, почему эльфы до сих пор не ринулись вперед. Удивляло и настораживало.
– Странно, – сказал Кока. – Чего они ждут?
– Может, еще не все войска подтянулись, – предположил Васян.
Внизу Агырр с Пришибленным крутили лебедку, подготавливая орудие к новому выстрелу. Орки прикрывали их щитами.
– У требушета один минус, – признался Кока. – Скорострельность очень уж низкая.
Стольник ткнул меня локтем в бок:
– Смотри, Борода с Пухлым!
Я поглядел, куда указывал друг. По главной улице, держась возле стен домов и стараясь не вылезать на открытые участки, в сторону требушета пробирались Жорик с Дитером. Они добрались до ПК-1 и спрятались за щитами, которые держали Зябба с Зубом. Потом Пухлый с гномом приняли активное участие в перезарядке орудия.
И вот уже второй снаряд ударил в ряды эльфов и разметал их, как кегли.
Васян пожал Коке руку. Ботаник аж зарделся от удовольствия.
Внизу кто-то зарычал. Мы обернулись. Убарг лежал на спине и пытался выдернуть из бедра оперенное древко. Все-таки одна стрела нашла дорожку между щитами. Зябба занял место Убарга у спускового механизма, а Дитер с Агырром, кряхтя, пытались зарядить в пращу новый снаряд. Жорика с Пришибленным видно не было – их скрывали щиты.
– Надеюсь, Пухлый догадается перевязать раненого, – сказал Васян.
– У орков очень хорошая регенерация тканей, быстрая свертываемость крови и резистентность к бактериям, – объяснил Кока. – Такая рана Убаргу не страшна, уже завтра ходить будет.
Я вспомнил, как быстро заживали на Зяббе порезы после боя. Нам бы так регенерировать!
В этот момент вопль, полный боли, раздался откуда-то из-за спины. Мы развернулись как по команде.
– Это, часом, не Жорик орал? – спросил я.
– Что с ним могло случиться? – удивился Стольник. – Он же за щитом.
Я глянул в подзорную трубу. В щите зияла дыра размером с кулак. Похоже, на сей раз что-то серьезное!
– У меня в рюкзаке есть аптечка, – сообщил Кока.
– Спускаемся, – сказал я.
Мы понеслись к лестнице. Спустились. Накрываясь Кокиным щитом, в один миг добежали до требушета. Орки укрыли нас щитами.
На земле, не подавая признаков жизни, распластался Жора. Над ним со скорбным лицом склонился Дитер. Пониже спины у Жорика торчало копье. Не надо быть Шерлоком Холмсом, чтобы понять, что тут произошло. Бедняга нагнулся, чтобы перевязать Пришибленного, и заполучил подарочек из катапульты. Копье пробило щит насквозь и нашло цель. Жорик потерял сознание от болевого шока.
– Доставай аптечку, – обратился я Коке.
Кока вытащил из рюкзака бинт и два шприца. Пояснил:
– Антисептик и обезболивающее.
– Дитер, выдергивай копье, – распорядился я.
– Надо прижечь рану, – сказал гном. – Иначе помрет пузан.
– Не помрет, выдергивай, говорю.
Дитер вытащил копье. Повезло – оно вошло неглубоко. Жорика спас щит, приняв на себя основной удар.
Мы наскоро перевязали Пухлого, сделали два укола. Заодно перевязали и Пришибленного.
Через минуту Жорик открыл глаза.
– Ну почему опять?! – прохныкал он.
– Я ж тебе уже объяснял – ты сам виноват, – отрезал Васян. – Отъел такое седалище, что в него грех промахнуться. Как говорится, встал в позу – получишь дозу.