Но главное, все мои мечты накрылись медным тазом. Теперь, когда он четко обозначил, что находится по другую сторону баррикад, не было никакого смысла в чем-то признаваться. Алекс никогда не поймет и не простит меня, потому что я для него такой же враг, как Рейчел и Тайлер, достойный лишь ненависти и презрения.
Каким бы ни было светлое чувство, зародившееся между нами, ему не под силу что-то изменить, если сам Каминский не готов отказаться от семейной вражды. Да, я хочу остаться рядом с ним и Лэсси, но в этом городе между двух воюющих семей для меня просто нет места. Эта мысль тяготила больше всего.
Глава 21 Третьего не дано
Как я ни крутилась с одного бока на другой, сна не было ни в одном глазу. Покормив посреди ночи проснувшуюся Лэсси и поменяв ей подгузник, какое-то время я еще так и просидела с ней на руках.
Золотистые завитушки спадали на лобик, детский животик мерно вздымался и опускался, а на щеках просматривались очаровательные ямочки. До чего же она была хорошенькой, прям маленький ангелочек! Особенно, когда вот так сладко спала, тихо посапывая и чему-то улыбаясь во сне.
– Спи, моя красавица, спи, солнце.
За это небольшое время я прикипела к ней всей душой, и даже не представляла, как смогу проститься… Особенно с ее отцом. От воспоминаний об Алексе на губах все еще горел тот страстный поцелуй, а в животе порхали обезумевшие бабочки.
Я ведь люблю его, глупо отрицать это и прятать голову в песок. Люблю так сильно, как никогда и никого не любила. И если бы только могла прожить всю жизнь, не раскрывая, что я – Новак, наверняка сделала бы это, лишь бы быть с ним вместе.
Вот только эту тайну не удастся сохранить надолго. Рейчел первая приедет нас «поздравить», едва что-то заподозрит между мной и моим супер-боссом.
– Черт бы вас побрал с этой проклятой войной! – прошептала я со злостью в подушку и разревелась от отчаяния, выплескивая все накопившиеся переживания.
Когда я проснулась ранним утром по будильнику, Лэсси в комнате уже не было, а значит ее забрала Мерил, пока я была в отключке.
«Позвони мне. Срочно», – высвечивалось сообщение от отца.
Зайдя в ванную и включив воду в душе, чтобы этого разговора за дверью не было слышно, я нажала на вызов.
– Василиса, сегодня тебя ждет последнее задание, – выдал он сходу, без лишних приветствий.
– И тебе доброе утро, пап.
– Слушай внимательно и запоминай, – еще жестче рявкнул мужчина, недовольный моим настроем. – Если все выгорит, можешь уже на завтра бронировать билет обратно в Италию, или куда ты там собираешься. Но сперва ты обязана здесь все закончить…
Мне бы обидеться на него или послать куда подальше со всеми этими заданиями. Но после бессонной ночи эмоции порядком притупились, словно из меня выкачали все моральные силы. Безразличие и апатия – вот, что я ощущала. Такое бывает после сильных переживаний, словно нервная система берет тайм-аут на восстановление, а ты невольно превращаешься в зомби.
– А что будет, если я откажусь? – на какое-то время в трубке повисла тишина.
– Ты навсегда потеряешь мою поддержку. Но это еще не все, Василиса. Это вопрос жизни и смерти. Новак – не только я и твои брат с сестрой, это целый клан по всему миру. Ты видела тогда на собрании акционеров твоего дядю Бобби из Чикаго. Если мы сейчас не доведем дело до конца, даже не сомневайся, он никогда нам этого не простит и будет действовать крайне жестко.
От слов отца по позвоночнику побежал холодок, а я уже представила окровавленные трупы и сотрудников полиции, которые оцепляют отцовский дом для дальнейшего расследования. От интонации, с которой он говорил, именно такие картинки и навевало.
– Что я должна сделать?
Наш разговор не продлился долго. Что-что, а раздавать приказы Ален Новак прекрасно умел даже собственным детям. Вся суть задания сводилась к следующему: этим же вечером я должна была подписать у Алекса какие-то поддельные документы, после чего срочно уволиться и желательно покинуть страну, чтобы быть подальше, когда вся эта афера всплывет наружу.
«Речь о безопасности твоей семьи. Ты же не хочешь, чтобы Рейчел или Тайлер пострадали из-за того, что в решающий момент их сестра дала слабину?» – так и крутились в голове его слова. Не знаю, что за чудовище представлял из себя тот самый дядя Бобби, но у меня реально тошнота подступила к горлу, а я едва успела склониться над унитазом.
Господи, как низко я пала, пытаясь заслужить любовь отца. Мало всей этой лжи, от которой уже не отмыться, так теперь еще и это!
Предстоящая встреча с Алексом за завтраком по-настоящему меня страшила, но и отсидеться в детской до скончания времен точно не получилось бы. Когда я вошла в столовую, он уже был там, с аппетитом поглощая завтрак и параллельно изучая что-то в планшете. Как всегда свежий, бодрый, одетый с иголочки, в общем – идеальный.
– Доброе утро, – не скрывая радости, мужчина поднялся из-за стола и галантно отодвинул для меня стул, предлагая присесть.
– Доброе, – отозвалась я и попыталась улыбнуться в ответ, но на глаза так и рвались слезы.
– Что-то случилось? Ты хорошо себя чувствуешь?
– Да… Нет... Не знаю, – потерялась я в показаниях, в то время как мужские руки заключили меня в объятья, а губы коснулись лба.
– Температуры нет, кажется, она даже пониженная. Прости, это моя вина, раз довел тебя до такого состояния. Днем – работа, ночами – Лэсси. Ты же совсем не отдыхаешь. Надо что-то с этим делать.
– Не беспокойся, я правда в норме. А забота о Лэсси мне только в радость, – попыталась возразить, но куда там! Если Алекс Каминский что-то решил, с места его уже не сдвинешь.
– Сегодня ты остаешься дома и точка.
Мужской лоб соприкоснулся с моим, и я закрыла глаза, пытаясь унять разбушевавшихся в животе бабочек. Он заботился обо мне и оберегал, как в моих самых смелых мечтах. А еще накормил завтраком, проследив, чтобы я съела все до последней крошки.
– Вот и умница, а теперь отдыхать: спасть, гулять на свежем воздухе, и главное, ни о чем не волноваться.
Не волноваться… Легко сказать! Что, если отец не блефует и моей семье действительно угрожает опасность от еще более одержимых родственников? Но предать любимого человека и исчезнуть – тоже не вариант. Кем я буду после этого? Хоть на части разрывайся!
Алекс уже собрался уезжать, и я замерла в дверном проеме, провожая его на работу.
– Спасибо. Ты – лучший босс на свете.
– Только босс? – его лучистые глаза согревали жарче утреннего калифорнийского солнца.
– И мужчина. Из всех, кого я знала, – призналась честно.
Смешинки в его глазах куда-то растворились.
– Так говоришь, будто прощаешься, – подметил Алекс, прочитав мои мысли, и они ему явно не понравились. – Только так просто тебе от меня не избавиться.
– Время покажет. Может однажды ты и сам захочешь держаться от меня подальше.
– Это еще почему? – кажется, Каминский принял вызов, а его сексуальная ухмылка била на поражение. – Даже если вместо волос на твоей голове появятся змеи, как у Медузы Горгоны, я и тогда что-нибудь придумаю, но не откажусь от тебя, не сомневайся.
«Не сомневаюсь. Ведь за это я тебя и люблю», – едва не сорвалось с языка.
Улыбнувшись на прощание, мое сероглазое счастье вышло за порог и закрыло за собой дверь.
– А что делать, если есть чудовище похуже, и имя ему Василиса Новак? – прошептала я в пустоту, даже не представляя, чем закончится этот вечер.
Мерил с Лэсси, только вернувшиеся с прогулки, застали меня все там же в столовой и не в самом лучшем состоянии.
– У тебя что-то случилось? Поссорились с Алексом? – предположила она.
– Нет, что вы. Просто он дал мне выходной, – улыбнулась я, перехватив из ее рук малышку.
– И все-таки что-то тебя беспокоит. Я такие вещи сразу вижу, – подметила женщина, наливая нам по чашке чая, хоть я ее об этом и не просила, но авансом была благодарна за заботу.