— Что там по питерским? — спросил Ронин, решив перейти к делу.

— Видели их к северо-востоку от карьеров, за Усой, — ответил Егерь. — Нам нужно будет перейти реку и найти их следы. Но они бывалые, поэтому петляют и не ленятся ставить растяжки, поэтому осторожнее.

— У нас есть Студик, — сказал на это Щека. — Он спалит любую растяжку и мину — мощнейший сенсор.

— Я помню, как ты помог нам найти взломщиков, — произнёс Егерь, обратившись ко мне. — С апексом всё стало только лучше, да?

— Несоизмеримо, блин, лучше, — подтвердил я, а затем посмотрел на часы. — Закат через три часа и сорок минут, плюс-минус, поэтому нужно поторопиться — мне нужен хоть какой-то солнечный свет, чтобы находить растяжки и мины.

— Тогда поторопимся, — ответил Егерь. — За мной!

* Российская Федерация, Кемеровская область, в тайге, на берегу Усы, 9 февраля 2029 года*

— Видно что?.. — тихо спросил подползший ко мне Фазан.

— Тихо ты… — столь же тихо ответил я. — Я смотрю…

Очевидная уязвимость при переходе по льду — ты как прыщ на жопе жирной шлюхи в коротких шортиках, то есть, просматриваешься с большинства ракурсов.

Единственный надёжный способ минимизировать риски — удостовериться, что на том берегу тебя не ждут пулемётные гнёзда и расчёт ПТРК.

Рассматриваю лес на том берегу в ЭМ-режиме и фиксирую наличие ебучей белки-убийцы, сидящей в ветвях сибирского кедра. Но кедровые орешки её не интересуют, судя по тому, что сидит она без движения и смотрит в нашу сторону. Это значит, она знает о нашем существовании и не хочет упускать шанс — эта тварь точно атакует кого-то, стоит нам перебраться на тот берег.

Но больше никого в этой зоне нет, если исключить существование защиты от ЭМ-режима. Не уверен, что такое вообще возможно, учитывая чувствительность моего ЭМ-зрения, но сейчас я ни в чём не уверен до конца…

Поддавшись паранойе, переключаюсь на ИК-режим и смотрю на белку-ассасина — эта тварь вообще не видна в этом спектре, о чём и говорил Подсолнух.

Перехожу на УФ-режим и вижу не саму белку, а следы, которые она оставила, забравшись на свою ветку — видно очень плохо, только если пристально вглядываться, но видно.

А вот поляризационный режим не дал вообще ничего, разве что поверхность льда стало видно чуть лучше, но это абсолютно бесполезно.

— Короче, всё чисто, за исключением того сибирского кедра, — сообщил я Фазану. — Там сидит Эцио Аудиторе да Фиренце, член славного семейства Аудиторе из Флоренции, мастер-ассасин, для которого ничто не истинно, и которому всё дозволено…

— Ты эту анимешную туфту бросай! — попросил меня Фазан. — Нормально говори — а то нихрена не понятно!

— Белка-ассасин сидит на кедре и ждёт нас, — сообщил я ему.

— Так бы и сказал сразу, — раздражённо пробурчал Фазан. — А то бубнишь всякие Акцио и Вингардиум Левиосса, блядь…

Он взмахнул правой рукой в мою сторону и навёл на меня указательный палец.

— Авада Кедавра, Студик! — провозгласил он. — Падай — ты убит! Всё по правилам аниме!

— Это вообще не оттуда! — ответил я ему.

— В сортах говна не разбираюсь, — пожав плечами, сказал Фазан. — Идём.

Возвращаемся к рейдовой группе, и Ронин сразу же поднимает на меня вопросительный взгляд.

— Я покажу, где можно переходить, — ответил я на незаданный вопрос. — Го.

Подходим к берегу Усы и я, на всякий случай, перепроверил всё в ЭМ-режиме. И не прогадал — эта тварь успела перелезть на высокую ель, будто заранее знала, что мы придём именно к этому месту.

«Эцио пиздец соображает — это точно не рандомный мув», — подумал я.

— Где белка? — спросил Егерь.

— Вон на той ели, — сказал я и указал на дерево.

Стрелять нельзя, потому что питерские сразу же поймут, что рядом кто-то есть, поэтому придётся терпеть существование этой твари рядом.

— Подобралась поближе, блядина пушистая… — произнёс Фазан недовольным тоном.

— Переходим? — спросил я.

— Ты первый, — сказал Ронин. — Мы — след в след.

Переключаюсь на ИК-режим и ступаю на лёд.

В инфракрасном режиме можно увидеть разницу температур льда — там, где лёд тоньше, температура будет чуть выше. Моя задача — проложить маршрут мимо тёплых мест, потому что под водой никто не спит и все обитатели реки будут рады гостям…

Продвигаюсь по льду, за мной идут Щека, Лапша, Фазан, Ронин, Фура и Егерь. Фура сканирует местность своим слухом, в радиусе 800–850 метров, с точностью позиционирования источников шума около 0,06 метра.

К нам не подобраться незаметно, но у нас сегодня задача не защититься от кого-то, а атаковать бродящих тут питерских.

Выхожу на берег и вытаскиваю свою верную саблю из ножен. Раз нельзя стрелять, то я буду рубить.

Пристально смотрю на белку-ассасина — эта мерзотная тварь понимает, что я её вижу, поэтому колеблется несколько секунд, а затем покидает место засады.

Её метод охоты основан на незаметности до самого последнего момента, до тех пор, пока жертва не утратит способность что-либо изменить…

Но сегодня не её день, потому что конспирация нарушена, агент разоблачён и принято решение срочно эвакуироваться.

— Белка съебалась! — сообщил я остальным. — Все на берег!

— Ты хотел сказать отсосин ди Фиренце съебался! — поправил меня глумливо лыбящийся Фазан.

— Нам не до шуток — живее! — ответил я.

Заходим в чащу, и я начинаю крутить башкой на 360° — да, есть Фура, которая мониторит всю местность вокруг, но у меня, похоже, начала отрастать специальная железа, отвечающая за паранойю и беспокойство…

Двигаемся по тайге, поднимаемся на холм, и Егерь останавливает группу.

— Вот где-то тут их видели с дрона, — сообщил он нам. — На их месте, вне зависимости от цели, я бы не стал рваться сквозь чащу — я бы пошёл по низине, где меньше деревьев и можно идти сравнительно быстро. Ищите следы там, а я пошёл обратно.

— А как же белка? — спросил я.

— Разберусь — есть методы, — ответил он. — Доброй охоты.

Киваю ему, и он уходит в обратном направлении.

— Что-то Мотор вообще не горит желанием вступать в конфликт с питерскими, — заметил Щека. — Мог бы и сам их порешать.

— Наверное, хочет, чтобы мы отработали самолёт сполна, — предположила Лапша. — Зачем рисковать своими, которых и так не хватает, если можно перебить питерцев практически бесплатно? Самолёт же ему, как пятое колесо, правда же?

— Ну, да, — согласился я с ней.

У Мотора нет квалифицированных пилотов, инфраструктуры в аэропорту тоже, скорее всего, уже нет, поэтому регулярные вылеты неосуществимы. Да и куда, блин, им лететь? В Москву, что ли?

Теперь-то им есть куда лететь — в Волгоград, но я думаю, Мотор уже не очень рад этому обстоятельству, так как картина Волгограда действует на его подмандатное население разлагающе…

— Фура, паси округу, а ты, Студик, иди искать следы, — распорядился Ронин. — Быстрее начнём — быстрее закончим.

Двигаюсь на спуск в низину, посматривая по сторонам в ЭМ-режиме, а затем обнаруживаю следы — сразу же останавливаюсь и переключаюсь на УФ-режим.

Мне видна общая картина — ребята двигаются на север, вдоль низины, с непонятной целью, потому что там нихрена нет. Это вряд ли просто прогулка, поэтому возможно, что они ищут маршрут обхода Междуреченска с севера, но это тоже бессмысленно, так как нужно просто посмотреть на карту и всё понять.

В отсутствие у них карты я не верю, поэтому мы точно что-то упускаем. Возможно, они ищут подходящее место для опорника, чтобы гадить из него Новокузнецку по-мелкому, но это тоже лишено смысла, потому что есть места поближе и поудобнее.

«Может, они что-то ищут?» — задался я вопросом, идя по следу. — «Да не…»

Меня поразила догадка — а что, если эти гондоны ищут хранилище Росрезерва? У Питера могут быть координаты хранилищ, потому что из Москвы их кто-то извлёк и есть какая-то неизвестная группа, что вскрывает хранилища и банчит их содержимым направо и налево.