В пещере Вепря и в самом деле было очень уютно. Вдоль стен тянулись лавки, покрытые мягким мхом, на которых можно было сидеть или лежать. Со стен и с потолка свешивались различные растения. Посередине стоял стол, грубо сработанный из кусков скалы, а в одном из углов над небольшим бассейном поднимался пар.

— Кузница заодно подогревает и мой бассейн, — объяснил Вепрь, заметив изумление гостей. — Потом вы сможете в нем искупаться. Заметьте, что здесь никогда не бывает холодно — опять-таки благодаря кузнице. Но садитесь, пожалуйста. А вот и угощение!

Зайцы принесли свежевыпеченный хлеб, салат, вареную рыбу, мятную воду и фрукты, засахаренные в меду. После скудных ужинов на морском берегу друзья ели как целый полк голодных солдат.

Вепрь смотрел на них, и на его огромной морде отражалось нечто похожее на изумление.

Гонф по-приятельски подмигнул ему:

— Значит, пламя горна устремляется по дымоходу вверх сквозь скалу и вздымается огненным столбом над Саламандастроном?

Вепрь подмигнул ему в ответ:

— Ты очень наблюдателен, Гонф-воришка.

— Король Воров, товарищ, — поправил барсука Гонф.

— А откуда ты знаешь, что он вор? — вмешался Мартин.

— Я много чего знаю. Я потом покажу, каким образом я многое узнаю. Значит, это вот юный Динни, внук моего друга детства Динни-крота?

— Хршршш, сударь Вепрь, это так и есть. Ты моего деда Динни знаешь?

— Конечно знаю. Этот старый разбойник жив еще?

— Да он проворней блохи и старше двадцати ежей! — засмеялся Динни.

— Вот это приятно слышать! Ну а ты кто такой, Лог-а-Лог?

— Сударь Вепрь, я корабельный мастер, а некогда был предводителем Северо-Западного Племени Землероек.

— В самом деле? Почему «некогда был»?

— Потому что я — единственный из всего племени, кто на свободе, — объяснил Лог-а-Лог. — Корабельные крысы захватили нас в плен. С галеры удалось сбежать мне одному.

В глазах Вепря загорелось бешенство; он с такой силой сжал лапы, что послышался хруст костей.

— Корабельные крысы! Подлые убийцы! Мартина поразила ненависть, звучавшая в голосе Вепря. Он внимательно слушал, что барсук скажет дальше.

— Они не только поджигают жилища мирных жителей и грабят их, но еще и чудовищно обращаются друг с другом. Топят корабли своих же собратьев, убивают товарищей ради добычи!

— Лог-а-Лог рассказал мне об одной корабельной крысе по имени Рвиклык. Он ходит на «Кровавом следе», — перебил Мартин. — Ты его знаешь?

Вепрь указал лапой в сторону моря:

— Этот злодей сейчас вон там. Мои разведчики следят за ним с самого начала весны. Он плывет с севера на юг, выжидая удачный момент, чтобы напасть на Саламандастрон. Рвиклык — самый гнусный негодяй среди корабельных крыс. Он пошел войной на всех, кто плавал в здешних водах, потопил их корабли, а матросов обратил в рабство и заставил служить себе. Кроме того, он умен и хитер.

— В чем же проявляются его ум и хитрость? — спросил Гонф, заметивший озабоченный тон барсука.

— Например, он никогда не боялся Саламандастрона и легенд, связанных с этой горой. Вдобавок Рвиклык дерзок и смел. Он был здесь лично и прекрасно знает, что за таинственным мифом об огненной горе скрываюсь лишь я да несколько зайцев. Всех остальных крыс нам удалось отпугнуть от здешних мест, а Рвиклыка — нет. Так уж суждено, скоро он пойдет страшной войной на Саламандастрон.

Вот уже второй раз Вепрь говорил о том, что еще только должно было случиться. Мартином овладело любопытство.

— Суждено, говоришь? А что это значит, Вепрь? Барсук встал во весь свой огромный рост и спросил, указывая лапой на грудь Мартина:

— Что это за сломанный меч у тебя на шее висит?

Воитель снял меч с шеи и протянул Вепрю, который внимательно разглядывал обломок, пока Мартин рассказывал:

— Некогда это был меч моего отца. Он был воином. Я могу рассказать тебе, как он сломался, — ведь твоя дочь Белла просила сообщить тебе обо всем, что творится в Стране Цветущих Мхов.

Мартин поведал Вепрю о том, как он попал в Котир, о несчастьях, обрушившихся на лесных жителей, и о том, что Белла хочет, чтобы Вепрь вернулся в свою вотчину и освободил страну. Барсук ни единым словом не прервал речи Мартина. Он задумчиво шагал по пещере, поворачивая так и эдак обломок меча в своих лапах, как будто читал на нем какие-то тайные письмена.

Мартин закончил перечисление событий, происшедших в Стране Цветущих Мхов.

— Как видишь, твоя родина нуждается в помощи, Вепрь, — произнес он напоследок. — Ты должен вернуться вместе с нами.

Наступило молчание. Когда барсук наконец заговорил, его слова не были ответом на услышанную просьбу:

— Это очень древняя рукоять меча, очень хорошая. Я хочу приделать к ней клинок, который ничто не сможет сломать.

Мартин понял, что сейчас бесполезно добиваться от Вепря ответа. Он решил терпеливо ждать, пока настроение барсука не переменится.

— Спасибо, Вепрь. Конечно, я буду счастлив, если старый меч моего отца ты перекуешь на новый. С тех пор как он был сломан, я чувствую себя воином лишь наполовину.

Вепрь покачал тяжелой головой:

— Ты ошибаешься, Мартин. Ты — настоящий воин. В тебе живет боевой дух — я это вижу. Но когда ты получишь от меня перекованный меч, ты не должен забывать, что главное — — не оружие, а тот, кто им владеет. Меч служит добру только в лапах честного воина. Но хватит пока об этом. Ты и твои друзья утомлены. Завтра я буду с вами беседовать и покажу много такого, чего вы никогда не видели. Ложитесь спать здесь. Если хотите смыть с себя дорожную пыль, я пришлю зайцев с полотенцами.

36

Наступление, начавшееся ранним утром, оказалось полной неожиданностью для жителей леса. Объединенные силы под командованием Беды и Цармины нанесли стремительный удар. К счастью, малыши еще спали в Барсучьем Доме, а мыши из Глинобитной Обители готовили завтрак. На строительной площадке находились только кроты, выдры и несколько белок.

Наемники Беды вломились в расположение противника и принялись рубить саблями направо и налево. Солдаты Цармины, вооруженные копьями, шли сразу за ними. Землялапа, Биллум и Почволет находились в это время глубоко под землей, всех остальных нападение застало врасплох.

Воцарился полный хаос!

Командору попала стрела в бок Госпоже Янтарь лисья сабля отруби па ухо. Повсюду раздавались вопли и лязг оружия Лесным жителям не оставалось ничего иного, кроме торопливого отступления. Не обращая внимания на свою рану, Командор с небольшим отрядом выдр стоял насмерть, меча камни и громко выкрикивая

— Бегите все! Скорее!

Госпоже Янтарь и ее белкам удалось ускользнуть по верхушкам деревьев, оставив на земле тела двух погибших товарищей. Командор со своими выдрами перенес кротов через реку в безопасное место, и выдры тут же исчезли под водой.

В притихшем лесу Цармина победно вопила Беда стоял, опираясь на свою кривую саблю, и тяжело дышал:

— Видишь, я ведь говорил, против нас они ничего не смогут. Куда им! Но они вполне способны правильно обороняться, даже когда противник превосходит их числом.

Вразвалку подошел Брогг и отдал честь

— Убиты две белки, три выдры и один крот, повелительница, — доложил он.

— А сколько наших погибло? — спросил Беда.

— Три хорька, один горностай, одна ласка, четыре крысы и один лис.

Беда в изумлении покачал головой:

— Лихо лесные поработали! Нас ведь было больше! Пленных нет?

— Ни одного.

Хромая, к ним подошел Крысобок. Он осторожно придерживал сломанную лапу.

— У реки мы обнаружили три большие дыры, — сообщил он.

Полководцы зашагали к реке. Беда наклонился и обнюхал землю у каждой дыры. Цармина, не шевелясь, пристально наблюдала за ним.

— Что они задумали? — спросила она. Беда плюнул в дыру:

— Я об этом не больше тебя знаю. Может быть, кто-то из лесных жителей прячется там, внизу.

— Тогда мы замуруем их, — злобно ухмыльнулась Цармина. — Забейте хорошенько дыры и утрамбуйте землю поплотнее. Они окажутся в ловушке, а потом им станет нечем дышать!