Оказавшись в маленькой комнатке, они повалились на грязную кровать и тотчас уснули.

Они проснулись на исходе дня, когда улицы стали пустеть. Раздобыв хлеба и паштета, они бросились к столбу, чтобы накормить Колена. Лишь только Пегги промыла раны мальчика, как показались мерзкие морды крыс. К счастью, тут же появились и коты, и вновь началась бойня, столь же беспощадная, что и накануне.

На этот раз кривой кот не обращал внимания на Пегги и только душил крыс с необыкновенным азартом.

Девочка потихоньку наблюдала за ним. И правда, астролог не солгал, феи были жестоки. По всей очевидности, они любили драться и не знали пощады, что не предвещало ничего хорошего.

Когда над крышами домов встало солнце, кошачья армия удалилась, их морды были испачканы кровью.

– Ну вот, – заключил кривой кот, повернувшись к Пегги. – Мы спасли твоего друга. Ты видела, как мы обращаемся с врагами. Подумай еще раз, прежде чем решишь стать такой же, как мы. До скорой встречи, а может, прощай. Для тебя так будет лучше.

И он исчез в темноте.

– Я, наверное, очень устал, – зевнул Антонен. – Мне показалось, что кот с тобой разговаривал.

– Мы все устали, – вздохнула Пегги, – но это не имеет никакого значения, главное – через час Колен будет свободен.

– А все же, – прорычал синий пес, – у меня от него мороз идет по коже. Когда он смотрит на меня, мне кажется, что я – мышь, а это уже слишком, правда?

Западня

Когда на колокольне пробило восемь часов, два стражника в кольчугах вышли с прилегающей к площади улицы, подошли к столбу и сняли цепи с Колена.

– Ну все, парень, – проворчал старший из них, сержант в помятом шлеме. – Теперь мы должны проводить тебя на опушку Проклятого леса и изгнать за пределы королевства.

Подросток с трудом встал. У него все болело, он ослаб от двух бессонных ночей. Глаза его закрывались.

Солдаты подхватили его под обе руки и посадили на лошадь, затем и сами оседлали коней, став по обе стороны от заключенного, чтобы он не мог сбежать.

– В путь, – проворчал сержант. – Не будем терять времени, я хочу вернуться к ужину.

Пегги Сью и Антонен беспомощно наблюдали за отъездом Колена. Истощенные битвой с крысами, они забыли раздобыть лошадь, чтобы сопровождать друга до Проклятого леса. Пегги, пытаясь спасти положение, побежала в таверну, надеясь упросить хозяина найти им какую-нибудь конягу. Но тот храпел на скамье возле кухни мертвецки пьяный, и ей не удалось его разбудить. Когда она вернулась к Антонену, было слишком поздно, охранники и Колен уже исчезли из виду.

– Ты знаешь, где находится Проклятый лес? – спросила Пегги.

– Примерно, но я плохой наездник, – проговорил мальчик. – И потом, никто не повезет нас туда, у этого места дурная слава.

– Я найму повозку, – решила девушка.

– Нет, – возразил Антонен. – Ничего не выйдет. А вдруг ты исчезнешь вместе с повозкой – местные тебе не поверят. Тебе придется ее купить. Телега да упряжь много стоят, у тебя хватит денег?

Слишком потрясенный происходящим, он совершенно забыл, что принцессе надо говорить «вы». А девочке это пришлось по душе. Во дворце никто не обращался друг к другу на «ты», кроме слуг. Пеги же нравилось простое обращение.

Она открыла кошелек и пересчитала монеты. Но Антонен не знал, хватит ли их на покупку.

А в это время Колен ехал в сопровождении солдат к границе королевства.

– Это дурное место, – проговорил старший из стражников. – Раньше там жил рыцарь. Граф Эрван де Бреганог. Жестокий человек. И чтобы стать непобедимым, он заключил договор с феями…

– Договор? – удивился его товарищ.

– Да, он попросил их добыть ему волшебные доспехи, которые приносили бы ему победу на поле битвы. Не знаю всех подробностей, знаю лишь, что все произошло не так, как он задумал. Покинутый всеми, он умер в одиночестве в своем замке, а сам замок с тех пор пришел в запустение. Но, кажется, его скелет все еще там, в развалинах. Поскольку он был очень жестоким при жизни, ни одна лиса не осмелилась обглодать его кости. Никто туда не ходит, а во рвах вокруг замка нашли пристанище опасные твари: змеи да волки. И растут там одни ядовитые растения. Шипы роз выделяют яд, от пения птиц можно оглохнуть, а грибы взрываются, стоит на них наступить.

Колен внимательно слушал его рассказ. Он с тревогой раздумывал, как же ему выжить в таком месте.

– Запомни все это, парень, – сказал солдат, повернувшись к нему. – А главное, не забывай – отныне тебе нельзя покидать Проклятый лес, иначе тебя немедленно арестуют и отрубят голову. Может, тебе повезет и ты присоединишься к тем, кого отправили туда до тебя. Если они еще, конечно, живы.

– А много их было? – спросил Колен, чувствуя, что старый солдат неплохой человек.

– Несколько сотен, – пробурчал стражник. – Считай, целая деревня. Может, ты встретишь их в чаще… Только будь осторожен. Этот лес источает что-то дьявольское. Скелет графа отравил всю округу, его злоба пропитала все, что окружает развалины: деревья, траву, животных. Дух Бреганога Убийцы повсюду. В каждом цветочке, в каждом насекомом. Любая былинка постарается тебя погубить, так что будь начеку.

Колен покачал головой. Какова доля правды в этой легенде? Он вспомнил, что его отец когда-то рассказывал ему о Проклятом лесе и о Бреганоге, безжалостном рыцаре, вызывавшем у всех ужас в давние времена.

Около часа они ехали молча. Колен часто оборачивался и смотрел назад в надежде, что принцесса и Антонен едут за ними, но дорога была пустынна. Он не мог ни в чем их упрекнуть, они и так проявили небывалую смелость, сражаясь с крысами. Особенно принцесса, не слишком-то привыкшая к таким ситуациям, проявила необыкновенную отвагу. Он до сих пор был поражен ее поведением.

Несмотря на усталость, Колен обдумывал план действий. Нужно ли соблюдать приговор и оставаться навсегда в лесу? Конечно же нет! Кто позаботится о его родителях? Кроме того, приговор несправедлив, и он ни на секунду не собирался его исполнять. Ему придется стать человеком вне закона, раз уж его к этому вынуждают!

Сержант, словно читавший мысли осужденного, сказал:

– Не будь дураком, парень, не старайся вернуться к своим. Заруби себе на носу, что всегда найдется кто-нибудь, кто на тебя донесет, таковы люди, и в конце концов тебе отрубят голову. Я знаю, о чем говорю, ведь я ежедневно получаю десятки доносов. Может, тебе повезет и ты получишь амнистию, когда умрет король, лет через тридцать-сорок… А до тех пор сиди тихо, чтобы о тебе забыли.

Перед ними возник Проклятый лес, огромный и темный. Здесь дорога заканчивалась, и дальше росла лишь высокая трава. В лесу стояла темень, словно сумерки каждый раз, когда наступал день, спешили спрятаться в чаще, ожидая появления луны.

– Спешиться, – скомандовал сержант. – Последняя формальность, и ты начнешь, парень, новую жизнь.

Прежде чем Колен успел понять, что происходит, второй солдат обездвижил его, скрутив руки за спиной. Сержант тут же вытащил из подседельной сумки тавро, которым метят животных. Оно было волшебное – ему не требовалась жаровня, чтобы раскалиться.

– Сожалею, – проговорил старый вояка, – но такова процедура, и я должен следовать ей до конца. Я помечу тебе лоб. Эта отметина будет издавать сигнал тревоги, если ты покинешь Проклятый лес.

– Сигнал тревоги? – пробормотал Колен, не веря.

– Да, на твоем лбу отпечатается рот с закрытыми устами. И он будет закрыт, пока ты находишься в Проклятом лесу, но если решишь выйти за его пределы, уста откроются и будут пронзительно кричать: «Я беглец! Выдайте меня! Я беглец! Арестуйте меня!» Поверь мне, способ очень действенный, никто не придет тебе на помощь.

Ловким жестом сержант приложил тавро ко лбу Колена, и тот выгнулся от боли. Его кожа зашипела и задымилась. Когда вояка убрал железо, над бровями мальчика появилась красная отметина. Она и вправду напоминала закрытый рот.