Памятуя, что посещение уборной запрещено не было, девушка без задней мысли поднялась к себе, задрала юбку, села на унитаз, демонстративно игнорируя вероятное наблюдение… И осознала, что совершила огромную, роковую, практически смертельную ошибку.

Стоило моче попасть на раздражённую перцем кожу, как жжение моментально усилилось. Что, естественно, отразилось на поведении пленницы. Вскочив, она как ошпаренная забегала по дому, жалобно подвывая на одной ноте — и в итоге рухнула на колени посреди кухни, захлёбываясь в плаче.

— Пожалуйста!.. — взмолилась, повернувшись к одной из многочисленных камер. — Если вы меня слышите — прекратите это! Я не хочу наказания — но больше я не выдержу! Возвращайтесь. Пожалуйста! Я согласна на всё…

И рабыня униженно ткнулась лбом в пол, шумно всхлипывая в голос.

Так прошло около часа. Почти шестьдесят минут, щедро приправленных стонами, слезами и болью. Свыше трёх тысяч секунд! Ни почесаться, ни подтереться, ни успокоиться… Однако девушка честно терпела. Ёрзала на холодном кафеле, пытаясь остудить жар, выла от бессилия, иногда билась головой о собственные руки — но держалась. До последнего… А потом её терпение лопнуло.

Стукнув ладонью по колену, она решительно поднялась на ноги и направилась в душ. Тот, что находился на первом этаже. Весь её вид говорил о готовности пройти через ад — лишь бы хоть на мгновение вздохнуть свободно. Забыть о зуде и необходимости самоконтроля. Избавиться от проклятого перца! Вот только она не учла одной маленькой детали… Вода была неспособна облегчить её участь. Да, разумеется, сам источник проблемы пленница благополучно смыла. И эффект уменьшился… Но всё равно остался! Более того — распространился шире. Например, на бёдра, где тоже очень чувствительная кожа… И, самое страшное, внутрь, усилив странное, необъяснимое обычной логикой желание девушки! Желание близости. До этого оно было не столь явным и перекрывалось неприятными ощущениями — однако теперь ей однозначно хотелось почесать там. До безумия. Проникнуть пальцами — совсем как делал он — и доставить себе удовольствие. Это чувствовалось по её внезапно изменившемуся поведению. По тому, как медленно и задумчиво она проводила рукой между ног. Как убирала — и снова возвращала ладонь. Раз за разом. Будто колебалась… Казалось, ещё немного — и она всё-таки сделает это. Нарушит последний приказ Господина — ведь терять было уже нечего… Но что-то её остановило.

Выключив воду, пленница задумчиво вытерлась, покинула ванную и вышла в холл, с трудом волоча ноги, которые несли её прямо к двери. Словно в прострации она осторожно нажала на ручку — и вышла на улицу. Как есть. Босиком и в тонком платье на голое влажное тело… Поэтому первый же порыв прохладного осеннего воздуха вернул девушку к жизни. Однако изменить решение не заставил. Непреклонно вздёрнув подбородок, рабыня поспешила к калитке, тоже почему-то незапертой, выскочила на дорогу… И нос к носу столкнулась с незнакомым мужчиной в абсолютно чёрном одеянии. И без маски.

— Это она? — жадно оглядев пленницу, поинтересовался чужак.

— Да, — с предвкушением откликнулся кто-то рядом.

В ответ девушка стремительно повернулась на голос — и обнаружила с другой стороны калитки уже знакомого ей Влада, который безапелляционно отрезал ей последний путь к отступлению.

— На ловца и зверь бежит, верно? — поймав её затравленный взгляд, поинтересовался он. — Идём обратно.

— Не надо! — молитвенно сложив руки на груди, воскликнула рабыня. — Пожалуйста…

— Ты не поняла? — угрожающе подступил Влад. — Я. Сказал. Внутрь. Живо!

И резким движением затолкнул её во двор, случайно уронив на брусчатку. Затем пропустил вперёд своего спутника, зашёл сам и аккуратно прикрыл дверцу. Чтобы снаружи их не было видно.

— Прошу, не надо! — съёжившись, вновь заладила пленница. — Я знаю, вас послал Господин — пожалуйста, верните меня ему! И передайте, что я согласна на любое наказание… Только с ним.

— О! — замерев, хмыкнул Влад. — Смотри, как заговорила… Вот только есть одна проблема. Никакого Господина здесь нет. И не будет.

— А ты уверен? — встрял незнакомец.

— Абсолютно, — Влад повернулся к спутнику. — Он сейчас очень занят. Я позаботился, — затем мужчина внимательно осмотрелся — и указал на невысокое бетонное ограждение: — Глянь! Тебе не кажется, что это идеальное место?..

— Да, неплохое, — неохотно согласился чужак. — Но я думал, мы пойдём в дом…

— Чтобы кувыркаться с его игрушкой в его постели? — парировал Влад. — Смеёшься? — и тут же переключился на девушку. — Иди туда.

Однако рабыня не двинулась с места.

— Пожалуйста… — повторила, словно не до конца осознавая происходящее.

— Нда. Вижу, ты так ничему и не научилась… — склонившись, задумчиво протянул мужчина. — Запомни, такие как ты, приказы не обсуждают. Они их выполняют. Беспрекословно… Если, конечно, не хотят наказания. Вот ты — хочешь?

— Нет! — от избытка эмоций пленница аж отшатнулась.

— Тогда иди. Считаю до трёх. Раз…

Продолжения не последовало. Испуганно округлив глаза, девушка вскочила на ноги и стрелой помчалась к указанному месту, неловко притормозив рядом. Мужчины же уверенными хищниками проследовали за ней…

— Нагнись, — повернув пленницу спиной к себе, Влад уложил её животом на ограду. — А теперь подними юбку и раздвинь ягодицы.

И рабыня снова повиновалась, не сумев сдержать глубокий вздох, полный смирения и покорности…

— О, да ты уже мокрая! — оглядев представленное, воскликнул Влад. — А твой Господин нехило с тобой поработал.

И попал в яблочко. Без участия мучителя девушку вряд ли бы снедало жгучее желание, требующее немедленного удовлетворения. Настолько немедленного, что о сопротивлении она даже не думала…

— Ты войдёшь туда? — присоединившись, спросил незнакомец.

— Вот ещё! — презрительно усмехнулся Влад. — Я пришёл брать своё, а не чужое. К тому же эту дырочку он наверняка уже раздолбал под себя… Нет. Я войду в попку. Её он явно ещё не трогал. А, значит, там узко.

Тут до пленницы наконец-то дошло, что именно с ней собираются сделать — и она попыталась выскользнуть… Но Влад был начеку и моментально пригвоздил её к месту.

— Прекрати дёргаться, — оставив притворство, процедил он. — Иначе я войду быстро и насухую. А это очень больно. Обоим. Но тебе будет хуже.

И девушка обречённо обмякла.

— Нет, пожалуйста! — заплакала она. — Только не в попу… Умоляю!

Однако насильника это не тронуло. Скорее, наоборот — разозлило.

— Хватит! — отрезал Влад, отвесив ей смачный подзатыльник. — Допускаю, что твоему Господину доставляет удовольствие слушать, как ты молишь о пощаде, но я терпеть не могу, когда шлюхи открывают свои грязные рты, пригодные только для одного… Ну и ещё для сладострастных стонов. Будешь стонать, а?

Здесь он схватил её за волосы и резко потянул на себя, требуя ответа. И пленница мелко закивала, испуганно округлив глаза.

— А вот и не угадала! — широко улыбнулся насильник. — Ты будешь кричать, но мы превратим это в стоны… Заткни её! — приказал товарищу.

— Чем?.. — аж опешил тот, не ожидав такого поворота.

— Чем-чем. Членом! Зайди с другой стороны и вставь ей по самые гланды. Чтобы дышать могла лишь с нашего разрешения.

Сглотнув, девушка намертво стиснула зубы и в ужасе уставилась на чужака… Который послушно перепрыгнул ограду и уже направлялся к ней, на ходу расстёгивая ширинку.

Это стало последней каплей. Стоило ему явить на свет розовую головку давно возбуждённого пениса, как она замычала и неистово забилась в сильных мужских руках, словно в неё вдруг вселился самый настоящий демон… Но Влад был начеку и резко дёрнул рабыню за волосы, вынудив её замереть в неестественной позе с широко открытым ртом.

— Так-то лучше, — удовлетворённо протянул насильник, уткнувшись в по-прежнему сухой анус своим членом.

В то время как второй мужчина уже примерялся к губам девушки.