Русые волосы у нее были кое-как собраны на затылке, и некоторые пряди торчали во все стороны. Ярко-изумрудные глаза возбужденно блестели.

— Ну наконец-то! — Она остановилась возле моей койки и сложила руки на груди. — А мы уже думали, ты до самого утра проспишь. Хотя для тебя это было бы лучше. Нам все равно до завтра отдыхать разрешили.

— До завтра? — переспросила я.

— Ага, — кивнула она. — Нас всех сюда привели после лабиринта. Это общая казарма для тех, кто прошел испытание. Сегодня отдыхаем, а завтра начнется распределение по командам. Интересно, в какую я попаду...

Она говорила так быстро, что я едва успевала следить за словесным потоком.

— Какие еще команды?

Элли открыла рот, собираясь ответить, но ее перебил незнакомый мне громкий мужской голос:

— Она и правда иномирянка? И совсем ничего не знает?

К моей койке подтянулось несколько ребят и с интересом принялись рассматривать меня.

— Она правда иномирянка, — подтвердила Лаура. — И, кажется, из мира, где вообще ничего не знают об Астэроне, Волне и магии.

— Тогда ей многое придется объяснять, — произнесла стоявшая впереди девушка с удивительными фиолетовыми волосами и точно такими же глазами. — Я даже не знаю, кто захочет взять ее в команду.

— А кто-нибудь здесь уже думал, к кому из капитанов хочет попасть? — спросил тот самый громкоголосый.

— Я бы к Вэю пошла, — отозвалась Элли. — Говорят, он спокойный и не гоняет своих до полусмерти на тренировках.

— Зато потом гоняет, — усмехнулся стоявший рядом парень с белыми волосами и серебряными глазами. — Здесь вообще нет капитанов, которые будут подтирать кому-то нос. А уж тащить за уши точно не станут. Не за этим нас всех выбирали.

— А зачем? — спросила я.

— Чтобы стать подчинителями, — ответила девушка с фиолетовыми глазами. — Ты действительно совсем-совсем ничего не знаешь?

— Совсем-совсем.

— А как же ты тогда попала во Вторую Волну?

— Если бы мне кто-то это объяснил, была бы благодарна.

Девушка недоверчиво поджала губы и покосилась на Лауру. Та развела руками. Элли тем временем устроилась на краю соседней койки, подтянув под себя ноги, и повернулась ко мне всем телом.

— Астэрон готовит подчинителей, — начала она. — Лучших во всем Верлуме. Сюда далеко не каждый может попасть. Волна сама ищет тех, у кого есть подходящий дар или сильная магия, и приводит на отбор.

— Иногда даже против воли, — хмыкнула Лаура и отвернулась. Я готова была поклясться, что она закусила губу.

— Подчинителей кого? — негромко спросила я.

— Монстров, конечно, — ответил светловолосый, облокотившись о спинку койки напротив.

— Каких монстров? Тех, которых мы видели в коридоре и лабиринте?

— Не только, — протянула Элли. — Разновидностей монстров много. Подчинители работают именно с магическими. В Верлуме живут десятки видов. Среди них есть разумные, есть дикие, но почти все они хищные. Есть совсем небольшие, а есть такие, которые могут уничтожить сотню подчинителей одним ударом щупальца или лапы. Подчинители занимаются тем, что подчиняют их...

По позвоночнику прошел озноб.

— То есть я правильно поняла: мы здесь, чтобы подчинять этих монстров?

— Не сразу, — поспешила успокоить меня Элли. — Сначала мы пройдем обучение. Перво-наперво нас распределят по командам, потом начнут готовить. На следующем испытании мы должны будем найти монстра и подчинить. Он останется с нами на протяжении всего обучения, а зачастую и потом... если выживет. Или если ты выживешь. Там уж как повезет.

— А если я не смогу подчинить? — спросила я.

— Значит, ты выбрала существо, которое тебе не по силам, — пожала плечами девушка. — Выбрать надо такое, на которого ты можешь воздействовать.

«На которого можно воздействовать...».

От слов Элли в голове словно что-то щелкнуло. И тут же вспомнилась Валерия Степановна, рассказавшая всему классу свою личную жизнь. И тетушка: «У тебя уникальные глаза. Глядя в них, нельзя врать. А ты научись сама не смотреть в чужие глаза. Поверь, не всегда нужно знать, что творится в душе у других».

Следом всплыл образ Марата: «Мне с тобой до одури сложно. Ты словно под кожу, в разум мне лезешь».

Я прикрыла глаза.

«Это дар. Наследственный. Была бы жива мать, она бы рассказала...», — слова тетушки отчетливо прозвенели в ушах.

«Вторая Волна выбирает тех, у кого есть дар...».

«Отлично. Спасибо, мамуля... Так, значит, вот почему я здесь. Вот только я не умела пользоваться никаким даром».

— Для подчинения одного дара мало, нужны сила, выносливость и магия, — сказал светловолосый парень. — Монстр может напасть раньше, чем ты успеешь что-нибудь сделать. Даже подумать времени не будет. Поэтому в академии смотрят не только на дар.

— Скорость, реакция, — добавила Лаура, снова повернувшись ко мне. Лицо ее опять было расслабленным, но смотрела она очень внимательно. — Иначе ни в бою, ни на турнире долго не продержишься.

— И воля, — негромко произнесла фиолетоволосая. — Если твоя воля окажется слабее, монстр тебя сам подавит и подчинит. Но это в лучшем случае. В худшем — просто разорвет и сожрет.

От их рассказов мне становилось все хуже. Кажется, я стану ужином или обедом первого же монстра, которого встречу.

— Вы все это знали и готовились заранее? — спросила я.

— Конечно, — ответила Элли. — Я два года готовилась.

— Всего два? — Девушка с фиолетовыми глазами вскинула брови и, задрав рукава рубашки, поиграла мышцами. — Меня родители начали обучать в десять. Сначала общая магия, потом работа с сознанием монстров. Последние три года еще и боевые искусства.

— А меня вообще с шести лет, — поддержал ее беловолосый парень. — Отец сам подчинитель и много лет служил на границе. Меня с матерью по гарнизонам таскал и попутно учил.

Остальные ребята тоже начали рассказывать о своей подготовке. Кто-то занимался с личным наставником. Кто-то с детства тренировался владеть оружием. Один из парней признался, что думал попасть в Первую Волну этого года, но она прошла мимо. Он даже было расстроился, что вообще не попадет... Но вот же... Он здесь. Говорил он это радостно и с запалом.

Хотя лично я не видела ничего хорошего в том, чтобы попасть в академию и управлять жуткими монстрами.

Я слушала и все сильнее сжимала ладони.

Два года.

Пять лет.

С детства.

Они изучали магию, сражались, готовились подчинять монстров и мечтали попасть в Астэрон. Для них сегодняшний лабиринт был испытанием, которое они ждали.

Для меня это стало неожиданным кошмаром, начавшимся в душевой спортзала.

Да, я несколько месяцев ходила в зал. Научилась терпеть какую-то нагрузку, перестала задыхаться после десяти минут на дорожке и даже немного укрепила мышцы. Но рядом с ребятами, которых обучали с детства, это выглядело просто детсадовской гимнастикой.

Что я вообще здесь делаю? Почему эта их Волна вытащила меня?

— Любопытно, к кому завтра попадем, — задумчиво протянула Элли. — Я не слишком горю желанием попасть к кому-то чересчур жесткому и сильному. По мне так средненькая команда... с просто нормальным капитаном.

— Смотря кого ты имеешь в виду под нормальным, а кого — под сильным, — ухмыльнулся парень, подошедший только что. Провел рукой по каштановым волосам. — У каждого свои методы. Они все сильные и жесткие, иначе не стали бы капитанами.

— По мне так самый жесткий — Кайл Хартен, — сказала другая девушка, брюнетка с черными, как бездна, глазами, до этого молча слушавшая разговор. — Мой брат в прошлом году поступил. Рассказывал, что Хартен в своей команде никому спуску не дает. Я, кстати, видела его сегодня на смотровой башне. Наверное, подбирал себе кого-то в команду.

— Ну да, насколько слышала, — подсказала фиолетовоглазая. — У него в прошлом турнире сразу три бойца пали. Один не оклемался. Двое отделались сложными переломами. Одного списали из академии, второй хромает. Кайл такого обратно в команду не возьмет. Вот и выбирал себе новенькие тушки.