— Как? Я не могу! — я даже встала с кресла и остановилась за его спинкой, пытаясь отгородиться от его слов. — Лорд Стоунхард должен стать моим мужем! Мы помолвлены, и я не собираюсь отказываться от этой помолвки!

— Он больше не может вас защитить и обеспечить! — слегка повысил голос секретарь. — Но вы сделали для защиты императорских земель от вспышки Раскола очень многое, и его величество это ценит. Поэтому и велел мне устроить вашу жизнь как можно лучше. Вы молодая красивая женщина, мы найдём вам супруга без труда, уверен. А о лорде Стоунхарде вам лучше… забыть. Он уже никогда не станет таким, каким вы его знали.

Я и хотела бы удержаться за кресло, но руки ослабели, и я сползла на пол. К горлу подкатили жгучие рыдания, и я не могла их сдержать. Мужчина, которого я любила больше жизни больше не мой, стихия забрала его у меня.

И я запретила себе надеяться, что однажды встречу его вновь.

* * *

Я вернулась в свою комнату сама не своя. Илидан хочет познакомиться с Рикардом! Я и не подумала бы, что он попросит об этом так рано. Ладно, я вообще не думала об этом — как-то не успела ещё.

Но сейчас…

Я не хотела и не собиралась говорить мужчине, который оставил меня на десять лет и не написал ни строчки, о том, что Рикард — его сын. Его! Но он потерял право знать об этом, как только сознательно решил от меня отказаться. А как иначе? Он был жив, он выглядит роскошно, будто не было страшного катаклизма, который едва не забрал его жизнь, как я думала.

И за это время он не пожелал хоть раз увидеть меня и объясниться.

Может, тогда я сказала бы. Но сейчас — нет. У Рикарда есть отец — и это Зерион. Отец, которого он потерял из-за проклятого Раскола!

Остановившись посреди комнаты, я выдохнула. Ладно, надо успокоиться и всё спокойно обдумать. Да, я не хотела оставаться рядом с Каменным лордом, потому что знала — это будет мучение. Каждый день я буду находиться под атакой просыпающихся воспоминаний.

Но я готова была согласиться — ради сына. Чтобы ему не пришлось бояться ночёвок в сомнительных гостиницах или под крылом сварливой бабушки, которая, кажется, никогда её го не любила. Я старалась не винить её в этом, ведь знала, что Рикард — не её кровь. Я терпела её недовольство его воспитанием, его внешним видом: сын был похож на меня, а не на Зериона.

И, конечно, он не мог быть на него похож. Все эти годы я отчётливо видела черты Илидана в профиле Рикарда, его глаза, похожие на отцовские. Такие же выразительные и пронзительные. От полного сходства уберегали лишь светлые волосы, доставшиеся ему от меня, но я всё равно боялась, что однажды Зерион поймёт. Тем более за время нашего брака я больше не родила ему детей.

— Леди Верайя! — в мою небольшую гостиную бодро вошла Тея. — Я сделала всё, о чём вы меня просили. Плотник уже занялся починкой окна в комнате Рикарда.

— Спасибо! — я повернулась к ней, стараясь стереть с лица следы тяжёлых раздумий.

В руке у камеристки оказался запечатанный конверт, который она сразу протянула мне.

— Вот! Только что прибыл почтовый дракон. Это письмо вам. Из Риверрена.

Я сразу выхватила послание из её руки. Похоже, это письмо от леди Лакленд — моей «обожаемой» свекрови. Она наконец соизволила мне ответить! Если она готова принять нас с Рикардом, то, возможно, нам всё-таки лучше будет уехать. Илидан вполне справится и без нас — и так я не буду ни в чём от него зависеть.

Я торопливо развернула письмо и пробежалась глазами по скупым строчкам. Содержание их оказалось неутешительным.

'Дорогая Верайя, я, конечно, понимаю, что сейчас вы с малышом Рикардом оказались в затруднительном положении. Но вынуждена сообщить, что принять вас с нашем доме не смогу — по крайней мере в ближайшее время. Дело в том, что мы затеяли небольшой ремонт, и дом мы покинем почти на всё лето, переедем в летнее поместье, а там, представляешь, гораздо меньше места, чем в городском особняке.

К тому же я считаю, что тебе следует остаться в Гримфэлле и заняться поисками Зериона. Признаюсь, я совершенно не понимаю, почему именно в тот момент, когда тебе нужно проявить себя верной женой, ты вдруг решила всё бросить? Как же твой муж?

Я понимаю, что поместье продано. В том есть и твоя вина тоже — Зерион так хотел, чтобы у вас был свой дом, что пожелал купить лучший. Да, его сложно было содержать, но ты бы могла помочь ему в этом. Но ты жила в своё удовольствие и совсем не заботилась о будущем! Только тянула из него деньги на свои ненужные проекты.

Но всё имеет свои последствия. Пока мой сын не будет найден, я не хочу видеть тебя в своём доме!'

Я не дочитала последние несколько строк и гневно бросила письмо на стол. Содержание письма леди Лакленд не стало для меня большой неожиданностью, но всё равно разозлило. Она всегда считала, что Зериону не повезло со мной.

Да, я не была идеальной. Да, за моей спиной был жизненный багаж. Но я старалась быть хорошей женой Зериону, пусть между нами и не было пылких чувств.

Её обвинения несправедливы!

— Что там? — осторожно поинтересовалась Тея.

— Ничего хорошего, — ответила я, слегка уняв всплеск обиды, чтобы не задеть ею камеристку, которая ни в чём не виновата. — Леди Лакленд не хочет нас видеть.

— И что же вы теперь будете делать? — девушка ошарашенно села на стул.

— Раз иного выхода у меня всё равно нет, я собираюсь принять предложение лорда Стоунхарда.

— Какое предложение? — глаза камеристки заинтригованно загорелись.

— Остаться здесь в качестве управляющей.

— О! Так это же прекрасно! — Тея облегчённо приложила ладони к груди. — И очень удобно! Если позволите, я сообщу всем слугам.

— Постой, — остановила я её. — Ещё рано. Я не сказала об этом даже самому лорду. Взяла время подумать.

— Простите, — камеристка похлопала себя пальцами по губам. — Просто я знаю, как все обрадуются!

— Лучше позови ко мне Рикарда. Я хочу сама поговорить с ним. А то он уже настроился на путешествие.

— Хорошо! — кивнула Тея. — А вещи?

— Их мы всегда успеем разобрать.

Обрадованная новостями камеристка убежала. Я же лишь усмехнулась, вынула из раскрытого чемодана небольшую шкатулку, в которой хранила кольца, и села с нею на кровать. Повернула небольшой замочек, откинула крышку. Среди остальных украшений там было одно, которое имело особое значение.

Кольцо с изящным рубином, висящее на цепочке. Раньше я носила его на шее, пока Зерион не запретил. Я осторожно вынула его двумя пальцами и покачала перед глазами. Камень сверкнул, поймав свет одной из граней — и в груди у меня ёкнуло.

Это кольцо Илидан подарил мне на помолвку — громкое событие в светском обществе, прогремевшее на всю империю. Лорд-Хранитель Каменного Раскола успешно призвал свою истинную, их метки сияют так, что видно за километр, как и влюблённые глаза, которые они не сводят друг с друга.

Я носила это кольцо, не снимая, пока Илидан не пропал. Пока особо сильная вспышка Раскола не забрала его у меня. После этого Каменный Раскол погас, как и моё сердце.

Теперь он вернулся — в другом месте, через десять лет — и вернул Илидана. Такого же внешне, но неуловимо другого внутри.

Какая ирония.

Громко хлопнула оконная створка — её распахнул сквозняк: Тея неплотно закрыла дверь. И в тот же момент в комнату влетел Кей — мой ручной ворон, который где-то пропадал сегодня полдня, а теперь вот явился. Он сделал круг над моей головой и сел на изножье кровати.

Я сразу уронила кольцо обратно в шкатулку, после чего захлопнула крышку. Она и так немало пострадала от него: он уже выклевал из неё несколько самоцветов и утащил в неизвестном направлении. Случались у него приступы неконтролируемой клептомании, и он начинал тащить всё, что блестит, а где находится его тайник, нам до сих пор не удалось выяснить.

— Даже не думай, — предупредила я его, заметив хитрый манёвр.

Довольно скоро после его появления в доме все обитатели научились не оставлять на виду мелкие блестящие предметы, иначе они обязательно рано или поздно будут украдены. Возможно, в предках у Кея затесалась не одна сорока. Мне даже страшно было представить размеры его склада — ему наверняка позавидовал бы любой уважающий себя дракон.