— Кар-р, — ворчливо ответил мне Кей. — Дай!

Произносил он немногие слова, но зато это усвоил одним из первых и использовал его чаще всего.

— Обойдёшься! — проворчала я, убрав шкатулку в тумбу возле кровати.

Иначе сейчас он войдёт в раж и начнёт хулиганить. С его тягой даже был связан один неприятный случай. Кей стащил у Зериона нечто очень важное — как тот сказал, выхватил прямо из руки — и унёс в открытое окно. Муж гонялся за вороном несколько дней, пытался уговорить его показать, где его склад, но так и не смог — ворон лишь таращил на него чёрные глаза и сдаваться явно не собирался.

Зерион даже поручил всем в доме следить за ним, чтобы выяснить, куда он тащит предметы. Ему нарочно подкладывали блестящие маячки, но Кей оказался настолько умён, что напрочь их игнорировал. Слуги обыскали, кажется, всю округу, но ничего не нашли.

Зерион ходил злой ещё несколько недель. А затем неподалёку от Гримфэлла открылся Раскол — и украденные безделушки стали неважны. Я так и не узнала, что именно стащил ворон у мужа — он не рассказал мне, отмахивался каждый раз, как я спрашивала.

А сейчас, в свете того, что случилось, это было уже неинтересно.

Поклевав стенку ящика, в который я убрала шкатулку, но не сумев его открыть, Кей успокоился, перелетел на подоконник и принялся следить за тем, как я медленно разбираю вещи, которые аккуратно складывала в багаж несколько дней.

Наконец за дверью послышались голоса и шаги. После короткого стука первым в гостиную вошёл Рикард — он явно был взбудоражен и как будто немного напуган. Может, всё-таки рано ему было рассматривать падших? Всё-таки это очень сильное впечатление для ребёнка.

Но я заставила себя отбросить сомнения. Теперь нам придётся постоянно соседствовать с этими существами — нужно привыкать.

Следом за Рикардом вошла Тея и без лишних разговоров взялась мне помогать.

— Зачем ты звала меня, мам? — сын плюхнулся рядом со мной на диван и подозвал Кея — тот перелетел ему на голову, а затем спрыгнул на подставленную руку. — Ты ещё не собрала вещи? Нам же скоро ехать!

Он очень любил путешествия, но из-за вечной загадочной занятости Зериона мы редко куда-то выбирались. Только на самые важные приёмы — а их случалось всего пара штук за год. Иногда летали к родственникам — но они не особо рады были нас видеть.

Нас с Рикардом, разумеется.

— Представляешь, мы остаёмся, — я потрепала его по волосам. — Нам больше не нужно никуда ехать. По крайней мере пока.

— Да-а? — разочарованно протянул сын. — Ну вот, я думал, мы поедем. А ещё лучше — полетим на драконе! Уверен, лорд назначил бы нам одного для путешествия к бабушке.

Несмотря ни на что, он хорошо относился к леди Лакленд и всегда был рад встречам — даже редким. Но скорее ему просто хотелось сменить обстановку. Здесь ему всё напоминало об отце — и он часто грустил и волновался.

И вообще — Рикард всегда был очень впечатлительным. Когда мы только переехали в Гримфэлл, некоторое время он даже мучился кошмарами, но вскоре они стали реже, а затем вовсе пропали.

— Нет, милый. Мы не полетим на драконе. Лорд Стоунхард предложил мне работу здесь, так что мы остаёмся.

— Кар-р! — подытожил мои слова Кей. — Лор-рд. Лорд!

Это слово ему тоже нравилось.

А вот Рикард задумался и как-то обеспокоенно посмотрел в окно.

— А когда вернётся папа, лорд Стоунхард тоже даст ему работу? — поинтересовался он, немного над чем-то поразмыслив. — Иначе как мы сможем остаться тут дальше? Ведь дом больше не наш…

— Когда папа вернётся, они с лордом обязательно это обсудят, — заверила я его.

— Он же найдёт папу? — голос Рикарда снова погрустнел.

— Я очень на это надеюсь, — я натянуто улыбнулась. Мне хотелось быть искренней, но не всегда удавалось сдержать эмоции. Всё это до сих пор казалось мне плохим сном. Прижав сына к себе, я посмотрела на камеристку — та сочувственно поджала губы, а затем нарочито бодро проговорила:

— Лорд Стоунхард выглядит надёжным. Он наверняка разберётся, в чём тут дело, и отыщет всех пропавших всадников. И вашего отца в первую очередь!

— Как вы прогулялись с адъютантом Дрейком? — решила я сменить тему, пока сын окончательно не расстроился.

Рикард ожидаемо приободрился и, отлипнув от меня, принялся рассказывать:

— О! Падшие такие огромные! И такие мерзкие, — тут он осёкся и, показалось, с лёгкой опаской глянул на меня исподлобья. — Оказывается, я уже видел их раньше… во сне.

Я замерла, забыв, что хотела вынуть из чемодана. Он ничего не говорил мне об этом! Что это ещё за новости⁈

— И когда ты видел их во сне?

— Давно уже… — пожал плечами сын. — До того, как Раскол открылся.

Тея испуганно прижала ладони к груди. Я же сглотнула вязкий ком, который мгновенно встал в горле. Можно было подумать, что кошмары вернутся после пропажи Зериона — для Рикарда это было большим потрясением. Или они могли возникнуть после открытия Раскола — ведь его магия очень сильна и поначалу заметно воздействовала на всю округу. Но он видел их до…

— Ты уверен?

— Да, — насторожился сын. — А что?

— Почему ты не сказал мне?

От того, как резко взвился мой голос, Кей заволновался и перелетел обратно на подоконник.

— Я не хотел, чтобы ты волновалась. Вот прямо как сейчас. Это просто совпадение. Я перечитал книжку на ночь, — Рикард насупился и встал, собираясь уходить.

Порой он считал себя очень взрослым и не любил, когда его уличали в каких-то слабостях. Он старался не плакать, если ударился, а если что-то не получалось, он добивался, чтобы получилось — лишь бы его не жалели.

— Ты видишь их до сих пор? — уже спокойнее спросила я.

— Нет, — помотал головой сын.

— Хорошо…

Но это всё равно странно. Он никогда раньше не видел падших, как тогда мог вообразить их себе именно такими, какие они есть?

Когда после нападения падших всё окончательно успокоилось, а отряд, отправленный проследить за порождениями, вернулся, во дворе закипела работа. Стремительно разлагающиеся тела чудовищ начали разгребать. Какие-то откладывали в сторону — видимо, для исследований — другие посыпали тёмным, похожим на графит, порошком. Занимались этим не только всадники, но и призванные на помощь слуги.

Я знала, для чего этот состав нужен — он начисто уничтожал туши падших, благодаря ему они растворялись гораздо быстрее. В условиях замкнутого гарнизона быстрая нейтрализация останков — необходимость. Иначе недалеко до отравлений почвы и воды, если они начнут копиться. Я уж не говорю об отвратительном запахе!

Те туши, что лежали вдалеке от поместья, никто не трогал — они не представляли опасности.

Мы с Теей почти закончили обратный разбор моих вещей. Теперь камеристка занялась тем, что начала развешивать их обратно по шкафам гардеробной. Рикард отправился наблюдать за работой всадников, хотя на самом деле он хотел принять в их хлопотах непосредственное участие.

Я не стала препятствовать. Тем более мне было хорошо видно его из окна моей комнаты. Крутился он, конечно, больше всего рядом с адъютантом Дрейком, но и с остальными наездниками охотно знакомился.

— Отдохните, — посоветовала мне Тея, — я закончу без вас.

Но отдыхать мне было некогда. Раз уж я решила остаться, то нужно закрыть этот вопрос на ближайшее время. Поэтому, слегка собравшись с духом, я вновь отправилась в кабинет к лорду Стоунхарду. Надеюсь, он ещё там и не придётся бегать по всему поместью, чтобы его найти.

На мою удачу, Илидан и правда оказался на месте — он что-то записывал в большую конторскую книгу. Скорей всего, это был традиционный для гарнизонов журнал событий. Туда вносили что-то вроде ежедневного рапорта о том, как протекает жизнь в замке — особенно если случилось что-то важное. Он был очень сосредоточен — цифры не терпят суеты и невнимательности.

Однако, как только я вошла, он прервал своё вдумчивое занятие и поднял на меня взгляд. Несколько мгновений тот ещё оставался отстранённым, но наконец мысли Илидана обратились к моему визиту.