– Звуки издавала одна из девочек?

– Не знаю. Думаешь, они как-то связаны с мертвой женщиной?

– Ни малейшего представления.

– Она все еще там?

– Да. Доннер как мог огородил место происшествия, а теперь нужно провести расследование. Я вызвал коллег из Джуно, они едут.

– Как… Где она?

– Когда Рэнди позвонил и рассказал, что слышал, Доннер поехал к нему домой. Там он ничего не нашел. Но сразу за домом после оползня – ты, наверное, о нем слышала – обнажилась земля, и стала видна дорога. Ехать по ней тяжело, но она достаточной ширины, чтобы пикап Доннера мог по ней пробраться. Доннер никогда там не был. И я не был – она завалена уже много лет. Доннер поехал посмотреть и обнаружил что-то вроде хижины. Тело было внутри. – Грил откашлялся. – Замерзшее. Я еще его не видел, поеду вместе с ребятами из Джуно.

Мысли завертелись у меня в голове. Наверное, Доннер уехал из хижины, потому что там не ловил телефон. А ведь пока туда доберутся, тело может разложиться. На улице холодно, но не морозно. Оно будет оттаивать.

– Прямо сильно замерзшее? Как из морозильника? Сейчас не так уж холодно, чтобы хоть что-то заморозить, – сказала я.

– Доннер решил, что замерзшее. Тело могли оставить в хижине недавно. Пока мне ничего не известно.

– Боже, это ужасно. Вдруг это окажется мама девочек.

– Это может оказаться кто угодно. Пока мы не нашли никого, кто знал бы девочек.

Я перевела взгляд с леса на Грила.

– Можно я поеду с тобой?

– Ты что, шутишь? Нет, конечно.

– Грил!

– Я тебе рассказал просто из любезности – чтобы ты знала, отчего здесь туда-сюда ездит куча людей. Будет суматоха, и я не хочу, чтобы ты мешалась.

– Грил, ты же знаешь, на что я способна. Ты подумай. Я ведь смогу помочь. – Я помолчала. – Ты доверяешь этим из Джуно?

Он помолчал.

– Да.

– Что-то непохоже.

– Я их не знаю.

– Вот видишь, а мне ты доверяешь. Тебе известно, что я подмечаю то, что не видно другим.

– Ты сильна в вычислениях, Бет. Подмечаешь расстояния между предметами. У криминалистов тоже есть эти навыки.

– В какой-то мере да. Но я могу помочь. Помнишь Линду Рафферти? Тебе надо было пораньше показать мне место преступления. Я бы тогда… разобралась получше.

Грил был хорошим полицейским шефом. Более чем хорошим. Но при осмотре места убийства Линды он ошибся; я тогда только переехала в Бенедикт. Линда с мужем переехали по той же причине, что и я, – в их прошлом произошло несчастье.

Потом, увы, несчастье последовало за ними, и снова избежать его Линде не удалось. Я помогла Грилу разобраться с местом, где обнаружили ее тело.

Если бы мой дедушка был еще жив, я бы обязательно с ним работала – хоть секретаршей, хоть экспертом-криминалистом, смотря что ему было нужно. У меня все это очень хорошо получалось – инстинктивно я умела безошибочно обращаться с числами. Когда Грил раскрыл мне все данные по месту убийства Линды, я подметила ошибку в измерениях, и это помогло раскрыть преступление.

Грил потер свою неизменную седую бороду.

– Доннер сказал, что там ужасно.

– Я справлюсь.

Я и правда могла. Даже не считая моего трехдневного кошмара, я много всего видела, а изучала еще больше. Я писала про разные ужасы, и они не беспокоили меня, если не приходилось в них участвовать.

– Звучит отвратительно, но решение чужих проблем помогает мне отвлекаться от собственных, – продолжила я.

Он медленно покачал головой, всмотрелся мне в глаза. Наконец сказал:

– Хорошо. Будем надеяться, мне не придется об этом жалеть… Хорошо. Сначала позвоним Ви. – Он достал телефон.

Пока он говорил с Виолой, я отошла. Снова вспомнила про другое тело, в строгой белой рубашке, но пока решила о нем не спрашивать. Пожалуй, я бы услышала, если бы его опознали. А полагать, что оба умерших связаны между собой, – большая натяжка.

Я снова стала смотреть на дорогу, шедшую в сторону леса. Как далеко было место преступления? Там ли еще тело женщины? Если нет, кто мог его убрать?

Скоро я все узнаю.

Вместе с Грилом и девочками я вернулась в «Бенедикт-хаус». Виола познакомилась с ними, и, как только все немного освоились, Грил уехал, сказав, что через пятнадцать минут вернется за мной. Мне пришло в голову, что он может передумать и не приехать.

Новые заботы по помывке девочек не доставили Виоле особенного неудобства. Она была не одна: Бенни, ее сестра, собрала одежду и еду; пришла помочь и Мэйпер – тлинкитка, которую я встретила однажды в «Глейшер-Бей». Мэйпер подрабатывала в гостинице в разгар туристического сезона, но еще у нее был опыт работы сиделкой. То ли это значило, что она получила медицинское образование, то ли просто раньше за кем-то ухаживала. Так или иначе, но она была добрая и ласковая – то, что нужно.

– Привет, Энни и Мэри, – повторила Виола и улыбнулась девочкам, смотревшим на нее широко раскрытыми глазами. – Мы о вас позаботимся.

Они кивнули, но по-прежнему молчали и в ответ не улыбнулись. Виола открылась с неожиданной стороны: почти всегда она была со мной очень дружелюбна, но прежде я не видела такой теплоты.

– Вы двое, все хорошо? – спросила я. – Мне надо ехать, но я скоро вернусь.

На мгновение показалось, что в их глазах вспыхнул и тут же погас огонек беспокойства. Все у них наладится. Поначалу я до смерти перепугалась, потом волновалась, а теперь просто была рада, что девочки в тепле.

После этого я кивнула Виоле. Она сказала, что Эллен в порядке, в своей комнате, и сможет пока позаботиться о себе сама. Хоть бы это было так.

Я услышала, как подъехал пикап Грила, и, улыбнувшись еще раз Энни и Мэри, снова вышла из «Бенедикт-хауса».

В этот раз за рулем был не Грил, а Доннер. Он затормозил, я открыла пассажирскую дверь и забралась внутрь. Он разговаривал по телефону, и я не стала его прерывать, а пристегнулась и прислушалась.

– Ничего? – сказал он. – Хорошо, будем на связи. Девочек сейчас отмоют. Знаешь Виолу? Ну вот. Да. Она все сделает. Понял. Пока.

Он повесил трубку и взглянул на меня.

– Во всей Аляске никто не заявлял об исчезновении двух девочек. До сих пор.

– Может, родственники еще не спохватились, – предположила я.

– Может быть. Или девочки не считаются пропавшими, – сказал он.

– Я уже напридумывала себе, как они могут быть связаны с телом, что мы едем обследовать, – заметила я.

Доннер нахмурился.

– И я. Не нужно быть писателем, чтобы связать эти события, правда?

Я взглянула на него, но он не отрывал глаз от дороги. Похоже, просто случайное замечание – моей тайны он не знал.

– Конечно нет, тут все как на ладони, – сказала я.

– Может быть и просто совпадение, – заметил он.

Мы свернули на дорогу к «Петиции» и, по-видимому, далее к дому Рэнди и затем к телу; грязь машину не очень затрудняла.

– Чем занимаются те, кто живет в лесу? – спросила я. – Разве им хоть изредка не требуется цивилизованный мир?

– Бывают люди, которые хотят куда-нибудь удрать, скрыться с радаров. Так жить тут вполне можно, но непросто, особенно зимой. Охотишься, ловишь рыбу, огородничаешь. К врачу ходят не все, и лекарства принимают не все. Но заработать можно, если даже не трудоустроен. Промысел зверей приносит хорошую прибыль.

– Ух, отвратительно звучит.

Доннер пожал плечами.

– Мне это не подходит, Бет, но такова жизнь. Пытаюсь судить непредвзято.

– Понимаю.

В молчании мы проехали офис «Петиции», а затем еще пару ухабистых миль до деревянного коттеджа.

– Дом Рэнди? – спросила я.

– Да. – Доннер остановил пикап.

Дом оказался ближе, чем я думала. В эту сторону я ездить не отваживалась. Просто в голову не приходило. С первого взгляда ясно: ждет сплошная тряска по разбитой дороге.

Это был очень простой квадратный домик с островерхой крышей и печной трубой. Таких в здешних лесах было полно; Рэнди пристроил еще то ли второй этаж, то ли чердак или эркер с окном. На фоне зимнего пейзажа дом выглядел очень сурово. В пикапе было тепло, но по рукам у меня пробежал холодок. Я ощутила, что покидаю зону комфорта.