— Голосовать, смотрю, собрались.

Князь взглянул на Турана:

— Ну, а ты что притих? Раз у нас такой вопрос поднялся, тоже говори, что думаешь.

Туран растерялся. Ему-то такие дела вообще никогда решать не приходилось.

— Не знаю, что сказать, — честно признался он. — Я бы девушку забрал. Только если это делу повредит, нам совет берегинь спасибо не скажет.

Иван засмеялся:

— А-а-а, Гиневы боишься?

Туран смутился, но быстро это с лица убрал.

— А ты нет? — ответил он вопросом.

— Не того человека спрашиваешь, — заметил Вурда. — Чтобы Рилевич чего-то боялся? Удивлюсь, если узнаю. Иван, ты хоть чего-нибудь боялся?

Но князь внезапно кивнул:

— Удивлю тебя: боялся. Один раз. Когда отец Софьи сказал, что не отдаст мне её в жёны. Самая страшная минута была в моей жизни. Так что... если уж голосуем, то я за Рира.

Тот опустил голову в благодарность Ивану, а потом поднял глаза на берегиню. От её слова всё зависело.

Арнава думала ещё мгновения, но все голоса приняла и свой за просьбу Рира прибавила. Решение в его пользу получилось.

— Иван, поговори с Фурканом, — сказала берегиня. — Попроси его пока Дардану не продавать. Скажи, пусть сначала нас продаст, а её пока при караване оставит. Если у нас получится всё, как задумано, то будем знать где она. Чтобы потом по рынкам и улицам не рыскать за ней. А то народа полно и место незнакомое. Долго будем её искать.

Рир коротко вздохнул и едва заметно поклонился Арнаве:

— Спасибо.

— Иди, — с улыбкой отпустила его берегиня.

И оборотень немедленно зашагал к повозке, где сидела Дардана. Волновался, но теперь точно знал, что надо ей сказать. Подойдя, только открыл было рот, как девушка внезапно сама наклонилась к нему и положила ладони на плечи.

— Не ходи на арену, — с тревогой прошептала она.

Оборотень удивился.

— Не ходи, — повторила Дардана.

Кое-что она Риру не сказала. Не думала раньше, что это важно, но теперь вспомнила что говорили о людях, ставших солдатами царя. Разглядывая их сейчас, Дардана увидела, что слухи правдивы.

— Говорят, после посвящения воины становятся совсем другими, — прошептала она. — Они бесстрашные, совсем ничего не боятся.

— И что в этом такого? — Рир улыбнулся. — Воины и должны быть бесстрашными.

— Нет, нет... — девушка сильно сжала его плечи. — Они приказы царя выполняют любые. Даже если он им в огонь прыгнуть прикажет, они прыгнут и сгорят. И не говорят почти.

— Не говорят? — Рир устроил локти на бёдра Дарданы и смотрел на неё снизу вверх, раздумывая над её словами. — И приказы любые выполняют...

Оборотень вспомнил уничтоженные деревни в долине Энсасера.

— Не ходи туда, — Дардана наклонилась к его лицу. — Вернёшься таким же, как они.

Рир обернулся и сам ещё разок внимательно оглядел солдат. Да уж, правильно: как не живые. Ко всему равнодушные. Такие людей переубивают, не задумываясь.

Оборотень вернулся в глаза Дарданы, и она их не отводила.

— Иван поговорит с Фурканом, — произнёс Рир, — попросит, чтобы он пока тебя не продавал. Подожди меня здесь, хорошо?

— Что? — Дардана удивлённо замерла.

И Далила немедленно выглянула из-за её спины, тоже поглядев своими карими глазами-вишенками.

Оборотень усмехнулся.

— Зачем нам тебя ждать? — прошептала Дардана.

— Я за вами вернусь, — уверенно ответил Рир. — Что бы с нами дальше не случилось, если жив буду, я за тобой и дочкой вернусь.

Девушка часто задышала, а Рир взял её ладони в свои:

— Пойдёшь со мной?

— С тобой? — так и шептала Дардана. — В твои земли? За горами?

— Мои земли ещё дальше, — Рир поглаживал пальчики девушки. — После гор лежит Алавия, за ней ещё много княжеств, и только за ними мой дом...

Дардана хрипло вздохнула, глядя на оборотня блестящими глазами, и внезапно горячо зашептала:

— А там... дома... у тебя есть жена? Или просто женщина... или...

Она внезапно замолкла, тяжело дыша, и снова зашептала:

— Нет, мне всё равно, я... могу в твоём доме быть служанкой...

— Нет, — покачал головой Рир.

Дардана замерла.

— Нет у меня жены, — улыбнулся оборотень, — и даже просто женщины. Ты будешь моей женой. Если захочешь. А Далила будет мне дочкой...

Договорить не успел, девушка схватила его руку и прижала к губам:

— Рир!

Оборотень улыбнулся, видя, как сверкают глаза Дарданы. Она искренне обрадовалась. Более не сомневаясь, Рир притянул её к себе и поцеловал. Девушка на поцелуй ответила и обняла его шею ладонями.

— Никуда отсюда не уходи, — сказал Рир и оглянулся на остальных.

Фуркан уже подошёл к Ивану, и Вурда махал оборотню рукой:

— Всё, пошли!

— Хорошо, — прошептала Дардана. — Мы тебя ждём.

Рир улыбнулся, заставил себя отпустить руки девушки и шагать быстро, не оглядываясь. Обещание Дардане он оставил, теперь надо его сдержать.

Фуркан дождался отставшего бойца, и когда он присоединился к остальным, повёл всех на площадку отбора. По дороге Иван Риру подтвердил, что договорились. Фуркан согласился девушку пока не продавать. Своим уже сказал, чтобы оставили её с караваном.

Поэтому, шагая вперёд, Рир не обратил внимания на Тахира. Тот стоял у повозок, провожая взглядом своего господина и его новых подопечных. И зря никто из них не посмотрел на лицо охранника. Улыбка искривила губы Тахира, и как все исчезли из виду, он перевёл взгляд на Дардану.

Девушка отошла от повозки и стояла одна, смотрела туда, куда ушёл её воин-иллириец. Тахир, зло оглядев её, подумал о последнем распоряжении господина. Раз он запретил её продавать, значит, ждёт, сколько денег принесут ему иллирийцы. Если за этого Рира дадут много, то Фуркан точно отдаст ему Дардану.

А Тахир так давно её заметил. Три раза просил главу каравана купить её, а тот отказывал. И сейчас, когда наконец купил, просто отдал её этому наглому шакалу.

Тахир больше не хотел Дардану, ведь она провела ночь с иллирийцем. Но злость закипала. И глядя на её лицо и влюблённые глаза, он с отвращением сплюнул на землю. Пусть не думает, что достанется иллирийцу. Порченная триярами, она тоже не станет ему нужна. Тахир, дождавшись, пока командир охраны отправится поесть и поведёт с собой остальных, попросил отпустить его по делу. И он точно знал что делать, пока никого нет рядом.

Дардана после ухода Рира ходила возле повозок в напряжённом ожидании. Ждать предстояло долго, и девушка не находила себе места. Волнение за оборотня схватывало душу и тело Дарданы, дрожью растекаясь по спине. Далила сидела на повозке и только успевала поворачивать голову за матерью. Та ходила туда-сюда, поглядывая в арки, отделявшие площадку отбора.

Вскоре зрителей там стало гораздо больше. Видимо, происходило что-то интересное, но за толпой людей не было видно что.

Внезапно на очередном шаге, Дардана уткнулась носом в чью-то грудь. Подняв голову, девушка замерла. Тахир, остановивший её, усмехнулся:

— Что, Дардана, ждёшь своего воина?

Девушка сделала шаг назад, но Тахир шагнул следом.

— Уйди, — прошипела Дардана. — Я скажу Риру...

— Ты не успеешь, — улыбка Тахира стала злой, и он внезапно схватил девушку за локоть.

Дардана ринулась от него, но охранник с лёгкостью скрутил её и швырнул в руки подошедшим солдатам.

— Мой господин сказал отдать её на рынок для трияров, — произнёс Тахир. — Забирайте.

Дардана закричала в голос:

— Это не!.

Но не смогла договорить, что это не правда. Тахир ударил её по лицу, разбив губы в кровь, и прошипел:

— Твой расписанный иллириец даже не узнает, кто тебя забрал. Станешь вещью трияра!

— Ты! — Дардана ринулась на него с кулаками, но один из воинов поймал её за локоть и повернул к себе лицом.

— Зачем ты разбил ей губы? — равнодушно спросил он. — Теперь она не такая красивая.

Тахир раздражённо зарычал, сдёрнул с головы Дарданы платок, открыв её прекрасные медно-рыжые волосы, и надорвал платье сверху, чтобы стало видно изящное плечо девушки.