– Отлично! Теперь не упустим. Присядь пока, великий, – Парада указала на пустующую скамейку у детской площадки, – ты сегодня явно не в форме.

Старик с облегчением опустился на жёлто-голубые бруски, пригладил растрёпанную бороду, с трудом отдышался. Парада ждала, грациозно покачиваясь с носка на каблук.

– Ну что, пошли? – спросила через минуту.

Дайвин со вздохом поднялся.

– Ты уверена, Парада-Акуб, что эта странная девочка и есть наша принцесса?

Кошачьи глаза жрицы вспыхнули:

– Ты сомневаешься в собственных расчётах, о великий Дайвин?

Старик отшатнулся.

– Ни в коем случае! Звёзды указали на этот мир и этот город. Но здесь тысячи девочек подходящего возраста…

– И я без труда вычислила нашу. Я чувствую её, великий, не хуже, чем ты читаешь по Звёздам.

– Да уж, самомнения тебе не занимать! – скривился звездочёт. – Однако я начинаю понимать, почему Бхагини выбрала тебя.

– Потому что я лучшая… – Парада вдруг напряглась всем телом. – Пора! – И бросилась к подъезду.

Когда старик догнал её, она уже открывала дверь, невзирая на кодовый замок. Лифт вызывать не стала, легко взбежала на третий этаж и застыла перед крайней квартирой. Едва звездочёт, кряхтя и пыхтя, добрался до места, жрица нажала кнопку звонка.

Дверь распахнулась почти мгновенно: если обитательница квартиры и смотрела в глазок, то не дольше секунды.

– Мы ничего не заказывали, никого не вызывали, ни от чего не страхуемся и ничего не покупаем! – скороговоркой выпалила она, стоя в одном ботинке. Второй держала в руке, и узкая ступня в розовом носочке казалась вдвое меньше обуви.

– Тогда зачем открыла? – поинтересовалась Парада, проскользнув в крошечную прихожую и придержав дверь для Дайвина.

– Мало ли, может, вам помощь нужна, – пожала плечами девчонка. Оказалось, она на полголовы выше Парады.

– О, так ты у нас сама доброта, – ухмыльнулась жрица.

– Я не у вас, а сама по себе! – девочка резко сменила тон. – И ваще, чё надо?.. Ну ни фига себе, великий Дарвин собственной персоной! – Она уставилась на вошедшего наконец Дайвина.

Звездочёт чуть не выронил трость от изумления: как она узнала?! Но тотчас приосанился и уточнил:

– Откуда сведения?

– Про Дарвина, что ли? Ну так в кабинете биологии фейс висит в полстены.

– Зачем? – заморгал звездочёт, в который раз стремительно теряя респектабельность.

– Зачем портрет? – в свою очередь удивилась девчонка. – Ну типа важный чел: естественный отбор, теория эволюции и всё такое. Хотя лично я не верю в происхождение человека от обезьяны.

– От обезьяны? – брезгливо скривилась Парада. – И кто посмел утверждать такое?

– Ну так он, Дарвин.

– Наша принцесса, оказывается, не только сострадательна, но и образованна… – насмешливо протянула жрица.

Звездочёт властным жестом остановил её. Сообразив, что девчонка имела в виду всего лишь местного учёного по фамилии Дарвин, лицом похожего на него, – надо же, какое совпадение! – старик снова обрёл величественное достоинство.

– Слушай меня, дитя! – обратился он к насупившейся девочке. – Мы пришли из другого мира. За тобой. Ты – принцесса Амарты, страны Бессмертия! Понимаю, в это трудно поверить…

– Да легко! – девчонка снова пожала худыми плечами. – Обожаю фэнтези!

Мохнатые брови Дайвина опять смешно поползли вверх. Но тут вмешалась жрица:

– Вот и отлично, не придётся долго объяснять. Полагаю, ты сама чувствуешь некое несоответствие. Например, что родители тебе как бы чужие…

– Почему как бы? – перебила её девочка. – Я знаю, что приёмная.

– Это они тебе сказали? – нахмурилась Парада.

– Сама поняла. По группе крови.

– Это как?

– Сестра заболела, требовалось переливание крови. Родители сдавали, я тоже захотела, взяли на анализ… Оказалось, у меня третья группа, а у них всех первая. Но так не бывает – это мы ещё в пятом классе проходили… – Она смахнула с глаз длиннющую синюю чёлку. – И чё, хотите вернуть меня настоящим родителям?

– Мы хотим, чтобы ты заняла место, предназначенное тебе волею Звёзд, – опомнившись, торжественно изрёк Дайвин.

– Каких ещё звёзд, дедуля?

– Истинных властителей Вселенной! В нашем с тобой мире, дитя, это знает каждый…

– А, так мы в попаданцев играем!

– Мы не играем, – снова вмешалась Парада. – Пойми же, дитя!

И она так посмотрела на девочку, что та мгновенно осознала: они не играют. Не шутят. И не врут. Особому взгляду жрицы мало кто способен противостоять. Но девочка всё же попыталась, хотя про другой мир, похоже, уже поверила, сама не зная почему.

– A-а… как же моя семья… здесь? – осторожно спросила она после минутной паузы.

– А что с ней не так, с семьёй? – поинтересовалась жрица.

– Я же сказала, мелкая болеет. Вот я с ней и сижу, а ещё готовлю, убираю, в магаз бегаю – мать-то не успевает, на двух работах пашет. А папа и вовсе на вахте, на Севере, чтобы заработать на операцию для сестры…

– Мы оплатим операцию! – быстро сказала Парада.

– Да ну? Вы знаете, сколько на неё денег надо?

– Деньги сегодня же появятся на счёте твоей матери, от благотворительного фонда, и отец сможет вернуться домой. При условии, разумеется, что ты прямо сейчас пойдёшь с нами.

Девочка пытливо уставилась на Параду.

– А если мне не понравится в вашем мире, я смогу вернуться?

– Наш мир – это твой мир, и он тебе точно понравится. Но если нет, ты в любой момент сможешь сюда вернуться. Обещаю!

Дайвин встрепенулся, хотел что-то сказать, но подумал и промолчал. А девочка продолжала смотреть в глаза Параде. Взгляд жрицы развеял последние сомнения: сестрёнка будет жить, родители будут счастливы… даже без неё.

– Хорошо, – кивнула она. – Только как объяснить им моё исчезновение, чтобы не переживали?

– Мы им напишем, что тебя приняли в экспериментальную школу за границей, – предложила Парада. – Пакет документов предоставим, поверят. Тем более что все их мысли будут заняты предстоящей операцией. Ну что, пошли?

– Ладно… Стоп! А как же Пуля?

– Это ещё кто? – жрица недовольно поморщилась.

Вместо ответа девочка нырнула на кухню и вернулась с обувной коробкой. Внутри сидел котёнок: глазки испуганно вытаращены, ушки торчком.

– Мой Лапуля! – с гордостью сообщила девчонка. – Или просто Пуля. Вчера нашла беднягу у подъезда, так жалобно пищал… А цвет какой – дымчатый, в полосочку! Ну не оставлять же было, правда?

– Дымчатый, говоришь, – усмехнулся в ус Дайвин, со значением покосившись на жрицу, – да ещё в полосочку…

Парада намёк поняла и тоже не сдержала улыбки. Прижимая коробку к груд и, девчонка посмотрела на старика, потом на жрицу:

– Можно я возьму его с собой?

Дайвин великодушно кивнул:

– Ладно уж, бери… Все готовы?

Не дожидаясь ответа, звездочёт повернулся к входной двери, коснулся её кончиком трости, и дешёвый кожзам превратился в серебристое зеркало.

Парада взяла девочку за предплечье.

– Пошли, принцесса Саптама!

Бок о бок со жрицей синеволосая девчонка шагнула в магическую дверь. Звездочёт вышел последним, и зеркало тотчас исчезло.

Дворец властителей Амарты стоял на крутом холме над рекой и был виден из любой точки столицы. Король здравствовал, жизнь во дворце кипела, и разноцветные флаги гордо реяли над стройными башнями.

Однако тех новых принцев и принцесс, которые рассчитывали с ходу оказаться во дворце, ждало разочарование. Их поместили в небольшом замке за пределами Пура, в старой королевской резиденции. Именно здесь располагалась Школа преемников: здесь они жили, учились управлять государством и общались между собой.