Биографии и мемуары. Страница 59

«Прекрасное дитя (разговорный портрет)» – рассказ Трумена Капоте о встрече с Мэрилин Монро на похоронах. From «Music for Chameleons» by Truman Capote, copyright (c) 1975, 1977, 1979, 1980 by Truman Capote. Перевод Виктора Голышева для русского издания журнала Esquire (июль-август 2005).Капоте: «...без косметики Монро выглядела как девочка, только что принятая в сиротский дом...», «...королева Елизавета не носит с собой деньги. Презренный металл не смеет запачкать августейшую руку. Это у них закон или что-то вроде того...», «...текли минуты, и я размышлял, что она там заглатывает – седативы или психостимуляторы...»Монро: «...ненавижу похороны. Слава богу, что не придется идти на свои...», «...все эти суки ненавидят меня. Только мужчины нормально ко мне относятся. Как будто я тоже человек...», «...я тебе не рассказывала, как Эррол Флинн вытащил член и стал играть им на рояле? Бил по клавишам и был доволен...», «...собаки меня никогда не кусают. Только люди...», «...если я снова выйду замуж, то найму пару грузовиков, поеду по Третьей авеню и буду скупать все глупости подряд...»

Моя история о решимости, господстве превосходстве и выживании.   Посвящается моей жене Рене и моим детям Мие, Терку и Дюку. Ради вас я делаю то, что делаю.   Черная полоса в моей жизни продлилась 17 месяцев. Я поставил на кон свою репутацию настоящего спортсмена, я был полон решимости стереть клеймо «энтертейнера» WWE. Все что мне нужно было сделать, это рингу Фрэнка Мира. Но я совершил детскую ошибку и попался на ней. Такие вещи случаются в жизни, но я думал, что слишком хорош для этого. И я подарил парню, который никогда не поднимется до моего уровня, победу, которой он не заслужил.   Так что следующие семнадцать месяцев я провел в ожидании.   Семнадцать месяцев я представлял себе, как пройдет матч-реванш.   Семнадцать месяцев я не мог дождаться момента, когда встречусь с этим парнем и покажу ему, моей семье, всему миру и господу Богу, на что я способен.   И когда ожиданию пришел конец, я сделал все, что планировал. Я избил Фрэнка Мира до полусмерти, свалил на землю и стал наносить по его лицу такие сокрушительные удары, что судья был вынужден остановить бой.   Я не просто был неоспоримым чемпионом мира UFC в тяжелом весе, я прервал черную полосу, которая все не хотела заканчиваться.   Я был очень счастлив. Я нашел свое истинное призвание. Я был с женщиной, которую любил и с которой собирался провести остаток своей жизни. Я перевез родителей ближе, старался отплатить им за все, что они мне дали. Моя жена только что родила, к нашей радости, здорового малютку-сына, которого мы назвали Терк.   Жизнь была не просто хороша, она была великолепна! Лучше, чем когда либо. Я никогда не был так счастлив. А затем я едва не умер.   Что, черт подери, случилось со мной? Я должен был охотиться и рыбачить вместе со своими детьми. Я должен был вознаградить жену за всю ее любовь и поддержку. Я должен был надирать задницы, быть лучшим в мире ММА, быть самым крутым плохим парнем на планете.   Я не должен был лежать и умирать в какой-то больнице черт знает где, окруженный кучкой врачей, которые не могли поставить мне диагноз, потому что в компьютерном томографе не хватало детали, которую все никак не могли привезти. Но даже без подтвержденного диагноза они хотят вскрыть меня.   Удивительно, что происходит в голове у человека, когда он оказывается в тисках смерти.

«Зимою 1886/87 года в среду у Лопатиных произошла моя первая встреча с Владимиром Сергеевичем Соловьевым. B свое время я описал эту встречу и весь происходивший между нами разговор в письме к брату Сергею, тогда жившему в Калуге. Извлечение из письма, помнится, было мною дано C. M. Лукьянову, который, вероятно, поместил его в своем собрании биографических материалов о Соловьеве. Поэтому воспроизводить эти разговоры, которые в момент написания письма были гораздо свежее у меня в памяти, мне теперь незачем. Скажу лишь о том общем впечатлении, которое произвело на меня это знакомство…»

Новая книга известного историка моды посвящена Людмиле Лопато, которую в 40-е годы прошлого века называли царицей парижских кабаре – самой русской из парижанок и самой очаровательной парижанкой из русских. Она была знакома с Кшесинской, князем Юсуповым, Анной Павловой, Шаляпиным, Вертинским, Галичем, Нуриевым… Открыла в Париже ресторан «Русский павильон» у Елисейских полей, любимый и бомондом, и богемой. Ее живой рассказ с комментариями Александра Васильева воссоздает атмосферу, в которой жили и творили люди, вынужденные после революции покинуть Россию, но сохранившие ее театральные, музыкальные и даже гастрономические традиции.

Книга рассказывает о жизни и творчестве Федерико Гарсиа Лорка (1898-1936) – испанского поэта и драматурга.

Историческая повесть о талантливом русском крепостном художнике Василии Тропuнине. Для младшего школьного возраста. Рисунки И. Кускова.

На свете есть немало людей, сильно отличающихся от нас. Чаще всего они обладают даром целительства, реже — предвидения, иногда — теми способностями, объяснить которые наука пока не может, хотя и не отказывается от их изучения. Особая категория людей-феноменов демонстрирует свои сверхъестественные дарования на эстрадных подмостках, цирковых аренах, а теперь и в телемостах, вызывая у публики восторг, восхищение и удивление. Рядовые зрители готовы объявить увиденное волшебством. Отзывы учёных более чем сдержанны — им всё нужно проверить в своих лабораториях.Эта книга повествует о наиболее значительных людях-феноменах, оставивших заметный след в истории сверхъестественного. Тайны их уникальных способностей и возможностей не раскрыты и по сей день.

Почему наше общество не отпускают споры о Сталине? Что в этом человеке было такого, что заставляет и сейчас одних восторгаться им, а других — ненавидеть его? Почему любая дискуссия на исторические темы неизменно переходит в разговор о Сталине? Мечта Ленина о новом мире воплотилась в советском обществе эпохи Сталина. Воплотилась не так и не такими средствами, как полагали первые революционеры. Каким способом Сталин методично и последовательно выстраивал этот новый мир? Какую роль в этом процессе сыграл культ личности и кто помогал отцу народов создавать мифы о себе? Почему даже сейчас, спустя более полувека после смерти этого страшного, но гениального политика одни благодарят его, а другие — поминают недобрым словом? И каким был бы СССР, если бы к власти пришел не Сталин, а кто-то другой?