Документальная литература. Страница 216

Первая книга в необычном для Александры Марининой жанре – популярной истории.Новый остроумный взгляд на исторических персонажей, знакомых по любимым романам и кинофильмам.Живописная панорама английской истории от Вильгельма Завоевателя до Елизаветы Второй. Жизнь правителей Англии красочно описана как увлекательный психологический сериал: в стиле драмы, триллера или комедии, в зависимости от тех ролей, которые сыграли знаменитые личности.• Отчего для королевы Виктории выйти замуж в 17 лет было рано, а королеве Матильде в 12 годков – в самый раз?• Кто отдал приказ погубить юных наследников короля Эдуарда Четвертого: их собственный вероломный дядя Ричард (будущий король Ричард Третий), как уверен был Шекспир, или залётный французский принц Джаспер Тюдор (дядя будущего короля Генриха Седьмого и победителя Ричарда), как считает романистка Филиппа Грегори?• Почему блудливый Генрих Восьмой одну Анну, жену свою – жизни лишил, такой негодяй, а другую Анну, девицу, увидев ее портрет кисти великого Гольбейна, решил взять четвертой женой, но как встретил вживую – поскорее развелся и… нет, не в монастырь ушел, а женился в пятый раз – на Екатерине, но и ту – по привычке тоже казнил?• Как смог король Георг Пятый родиться «немцем-полукровкой» Саксен-Кобургом, а умереть «чистокровным англичанином» Виндзором?Ну, и еще масса интригующих вопросов и ответов, которые в самой комфортной и увлекательной форме помогут читателям расставить в истории всё по полочкам. И наслаждаться любимыми историческими сериалами и сочинениями, всё понимая и не путаясь: кто за кем правил, кто кому кем приходится, кто кого до смерти обидел, а кто просто чижика съел.«То, что я пишу – ни в коем случае не учебник и даже не учебное пособие, изучать историю по этому тексту нельзя! Но можно понять, какие любопытные извивы постоянно случались в жизни монархов, чем-то заинтересоваться, копнуть чуть глубже… И в итоге уложить-таки в голове то, что требуется, но с удовольствием, а не из-под палки». – Александра Маринина

Впервые в России опубликованная отдельной брошюрой работа четвёртого чемпиона мира по шахматам (первого Русского чемпиона!) Александра Александровича Алехина является русским переводом сенсационной статьи в парижской газете «Паризер цайтунг» («Panzer Zeitung», «Arisehes und judisches Schach», 18–23.03.1941), шокировавшей неискушённую публику. Но именно эта незаслуженно забытая статья величайшего Русского шахматиста, умершего непобеждённым, и стала, скорее всего, причиной его смерти. Для широкого круга читателей.

Это – фрагменты неопубликованной рукописи одного из интереснейших отечественных испытателей природы – биолога, профессора Александра Александровича Любищева (1890-1972). Коллеги Любищева знали его печатные работы, которые впоследствии оказались как бы надводной частью огромного айсберга. В колоссальном его архиве, переданном теперь Академии наук, было обнаружено более трехсот ненапечатанных статей по общей биологии и по прикладной энтомологии, по математической статистике и по теории эволюции, по философии, по истории и литературе объемом свыше 10 тысяч страниц, а сверх этого 56 томов конспектов и критических заметок и, наконец, около 4,5 тысяч писем. В одной из статей памяти Любищева справедливо сказано, что его переписка «когда-нибудь окажется бесценной для истории науки XX века». С Любищевым переписывались знаменитые биологи Л.С. Берг, Н.И. Вавилов, И.И. Шмальгаузен, Б.Л. Астауров, В.А. Энгельгардт, физики И.Е. Тамм и Я.И. Френкель, математики А.А. Ляпунов, А.Д. Александров, Ю.В. Линник.Что привлекало множество столь несходных по своим научным и жизненным интересам людей к «провинциальному профессору», как шутливо называл себя он сам? (Последние 20 лет жизни Александр Александрович жил на пенсии в Ульяновске.) Что заставило романиста Даниила Гранина вдруг написать неожиданную для его манеры документальную повесть о Любищеве «Эта странная жизнь»?Конечно, не те конкретные исследования Любнщева, прочтя которые можно сказать, что их автор установил такие-то и такие-то факты и закономерности в морфологии и систематике насекомых. Притягивала его личность. Оригинальность мысли. Принципы его подхода к оценке конкретной работы, и целого направления науки, и к самом философии естествознания.Любищев, посмеиваясь, часто говорил о «гене дискутизма», в нем сидевшем. И работы, и замыслы его были спорны. Чуть ли не со студенчества, еще в предреволюционные годы, он мечтал найти для всего многообразия живых изменяющихся форм систему, аналогичную периодической системе Менделеева, благодаря которой по немногим параметрам можно было бы вывести свойства всех «элементов» живого мира и «поверить алгеброй» гармонию природы. Заметим при этом, что его не удовлетворяло дарвинистское представление о том, что эволюцию определяют слепые силы естественного отбора, эта великая «игра случая», и ему хотелось отыскать внутреннюю гармонию эволюции.В другой голове такая идея легко бы сделалась безумной без кавычек. У Любищева она обрела тот отличный творческий смысл, какой ощущают в крылатом изречении о таких идеях истинные ученые, потому что он не видел для себя иной опоры, чем знание и творчество исследователя. И в своем поиске аргументов для спора Любищев шел через обогащение себя новыми и новыми знаниями физики, математики, философии. Он не создал задуманной «периодической системы», но он оказался поистине гениальным научным критиком – в высоком изначальном смысле слова «критика», что подразумевает не хулу, а вдумчивое проникновение в истоки позитивных взглядов, в истоки неизбежных недомолвок и даже заблуждений, которые неизбежны в эволюционной теории, как и во всякой другой непрерывно развивающейся области знания. И поэтому многие его работы, будучи критическими, подсказывают исследователям эволюционного процесса новые линии поисков.Но в его творчестве была еще одна очень важная сторона, которая привлекла к себе внимание тех, кто знал Александра Александровича. Это – сама система работы, ее планирование и ее организация, позволившие ученому достичь колоссальной, всех изумлявшей продуктивности, – система, испытанная в течение 56 лет напряженной творческой жизни.Этой системе А.А. Любищев посвятил работу «Руководство по организации и обработке наблюдений по зоологии», из которой и взяты предлагаемые фрагменты (она написана в конце 40-х годов). То, о чем он в ней писал, по-видимому, важно не только для биологов, но и для любых исследователей, для молодых в первую очередь. Слепо копировать ее, конечно, бесполезно. Зато полезно усвоить ее принципы и найти им применение по особенностям своей натуры и жизненного уклада.Кандидат биологических наук М. Д. Голубовский

В книге Вилли Брандта рассказывается о жизненном пути этого известного политического деятеля, председателя Социнтерна, бывшего федерального канцлера ФРГ. Особое место в «Воспоминаниях» занимает вопрос объединения Германии. Книга рассчитана на широкий круг читателей.  

Энвер Ходжа был первым секретарем Албанской партии труда в 1941–1985 гг. и бессменным лидером Албании с 1945 по 1985 г. Он неоднократно встречался со Сталиным, бывал на всех его дачах, присутствовал на заседаниях Политбюро ЦК ВКП(б), знал всех высших советских руководителей — Берию, Молотова, Маленкова, Булганина, Хрущева и пр. Дата рождения И.В.Сталина была провозглашена в Албании общенациональным праздником, а дата его кончины стала днем траура. После XX съезда КПСС, где был прочитан доклад Хрущева о «культе личности» Сталина, Э.Ходжа выступил в защиту И.В.Сталина. Это вызвало бешенство Хрущева, и отношения между СССР и Албанией были разорваны. В своей книге Энвер Ходжа приводит уникальные свидетельства о жизни и политике И.В.Сталина, а также о преступлениях Хрущева. Э.Ходжа утверждает, что Хрущев убил Сталина дважды: один раз в прямом смысле этого слова, а второй раз — опорочив и оклеветав его уже после смерти. Материалы, приводимые автором, настолько острые и разоблачительные для Хрущева и его последователей, что книга Э.Ходжи была запрещена в СССР, а в современной России до сих пор издавалась лишь в отрывках.