Документальная литература. Страница 218

Почему люди так легко на все подсаживаются? У современного человека много зависимостей. Мы сидим в социальных сетях, играем в компьютерные и азартные игры, тратим на покупки намного больше, чем собирались, пьем, курим или фанатично занимаемся спортом. Но почему тогда психиатры и психологи называют болезнью только алкогольную или наркотическую зависимость? А. например, нс безответную любовь, которая тоже является зависимостью с печальными последствиями? Наш мозг ищет удовольствий и расслабления в мире, который нс отвечает ему взаимностью. Мозг непрерывно перестраивает себя, обучаясь и развиваясь Как только у нас появляется какая-то зависимость, этот процесс резко ускоряется, ведь нашему мозгу регулярно предлагаются весьма привлекательные «призы». Марк Льюис — когнитивный нейробиолог и бывший зависимый — объединяет простые истории человеческой жизни с четким научным объяснением. «Биология желания» даст надежду каждому, кто либо борется с зависимостью сам, либо помогает бороться другим.

В шестой том Полного собрания сочинений В. И. Ленина входят книга «Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения» (осень 1901 – февраль 1902 года) и произведения, написанные в январе – августе 1902 года.

Пути отечественной науки XX в. и судьбы ее творцов — таково содержание воспоминаний академика А.Н. Несмеянова, охватывающих период 1900–1974 гг. А.Н. Несмеянов прошел путь от студента-химика Московского университета до его ректора, от научного сотрудника — до президента АН СССР. Автор излагает свои взгляды на развитие науки, анализирует причины, по которым тормозилось развитие некоторых областей, в частности генетики. Интересны воспоминания о деловых контактах с руководителями государства, крупнейшими учеными нашей страны и зарубежных стран. Второе издание книги дополнено по рукописи автора, а также снабжено примечаниями и обширным фотографическим материалом. Для широкого круга читателей.

О текущем моменте №4(16), 2003г. Америка под властью троцкизма? 1. Что произходит в процессе смены логики социального поведения с прямыми и обратными связями в замкнутой системе, включающей в себя двух субъектов: первый, человечество — пассивный субъект, выступающий на протяжении веков в качестве объекта управления; Глобальный Предиктор — активный субъект, выступающий в качестве управляющего субъекта; техносфера, созданная к концу ХХ столетия, — внешняя среда, носитель каналов информационного обмена в контурах прямых и обратных связей? 2. Одна и та же пьеса на «глобальной сцене» 3. Для США миссия несения другим народам свободы личности и демократии в настоящее время невыполнима по их внутренним причинам. Сначала надо как следует поработать над собой, а потом уж учить жить других  

Это издание — своеобразный путеводитель по лабиринтам израильской политики, где гидом выступает один из ее главных участников. В книге «Ничего, кроме правды» Авигдор Либерман рисует достаточно полную картину проблем, которые стоят перед Израилем, его политиками и народом. В книгу также вошли тексты публичных выступлений А. Либермана перед депутатами Кнессета, избирателями и единомышленниками по партии. Они позволяют понять, почему за сравнительно короткий срок этот репатриант из бывшего СССР стал знаковой фигурой на политическом небосклоне страны, а тысячи и тысячи израильтян связывают с ним свои надежды на будущее, на мир и процветание.

Как известно, Олимпиада — праздник мира и спорта, но в 1972 году мир потрясло известие о событиях в Мюнхене, подробности которых до сих пор остаются тайной.

О текущем моменте №11(35), 2004г. К 100-летию начала строительства многопартийности в России… Причины того, что исторически сложившиеся многопартийные системы всех государств современности не способны выразить в политике общественные интересы как некую «равнодействующую» или «баланс» частных и корпоративных интересов состоят в том, что в многопартийности выражается алгоритм «разделяй и властвуй». И в этом алгоритме наряду с партиями публичной политики действуют разнородные корпорации, избегающие публичности и организованные на более или мене мафиозных принципах иерархии вседозволенности, одна из которых обретает статус объективно доминирующей над всей системой многопартийности и проводит через неё в жизнь свои корпоративные частные интересы.    

Это – фрагменты неопубликованной рукописи одного из интереснейших отечественных испытателей природы – биолога, профессора Александра Александровича Любищева (1890-1972). Коллеги Любищева знали его печатные работы, которые впоследствии оказались как бы надводной частью огромного айсберга. В колоссальном его архиве, переданном теперь Академии наук, было обнаружено более трехсот ненапечатанных статей по общей биологии и по прикладной энтомологии, по математической статистике и по теории эволюции, по философии, по истории и литературе объемом свыше 10 тысяч страниц, а сверх этого 56 томов конспектов и критических заметок и, наконец, около 4,5 тысяч писем. В одной из статей памяти Любищева справедливо сказано, что его переписка «когда-нибудь окажется бесценной для истории науки XX века». С Любищевым переписывались знаменитые биологи Л.С. Берг, Н.И. Вавилов, И.И. Шмальгаузен, Б.Л. Астауров, В.А. Энгельгардт, физики И.Е. Тамм и Я.И. Френкель, математики А.А. Ляпунов, А.Д. Александров, Ю.В. Линник.Что привлекало множество столь несходных по своим научным и жизненным интересам людей к «провинциальному профессору», как шутливо называл себя он сам? (Последние 20 лет жизни Александр Александрович жил на пенсии в Ульяновске.) Что заставило романиста Даниила Гранина вдруг написать неожиданную для его манеры документальную повесть о Любищеве «Эта странная жизнь»?Конечно, не те конкретные исследования Любнщева, прочтя которые можно сказать, что их автор установил такие-то и такие-то факты и закономерности в морфологии и систематике насекомых. Притягивала его личность. Оригинальность мысли. Принципы его подхода к оценке конкретной работы, и целого направления науки, и к самом философии естествознания.Любищев, посмеиваясь, часто говорил о «гене дискутизма», в нем сидевшем. И работы, и замыслы его были спорны. Чуть ли не со студенчества, еще в предреволюционные годы, он мечтал найти для всего многообразия живых изменяющихся форм систему, аналогичную периодической системе Менделеева, благодаря которой по немногим параметрам можно было бы вывести свойства всех «элементов» живого мира и «поверить алгеброй» гармонию природы. Заметим при этом, что его не удовлетворяло дарвинистское представление о том, что эволюцию определяют слепые силы естественного отбора, эта великая «игра случая», и ему хотелось отыскать внутреннюю гармонию эволюции.В другой голове такая идея легко бы сделалась безумной без кавычек. У Любищева она обрела тот отличный творческий смысл, какой ощущают в крылатом изречении о таких идеях истинные ученые, потому что он не видел для себя иной опоры, чем знание и творчество исследователя. И в своем поиске аргументов для спора Любищев шел через обогащение себя новыми и новыми знаниями физики, математики, философии. Он не создал задуманной «периодической системы», но он оказался поистине гениальным научным критиком – в высоком изначальном смысле слова «критика», что подразумевает не хулу, а вдумчивое проникновение в истоки позитивных взглядов, в истоки неизбежных недомолвок и даже заблуждений, которые неизбежны в эволюционной теории, как и во всякой другой непрерывно развивающейся области знания. И поэтому многие его работы, будучи критическими, подсказывают исследователям эволюционного процесса новые линии поисков.Но в его творчестве была еще одна очень важная сторона, которая привлекла к себе внимание тех, кто знал Александра Александровича. Это – сама система работы, ее планирование и ее организация, позволившие ученому достичь колоссальной, всех изумлявшей продуктивности, – система, испытанная в течение 56 лет напряженной творческой жизни.Этой системе А.А. Любищев посвятил работу «Руководство по организации и обработке наблюдений по зоологии», из которой и взяты предлагаемые фрагменты (она написана в конце 40-х годов). То, о чем он в ней писал, по-видимому, важно не только для биологов, но и для любых исследователей, для молодых в первую очередь. Слепо копировать ее, конечно, бесполезно. Зато полезно усвоить ее принципы и найти им применение по особенностям своей натуры и жизненного уклада.Кандидат биологических наук М. Д. Голубовский

«Смерш» против «Буссарда» — совершенно уникальная книга. Хотя автор определил се жанр как «репортаж из архива тайной войны», это не просто репортаж, но настоящий историко-документальный н психологический триллер. Вес, о чем рассказывается в этой поразительной, захватывающей истории — абсолютная правда от начала н до конца, к тому же подтвержденная многими документами н свидетельскими показаниями. Сама жизнь, опаленная войной, выпела столь плотно завязанный, душераздирающий сюжет. Здесь, в одном повествовании, тесно переплетаются н незримые смертельные схватки спецслужб, борющихся па фоне грандиозных сражений Великой Отечественной, н страшные мытарства осиротевших детей, затянутых в мясорубку этой жестокой борьбы, и настоящая возвышающая, просветляющая н преображающая человека любовь н, наконец, венчающая все человеческие страдания смерть…