История. Страница 98

Книга Зои Ольденбург, нашей соотечественницы, уехавшей во Францию еще ребенком и посвятившей свою жизнь нелегкому труду историка, по праву считается одной из основополагающих работ об альбигойских крестовых походах и о загадочном феномене ереси катаров. Книга написана ясно, не по-женски жестко и в то же время отличается той эмоциональной пронзительностью, которая не позволяет читать ее без глубокого волнения.

Быстр, как молния, воздушный бой, и всякое может в нем случиться. Именно так произошло однажды в небе под Ржевом, над территорией, занятой немецко-фашистскими оккупантами. В воздухе загорелся самолет Андрея Петрунина. Летчик вынужден был выброситься на парашюте. Внизу — вражеские окопы. Помощи ждать неоткуда. Казалось, положение — хуже не придумаешь. Но тут летчик, Андрей Боровых, сделав вираж над спускавшимся товарищем, заметил, как воздушной волной парашютиста подбрасывает вверх я увлекает вслед за самолетом. По примеру Боровых вся группа встала в вираж и, кружась, повела за собой Петрунина. О том, как был спасен Андрей Петрунин, о замечательных боевых делах советских летчиков, о любви и дружбе фронтовиков рассказывает в своей книге «Над Курской дугой» дважды Герой Советского Союза генерал-майор авиации А. В. Ворожейкин. Автор книги — известный летчик, сбивший в воздушных боях 52 вражеских самолета. Первые победы в воздухе он одержал в небе Монголии летом 1939 года. Об этих боях А. В. Ворожейкин написал книгу «Истребители». В новой книге он с еще большей психологической глубиной и достоверностью раскрывает характеры рядовых воздушных бойцов, показывает их высокий моральный облик. И куда бы ни повел он за собой читателя: к оккупированному Ржеву, в Подмосковье или к курским полям — всюду ощущается горячее дыхание суровой боевой жизни, в которой подвиг стал повседневной нормой поведения советского человека.

В книге под необычным для традиционной историографии углом зрения освещаются, казалось бы, хорошо изученные этапы и события мировых войн XX века, а также малоизвестные операции. Действительно ли мировой характер войны, начавшейся в 1914 году, был предрешен? Чем на самом деле объясняется провал войск вермахта под Москвой? Почему присоединение к Советскому Союзу Выборга в результате «зимней войны» не только не привело к усилению стратегических позиций СССР в Карелии, но и стало одной из весомых причин установления блокады Ленинграда? Чем обернулись ошибочные стратегические решения Рузвельта в войне на Тихом океане и что в итоге спасло Антигитлеровскую коалицию от катастрофы? Предметом исследования Г.Г. Попова становятся не столько сами боевые действия, сколько связь между политикой, дипломатией, идеологией, экономикой и военной стратегией. Автор уверен, что исход крупных военных операций чаще всего был уже предрешен в тени кабинетов, где принимались верные либо роковые решения.  

В этой книге вы найдете хронику событий последних месяцев 1917 года в Петрограде, основанную на дневниках и мемуарах участников и очевидцев Октябрьской революции. В хронологической последовательности показаны предреволюционная ситуация в городе (голод и хаос на улицах Петрограда, рост антивоенных настроений в обществе, формирование красногвардейских отрядов, укрепление позиций сторонников Троцкого и Ленина), события 24–26 октября 1917 года (захват административных зданий Петрограда, штурм Зимнего дворца), попытки контрреволюционного восстания, а также столичный быт в первые недели большевистской власти. Некоторым революция представлялась концом света, некоторым — началом новой жизни, и чтобы получить о ней всестороннее представление, нужно взглянуть на события того времени глазами разных людей: обывателей, интеллигенции, иностранцев, сторонников и противников большевиков.

Вопрос о том, что едят великие, был интересен публике всегда. «Сунуть нос в чужую кастрюлю» отнюдь не считается зазорным, поскольку сопоставлять свое личное положение с положением недосягаемых лиц психологически легче именно на бытовом, кулинарном уровне.Во-первых, «великие люди» всегда, в любом случае, должны быть умнее «обычного человека». Такова презумпция. Во-вторых, к чему иметь ум и возможности, если не наладить себе нормальную жизнь.Мы же предпринимаем наш исторический обзор кулинарных привычек великих или известных людей XX столетия единственно с научно-просветительской целью.Итак, рассказ первый — о Ленине

Существует ли окружающий мир и таков ли он, каким нам представляется? Что такое материя и движение? Есть ли целесообразность в природе? Является ли возникновение сознания неразрешимой загадкой? Эти и многие другие вопросы разбирает в своей книге известный популяризатор науки писатель Игорь Адабашев. Книга убедительно показывает, что человек способен познать окружающий мир, что «мировые загадки», о которых говорят христианские богословы и философы-идеалисты, не что иное, как еще не познанные, но вполне познаваемые явления природы.

После того, как в пламени Приграничного и Смоленского сражений июня и июля 1941 г. исчезли созданные в предвоенные годы танки и самолеты, Красной Армии предстояло пройти пять кругов ада под ударами танковых клиньев вермахта. Операции на окружение невиданных в истории войн масштабов следовали одна за другой, и, казалось, ничто не может остановить наступление гитлеровской армии на Москву. Но уже в ноябре 1941 г. последовали контрнаступления советских войск под Ростовом и Тихвином, и словно по мановению волшебной палочки военная машина Третьего Рейха со скрипом остановилась в нескольких десятках километров от башен Кремля. Спасал ли Г. К. Жуков Ленинград? Кто виноват в окружении Юго-Западного фронта под Киевом? Кто и как сумел восстановить рухнувший после вяземского «котла» фронт под Москвой в октябре 1941 г.? «Генерал Грязь», «генерал Мороз» или генералы Красной Армии остановили вермахт у ворот Москвы? На все эти вопросы можно найти ответ в новой книге Алексея Исаева.