Поэзия. Страница 75

ворчество Коста Хетагурова – одно из самых замечательных явлений в истории литературы осетинского народа. Вдохновенный поэт и неутомимый просветитель, художник-живописец и боевой публицист, прозаик и этнограф, он стоит в ряду крупнейших представителей революционной демократии. Расцвет творчества Хетагурова падает на 80-90-е годы XIX века.В настоящее издание включены избранные стихотворения: осетинская лирика, стихотворения и поэмы, написанные на русском языке. Предваряет издание творческо-биографическая статья В.Корзуна "Коста Хетагуров".

Верочка, корябеда, турецкий барабан. Абсурдопереводчица, вездесука, краснобайка-задушевница с тридцатилетним стажем. Не стесняется носить тяжелый крест с легкими юбками. Территория победившего распиздяйства. Сложный творческий гибрид, и во лбу звезда горит. Мать-основательница, идеолог и почетный член всемирного проебольного движения; учредитель и генеральный директор Московского Проебанка. Серебряный призер, позер и стриптизер. Звезда Большого Секса в изгнании. Любо, но дорого. Заморачивается. Большая и Бешеная. Как выскочит, как выпрыгнет, и полетят клочки по закоулочкам. Буря и натиск. Хрусть - и пополам. Паста карбонара, двойной мохито и сразу счет, пожалуйста. Центровая, с запросами, чё сказал щас, а, чё сказал? Детеныш Годзиллы, Бурный Гений, Отрезанный Ломоть; мало не покажется. Маленький Мук отечественного шоу-бизнеса. Не спит по ночам. Страшно ищущая. Как доедешь - позвони.

Русская поэзия первых десятилетий Советской власти о Великом Октябре

«… В исключительной одаренности Владимира Соловьева поэтический талант не является самой блестящей гранью. Художник в своей прозе, он часто в своих стихах – только мыслитель. К собственным стихотворениям нередко пишет он подстрочный комментарий и вообще относится к ним умно. Но, не говоря уже о том, что от общей гениальности Соловьева вспыхивают искры и в отдельных его стихотворениях, они все, взятые в целом, представляют собою очень важную и характерную страницу его творчества, незаменимо дополняют его роскошную духовную трапезу. Формой своей немало обязанные влиянию Фета и Алексея Толстого, они по существу cвoеo6разны и самостоятельны. В них живут мысли и чувства, в них есть религиозно-философское мировоззрение и лирическая исповедь. …как ни молитвенны, как ни возвышенны, как ни прекрасны иные его стихотворения, в них вторгается не всегда уместный, но всегда ему свойственный элемент шутливости. Любитель комики, мастер смеха, обладатель каламбуров, он этим нарушает иногда то впечатление религиозной сосредоточенности, которое одно только и было бы желанно. Вообще, Соловьев слишком остроумен, ироничен и слишком разносторонен; …» (Ю.Айхенвальд)