Путешествия и география. Страница 15

«… Несходство, и притом важное, обнаружилось после московского Чумного бунта и упрочилось после всероссийского пугачевского восстания.Для Каржавина путь начинался в точке, обозначенной «мы». Мы – это те, кто сознает необходимость решительного переустройства земного, общего, народного.Для Баженова путь начинался в точке, обозначенной «я». Я – это каждый, кто сознает необходимость переустройства собственной души.В каржавинском «мы» находилось место и для «я», но второстепенное, подчиненное. В баженовском «я» находилось место и для «мы», но не первостепенное. Каржавин не покидал мира посюстороннего; Баженов не чурался потустороннего. Посмеиваясь над масонской мистикой, Каржавин сочувствовал этике. Обретая в масонстве «высшую созерцательность», Баженов не жаловал ритуальные сложности.Но был и предмет бесспорный, предмет согласия полного – просвещение. …»

«… Режущая боль развалила ему грудь, как топором. И вдруг сквозь свист, шипение, клекот:– Держи-и-и-и-ись…На краю льдины лежал Врангель. Штурман и матрос навалились ему на ноги. Врангель протягивал Федору ту длинную, с бубенчиками палку, которая помогала управлять нартами. Федор, словно в снопе света, увидел мокрое и страшное лицо Врангеля. Федор рванулся, казалось, лопнули сухожилия…Так было в марте 1823 года, когда отряд вновь вышел на поиски Земли Андреева. Это было последнее «препоручение» Адмиралтейства. Остальное они уже совершили: осмотрели Шелагский мыс и развеяли гипотезу англичан о соединении двух материков; положили на карту тридцать пять градусов по долготе – тысячеверстное побережье; изучили огромный бассейн Колымы; собрали коллекции и метеорологические наблюдения. Но Земля Андреева… И вот лежал на льдине полумертвый Федор Матюшкин, лицеист «нумер двенадцатый», моряк-«кругосветник». То проступали из мглы, то таяли в ней силуэты Врангеля, Козьмина, матросов. Медленно, как смола, шла кровь в жилах, больно толкалась в пальцах рук и ног. …»

В 60-х годах прошлого века Вамбери под видом дервиша проник в Среднюю Азию и Персию. Итогом его путешествий и исследований явились книги с описанием странствий по Востоку и труды по тюркской и угро-финской лексикографии. О жизни и путешествиях Вамбери рассказывается в этой маленькой повести.  

Книга Мэри Чабб предлагает увлекательное путешествие на берега Евфрата, где за четыре тысячелетия до н. э. зародилась культура Шумера, истоки которой и поныне скрыты непроницаемой завесой десятков столетий. Автор была участницей одной из археологических экспедиций, производившей раскопки в районе Тель-Асмара. И эти путевые заметки Мэри Чабб привлекают своей свежестью и образностью изложения.

В начале 1976 г. морские газеты и журналы многих стран печатали сенсационные сообщения о рейсе через океан «Слокама из Польши» — молодого, но уже хорошо известного журналиста и яхтсмена Яцека Эдварда Палкевича. Рейсе, совершенном на старой 5-метровой шлюпке без радио, без секстана, без подруливающего устройства, под далеко не совершенными парусами.

Автор в популярной и живой форме рассказывает о культуре, архитектуре и искусстве города, имеющего удивительно интересную древнюю и средневековую историю. Много страниц книги посвящено прошлому города каналов и мостов, нередко называемого «японской Венецией». В средневековье он — главный национальный рынок, «кухня страны», оплот военно-феодальной диктатуры. В наши дни — крупный город-порт, торгово-промышленный и административно-культурный центр Японии.

Жюль Верн — родоначальник нового жанра, соединившего науку и искусство, известен у нас как романист. Однако из-под его пера вышли также новеллы, рассказы и повести, которые ничуть не уступают романам по художественному уровню. Дерзость мысли, способность к научному прогнозированию, неподражаемый юмор — все эти черты Жюля Верна как писателя отражены и в его малых произведениях.

Данное издание является продолжением книги «Сакральная Азия» и охватывает исследования автора за последние 3 года из 10 лет, непрерывно проведенных в странах Азии. В этот период исследовательская деятельность не была приоритетной, автор занималась преподаванием духовных практик, однако по мере спонтанных встреч и поездок накопился также достаточно объемный материал по культурным традициям в блоге shantinathini, который оставалось только систематизировать.В книгу вошли личные заметки по Индонезии и Малайзии, воспоминания о жизни в Индии, а также отдельные материалы коллег автора, постоянно проживающих в Китае и Японии.

«– Безусловно! Я хочу снарядить на свои средства корабль и отправиться к Северному полюсу. Предлагаю сделать вам то же и назначаю встречу среди полярных льдов. Вместо того чтобы подобно членам Национальной галереи заниматься географией, прогуливаясь в кабинете, мы отправимся в дальние края навстречу неизвестности и будем на равных соперничать друг с другом, во славу наших великих держав.» – такова завязка этого романа. Книга о полярных приключениях в эпоху последних географических открытий

Тим Северин приглашает читателя на Золотые Антилы, острова искателей приключений, романтиков и пиратов.