Религия. Страница 18

Суре́н Золя́н (арм. Սուրեն Զոլյան; род. 16 апреля 1955, Ереван) — армянский учёный, общественный деятель и писатель-публицист. Бывший ректор Ереванского государственного лингвистического университета им. В. Я. Брюсова

Человек «смотрит» только в себя и только изнутри себя постигает окружающее его. Он представляет собою закрытую систему, получающую извне только ту информацию, которую могут воспринять его органы чувств. А органы чувств могут воспринять только то, что есть в них самих.Это подобно приемному контуру радиоприемника: из большого количества радиоволн, он может принять, т.е. ощутить, только ту, на которую настроен: потому как качества этой волны есть в самом приемнике, он ее ощущает, а остальные воспринять не может.Так и человек, может ощутить из окружающего только то, что есть в нем самом. По мере своего развития, приобретения новых ВНУТРЕННИХ свойств (мыслей, понятий, качеств, знаний), человек начинает воспринимать окружающее, то, что и ранее существовало вокруг, но не воспринималось им, именно ввиду отсутствия В НЕМ САМОМ подобных свойств.

Расстанься со всяким детским возрастом и приобрети себе крепость ума и души. Усиль войну против всякого безумия страстей, эроса, дурной злобы, любви к славе, любви к раздорам, мучительной зависти, негодования, гнева, жажды, стяжательства. Охраняйте свою крепость оружием и копьями! Вооружись всеми воинами, т. е. словами, начальниками, т. е. советами и своим умом как руководящим принципом.

Я в почтении склоняюсь перед всеми вайшнавами. Исполненные сострадания к падшим душам, они, словно древо желаний, могут сделать явью заветные чаяния каждого.

«Сказание» афонского инока Парфения о своих странствиях по Востоку и России оставило глубокий след в русской художественной культуре благодаря не только резко выделявшемуся на общем фоне лексико-семантическому своеобразию повествования, но и облагораживающему воздействию на души читателей, в особенности интеллигенции. Аполлон Григорьев утверждал, что «вся серьезно читающая Русь, от мала до велика, прочла ее, эту гениальную, талантливую и вместе простую книгу, — не мало может быть нравственных переворотов, но, уж, во всяком случае, не мало нравственных потрясений совершила она, эта простая, беспритязательная, вовсе ни на что не бившая исповедь глубокой внутренней жизни». В настоящем исследовании впервые сделана попытка выявить и проанализировать масштаб воздействия, которое оказало «Сказание» на русскую литературу и русскую духовную культуру второй половины XIX в.

Предлагаемый Вашему вниманию короткий текст называется «Африн-и-Зартукхшт». Номинально он относится к авестийской книге «Афринаган», к которой примыкают в качестве приложения так называемые «Африны» (Благословения). Большая их часть составлена во времена Сасанидов на среднеперсидском языке, вероятно, самим праведным Адурбадом Мараспэндом, но «Африн-и-Зартукхшт» примыкает к этим текстам только по схожести названий. Разница же в том, что это именно авестийский текст, составленный в древности на обычном языке Авесты, кроме того, он не соотносится ни с одним из известных сейчас Афринаганов (специальный авестийский ритуал) и, вероятнее всего, является фрагментом более обширного, но не сохранившегося авестийского текста, который входил в 11-й наск Авесты – «Виштасп-Саст-Наск». Структура этого Африна – стандартная для большинства текстов Авесты: диалог в форме вопросов и ответов, с той разницей, что обычно спрашивает Заратуштра, а отвечает Ахура Мазда, а здесь спрашивает сын царя Кави Виштаспы, а отвечает сам Заратуштра. Как это не покажется странным, столь небольшой текст может быть для нас источником изучения авестийской мифологии. Большинство текстов Авесты, где были изложены мифы, утрачены, остались лишь фрагменты, упоминания или намеки на эти мифы в «Видевдате» и «Яштах». В «Африн-и-Зартукхште» перечисляются персонажи авестийских мифов с характеристиками, выраженными одним-двумя ключевыми словами. Текст составлен на младоавестийском языке, на русский язык переводится впервые.

В этом практическом пособии по просветленному образу жизни Чогьям Трунгпа дает вдохновляющее видение нашего времени; в центре этого видения — фигура священного воина. В древние времена воин учился выдерживать жизненные испытания — не только на поле битвы, но и вне его. Он приобретал чувство личной свободы и могущества не через насилие или агрессию, а через мягкость, храбрость и самопознание. Японские самураи, воины-цари Тибета, рыцари средневековой Европы, индейцы-воины — лишь немногие примеры этой универсальной традиции мудрости. Предлагаемая книга указывает путь воина мужчинам и женщинам нашего времени, стремящимся к самосовершенствованию и полной реализации. Описывая путь воина современным языком, Трунгпа обсуждает такие техники, как синхронизирование ума и тела, преодоление привычек, релаксация в рамках дисциплины, открытость и бесстрашие в отношениях с миром, открытие священного измерения в повседневной жизни. И самое главное: открывая глубинное добро человеческой жизни, воин учится излучать это добро на окружающий мир, способствуя миру и здоровью его обитателей. Учение Шамбалы — по названию легендарного гималайского царства счастья и справедливости — открывает возможность просветленной жизни каждому человеческому существу. «Глубинная мудрость Шамбалы, — пишет Трунгпа, — гласит, что в этом мире, таком, какой он есть, мы можем обрести хорошую, полную смысла человеческую жизнь, посвященную служению другим. Это наше истинное богатство». Чогьям Трунгпа — мастер медитации, учитель и художник, основатель Института Наро-пы, автор книг по буддизму и медитации.