Религия. Страница 44

Апокрифы древних христиан, апокрифические евангелия — это раннехристианские сочинения, не признанные церковью и отвергнутые ею. Они расширяют наши представления о христианской литературе, свидетельствуют о борьбе различных тенденций в христианской идеологии на ранних этапах ее развития.

Символ веры — краткое исповедание веры, которое готовящийся принять крещение произносил перед крещением, выражая тем самым, свою готовность стать христианином.

Человек рождается, чтобы достичь жизни, и все – в его руках. Он может упустить жизнь. Он может продолжать дышать, он может продолжать есть, он может продолжать стареть, он может продолжать двигаться к могиле – но это не жизнь, это постепенная смерть. От колыбели до могилы... постепенная смерть в семьдесят лет длиной. И поскольку миллионы людей вокруг умирают этой постепенной, медленной смертью, ты тоже начинаешь им подражать. Дети учатся этому от всех окружающих – а мы окружены мертвыми.

Иллюстрации Г. Доре

Неканоническая

Иван Васильевич Киреевский (22 марта (3 апреля) 1806, Москва — 11 (23 июня) 1856, Санкт-Петербург) — русский религиозный философ, литературный критик и публицист, один из основоположников славянофильства. Брат П.В. Киреевского. В отходе от религиозных начал и утрате духовной цельности видел источник кризиса «европейского просвещения» и господства отвлеченного мышления в немецкой идеалистической философии. Задачей самобытной русской философии считал переработку «европейской образованности» в духе учений восточной патристики.[Полное собрание сочинений. Москва, 1861 г., т. II, стр. 335-339.]

В свое книге «Толстой и Достоевский» Мережковский показывает, что эти два писателя «противоположные близнецы» друг друга, и одного нельзя понять без другого, к одному нельзя прийти иначе, как через другого. Язычество Л.Толстого — прямой и единственный путь к христианству Достоевского, который был убежден, что «православие для народа — все», что от судеб церкви зависят и судьбы России. Каждый из них выражает свои убеждения в своих произведениях.

Господь дал людям незыблемые свидетельства о Себе: 1) Мир, Им сотворённый; 2) Библию, как духовное руководство в общении с Богом и людьми; 3) совесть, как Знамение Его Любви и помощи человеку в творении Добра. Настоящая книга — вторая из серии размышлений об этих свидетельствах, которые будут полезны всем: и верующим, и не верующим.

«И кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два» (Мф. 5. 41) — толкованию этой заповеди посвящена статья отца Алексия Потокина. Здесь статья представлена в авторской редакции, в отличие от первой своей публикации в журнале «Альма и Омега». «Первое поприще Христа с нами — путь к смерти за нас. Если я, не имеющий в себе вечной жизни, принимаю Его жертву, согласен на Его смерть за меня — не останусь одинок. Его жертва добровольна, не я первым востребовал Ее, Он заранее благодарно хотел моего согласия на приятие Его страданий за меня упрямого эгоиста-покойника. Этим согласием я пройду вместе с Ним Его земное поприще. Дерзаю робко согласиться на второе поприще с Ним — жизнь Вечную, в которой иные, неведомые радости, иное счастье, и я робко доверяю Ему, хотя боюсь, что они утомят, измучают меня. Только воскресшим я буду жаждать той жизни, как жаждет ее мой ближний, Христос. И постараюсь не забывать жаждать ее обретения всеми людьми. Можно предложить еще один пример чистого желания второго поприща (очень редкий). Если на первом поприще люди соединяются, принимая помощь (это так же трудно, как и в медицинском случае тяжелобольных, умирающих, не способных принимать, откликаться на лекарства), то начало второму поприщу, т. е. вхождению в вечность, откроет благодарность, причем, и здесь есть лукавый (ложный) путь подневольного добра, на котором, опять–таки, в силу интеллигентности или показного христианства, человек должен отблагодарить, т. е. отделаться, откупиться от милости. Этот невозможный грешнику, но доступный и спасительный, как дар нищему, путь — это живая память сердца о другом сердце, память оживленная же Христом — всегда, т. е. ныне и присно и во веки веков.»