Фантастика - скачать книги или читать онлайн. Страница 918

Когда в руки к Семёну и Таисии попадает ключ от туннелей в пещере, которые ведут на другие планеты, они оказываются на планете «Ордон», преследуемые странником-пришельцем, жаждущим отобрать у них этот ключ для перемещений. Им нужно найти общий язык с местными жителями, вернуться домой невредимыми и постараться предотвратить проникновение опасного пришельца на родную планету.

Фантастический рассказ о приключениях «прожженного» армейского спецназовца, которые, в конечном итоге, превратили его в убежденного пацифиста. Фантастический сюжет рассказа, на фоне нравственного перерождения спецназовца-профессионала, позволяет представить его скорее как эссе, с красной нитью основной идеи: Люди! Опомнитесь! Ведь вы же люди, рожденные чтобы жить, а не уничтожать друг друга!

Чужой северный материк, кланы, тихая деревенька в таинственном, волшебном Лесу. А откуда здесь этот странный, едва живой человек, потерявший память? Кого подобрали местный купец и его дочь? Выживет ли незнакомец? Вспомнит ли себя и ту, которая ищет его по всему свету, отказавшись поверить в смерть близкого? Сойдутся ли дороги человека-оборотня и драконицы, ставшей больше человеком, чем драконом?

«Насколько в современном обществе изменилось отношение к фантастике, можно проследить и на примере её восприятия учёными. Наука и фантастика, их взаимодействие и элементы конвергенции – полвека назад это была актуальная и достаточно обсуждаемая литературными и научными кругами тема. Только один Иван Антонович Ефремов – основатель новой отрасли науки и всемирно известный фантаст, в шестидесятых годах опубликовал десяток статей. О прочитанных книжных новинках фантастики не стеснялись говорить в интервью профессора университетов и члены-корреспонденты Академии наук, они и сами могли сочинить рассказик-другой. Давно это было… Конечно, и сейчас, когда фантастическая литература стала прежде всего товаром масскульта, к её приёмам обращаются учёные…»

«Я внимательно выслушал всех, кто выступал до меня. Нет, все верно было изложено, все точно подмечено. На Землю прилетали пришельцы, они до сих пор возвращаются, чтобы поставить эксперименты над похищенными…»

«Я отправился за едой ближе к полудню, когда солнце уже висело в зените, но еще не раскалило улицы города добела. Вероятность нарваться на кровососущую тварь в это время суток минимальна. «Бентли» я оставил на парковке, дробовик положил поперек тележки, отогнул фанерный лист, которым была заколочена раздвижная дверь супермаркета, и осторожно вошел внутрь…»

«Старик, сидящий перед т-станцией, давно потерял счет дням. Кое-какой временной меткой служила трещина, появившаяся у основания стены после землетрясения. Трещина год за годом продвигалась всё выше, разветвляясь причудливыми узорами. В конце последней зимы она задела выбитый портрет-барельеф и уперлась в наклонную крышу, отколов кусок покрытия. В образовавшемся углублении ласточки свили гнездо…»

«Ноябрьское утро навевало уныние, как песни старухи Пугачевой. Черти бы взяли этого американского мецената, думал Никита Викторович Победилов, шаркая слякотными улицами. Черти бы его побрали со всеми этими грантами, поисками молодых дарований и благотворительностью. Таланты? В нашем-то городке?..»

«Джек Промиси по прозвищу Посуляй, он, вообще, с придурью. То предлагает ограбить почтовую карету, и плевать ему на стражу, то на кладбище пойти отказывается. Нет, не сказать что он трус или хвастун. Карету-то мы подломили ведь, лихо подломили. Посуляй сам все придумал, сам и повел нас на дорогу у цыганской кузни. Сам и опозорился. Не почтовая карета оказалась, а тюремная. Их в Бристоле часто под почту красят, чтоб народ поменьше глазел. Да и то сказать – что мешок с депешами, что мешок с костями – все государственный груз. Вот только казначейского мешка с гинеями там не оказалось. Один бедолага, по рукам-ногам цепями скованный, как тот базарный фокусник, что из сундука через заднюю стенку вылезает…»

«Геля водила так, что Нате вспоминался собственный реферат по Клавдии Блиновой, советской летчице-истребительнице. Шоферы на встречных фурах же наверняка вспоминали кого-то другого. Так или иначе, не всем хватало духу ездить с Гелей. Нате – хватало. Но парковалась Геля ловко и аккуратно. В окне промелькнул административный корпус, сосны на заснеженном склоне, разбросанные между ними домики, машины уже приехавших рыбаков, взметнулась снежная пыль. Машина остановилась. Ната выбралась из машины, открыла багажник и стала доставать вещи. Подруги приехали порыбачить в Драйв Парк Заозерье, в девичестве – туристическая база «Сосновое». Новые владельцы сменили не только вывеску; несколько домиков перевели в класс люкс, то есть в них появился душ и туалет, что было воспринято постоянными гостями с большим одобрением…»

«С трёх сторон пустошь окружал лес. Сосны с рыжими, пахнущими смолой стволами, толстая подстилка из прелой хвои, корявые берёзки и заросли боярышника вдоль опушки. В лесу обитали совы, иволги, дятлы, дрозды и многие другие птицы – все, какие мальчик нашёл в старых справочниках с пожелтевшими страницами. А ещё зайцы, белки, ежи, мыши-полёвки. Последние несколько дней в лесу жила рыжая лисица. Она смешно тявкала по ночам, но соваться к дому опасалась…»

«На кладбище я поселился не сразу, месяцев через шесть после конца света. К этому времени все, кто мог оттуда уйти, – ушли. А оставшиеся, хотели того или нет, должны были послужить моим целям…»