Социальная фантастика - скачать книги или читать онлайн. Страница 41

Писатель Филимон Грач хорошо известен нашим читателям. Но на этот раз он предлагает совершенно новую и довольно необычную книгу. «Рукопись» – это своего рода писательская исповедь и одновременно – хроника написания самой книги с подробным и увлекательным изложением событий, происходящих и с главными героями и с самим писателем, автором книги. Подобная «многослойность» – весьма увлекательное чтение для всех любителей необычного и загадочного.

Новая игра. Можно ли доверять тем, кто создал целый мир для твоей смерти. Куда они отправят на этот раз? Если уж ты смог выжить в пустом мире, то что ждет впереди? Надежда ведь есть? Она вроде как умирает последней. По крайней мере очень хочется в это верить.Содержит нецензурную брань.

Пятерых незнакомых друг с другом людей заселяют в бункер. Они – участники эксперимента, цель которого – выяснить, способны ли люди пережить ядерную катастрофу, выжить в холодном, замкнутом пространстве в обществе чужаков. Казалось бы, цель благородна и ясна. Но это только верхушка айсберга. На самом деле, проект «Фантом» – это страшный, чудовищный эксперимент. Он разрушает разум. Он подчиняет себе. Он пробуждает самые темные стороны человеческого сознания. Один из участников проекта становится опасен. Смертельно опасен. «Фантом» начинает свою изощренную игру. В его руках – научные достижения, которыми так гордится человечество. Каков смысл этого эксперимента? Кому и для чего понадобилось разрушать разум молодых людей? Удастся ли героям вырваться из бункера и остановить этот страшный эксперимент? Неожиданные повороты событий, острый сюжет, интересные характеры героев позволят Вам по достоинству оценить фантастический мир. Мир, в котором царствует "Фантом". Обложка – художник Михаил Смирнов.

«Песчаная ящерка – существо ужасно осторожное. Иногда Юрке казалось, она видит и затылком. Малейшее движение воздуха, качнувшаяся тень – и серое тельце, перебирая лапами так быстро, что глазом не уследить, скрывается в едва заметных трещинах почвы…»

«– А, а, а, они опять приходили! – Жена плакала взахлеб, содрогаясь каждой каплей ботокса на лице и при этом не сводя до минимума все оплаченные услуги знакомого косметолога. Юрий Фомич тихо крякнул и негромко выругался. Жизнь не налаживалась, и нужно было искать новые, пока еще не использованные варианты выживания…»

«Космический ассенизатор номер ХХХХХ как раз ускорялся, направляясь на вызов с планетной системы ХХХ, когда получил общеизвестный в этой части обитаемых галактик сигнал «МэйДэй». Он был едва различим, и универсальный переводчик едва справился со своей задачей, несколько минут терпеливо, но эффективно разбирая мало различимые слова и фразы…»

«В забитом до отказа просторном зале суда стоял невообразимый шум. Галдели репортеры и зеваки, кричали присяжные, представитель обвинения покраснел от натуги, споря с адвокатом. Сам подсудимый наблюдал за происходящим с большого экрана на стене зала заседаний. Он в это время парил в пяти сотнях километров над Землей, в заброшенной орбитальной лаборатории, под присмотром десятка полицейских роботов…»

«Лютый шторм, ударивший в ночь на вседержителя Мобла, оказался последним. Старый булочник Кройн, выбравшийся на холод из распаренной пекарни, чтобы оценить зарю, улыбнулся, покачал со знанием дела головой, а потом весело хлопнул по плечу зятя, что помогал ему с выпечкой…»

«– Чтоб вы все передохли поскорее! – цедил сквозь зубы Витька. Побелевшие от напряжения пальцы стискивали вытертую сине-голубую оплетку руля, а хищно сузившиеся глаза подмечали каждую мелочь на непростой трассе. – Все, все до единой! Ненавижу вас!..»

«Малов чувствовал себя приговоренным к казни. Он стоял в центре площади, залитой кровавыми сполохами, и не мог ни сбежать с нее, ни даже сделать шаг в сторону. Над ним кривлялись уродливые черные фигуры – десятиметровые гиганты без лиц, но с загребущими руками, каждая со стрелу экскаватора. Почему-то монстров никак не удавалось сосчитать: одни исчезали, другие вырастали на замену, так что их все время было не меньше трех и не больше шести…»

«Как и в девяти из десяти подобных случаев, корнем проблемы была любовь. Замершая, как, бывает, замирает беременность – и плод сначала перестает расти, а потом и вовсе умирает.

«На базе всегда солнечно. Джимми устанавливает такой режим освещения специально, чтобы не сойти с ума. У него есть возможности, есть ресурсы, есть все, кроме самого главного. У Джимми нет реперной точки, нет почвы под ногами. Джимми не за что зацепиться, чтобы понять, сошел он с ума или нет и где начинается его личный отсчет по шкале Вселенной…»