Русская классика - скачать книги или читать онлайн. Страница 63

Студия «МедиаКнига» представляет аудиокнигу знаменитого русского писателя Ивана Сергеевича Тургенева «Поездка в Полесье». Книга прочитана популярным артистом, телеведущим, режиссером и актером дубляжа Павлом Конышевым.

Студия «МедиаКнига» представляет аудиокнигу известной русской писательницы Лидии Алексеевны Чарской – «Отец». Книга прочитана популярным артистом, телеведущим, режиссером и актером дубляжа Павлом Конышевым.

Студия «МедиаКнига» представляет аудиокнигу знаменитого русского писателя Льва Николаевича Толстого «Бог правду видит, да не скоро скажет». Книга прочитана популярным артистом, телеведущим, режиссером и актером дубляжа Павлом Конышевым.

«Еще при жизни старца Федора Кузмича, появившегося в Сибири в 1836 году и прожившего в разных местах двадцать семь лет, ходили про него странные слухи о том, что это скрывающий свое имя и звание, что это не кто иной, как император Александр Первый; после же смерти его слухи еще более распространились и усилились. И тому, что это был действительно Александр Первый, верили не только в народе, но и в высших кругах и даже в царской семье в царствование Александра Третьего. Верил этому и историк царствования Александра Первого, ученый Шильдер…»

Эта книга о том, что у нас в душе, о том, что каждый имеет право на внутренний мир, неважно, что там, внутри, неважно, просто ты человек или может быть – Бог.И я твёрдо верю, что однажды, оглянувшись, мы обязательно увидим за своей спиной цветущие сады, а не утоптанный асфальт.

«Двенадцатого июля капитан Хлопов, в эполетах и шашке, – форма, в которой со времени моего приезда на Кавказ я еще не видал его, – вошел в низкую дверь моей землянки…»

Сентиментальная повесть «Княжна Дубровина» принадлежит перу писательницы XIX века Евгении Тур, широко известной в русских литературных кругах и весьма ценимой современниками.

«Борис Полубояринов, студент-медик, проснулся, как и всегда, в начале восьмого часа. На дворе было светло, хотя солнце еще не всходило; замерзшие на оконных стеклах ледяные узоры – снежные елочки, кладбищенские кресты и пальмы – окрасились в розовый нежный цвет утренней зари. День обещал быть морозным и ясным…»

«Просторная новая терраса дачи была очень ярко освещена лампой и четырьмя канделябрами, расставленными на длинном чайном столе. Июльский вечер быстро темнел. Старый липовый сад, густо обступивший со всех сторон дачу, потонул в теплом мраке. Только листья сирени, в упор освещаемые лампой, резко и странно выступали из темноты, неподвижные, гладкие и блестящие, точно вырезанные из зеленой жести. Ни шороха, ни звука не доносилось из заснувшего сада. Несмотря на раздвинутые полотняные занавеси, свечи горели ровным, немигающим пламенем. Было душно, и чувствовалось, что в нагретом наэлектризованном воздухе медленно надвигается ночная гроза. Пахло медом, цветущей липой и бузиной…»

«Чем дальше я углубляюсь памятью в прошлое и дохожу, наконец, до событий, сопровождавших мое детство, тем сбивчивее и недостовернее становятся мои воспоминания. Многое, вероятно, было мне рассказано впоследствии, в более сознательное время, теми, кто со вниманием и любовью наблюдал мои первые шаги; многого со мною и не было вовсе, а, слышанное или читанное когда-то, оно слишком тесно приросло к моей душе. Кто поручится, где в этих воспоминаниях кончается фактическая сторона, где начинается давнишняя, обратившаяся в непривычную истину сказка и где, наконец, граница, на которой та и другая так причудливо мешаются?..»

«Посаженный в Революционный трибунал, помещавшийся в бывшем дворце великого князя Николая Николаевича Старшего, я мог бы свободно и беспрепятственно осмотреть все его роскошные помещения. Но никогда еще не чувствовал я себя ловко и уверенно, посещая чужие дома, покинутые их настоящими владельцами, хотя бы и много лет тому назад…»