Поэзия, Драматургия - скачать книги или читать онлайн. Страница 211

Самое высокое счастье мое, мое тайное дыхание, небесное удивление мое, моя весенняя свежесть, моя настоящая глубина, мое сладкое томление, моя трепетная радость, моя песнь…На обложке фото автора "Танец света".

Азбука химических элементов по легенде о самом явном из всех снов. И больше ничего.

Inimese tunded ja mõtted liiguvad ta tegudega koos samu radu, põigates tõe ja õiguse otsinguil kuhu iganes. Autor jälgis ja fikseeris Senryu värsivormis mitmeid oma tegemisi kahe aasta jooksul. Eks ta, mõte siis, kippus nagu tollel ajuti tavaks, ka perutama ja vembutama – ega nuringi olemata olnud.

Альфред Нобель, ученый, изобретатель и основатель Нобелевской премии. Но при жизни, весь мир знал его, как Торговца смертью, человека, который создал динамит. Ему было важно, как его запомнят люди, какой след он оставил в этом мире, а поскольку Нобель всю жизнь пропагандировал пацифистские взгляды, то репутация массового убийцы явно была ему не по душе. Человек несёт ответственность за себя, и за то, что он приносит в мир.

Буквально в течение двадцати-тридцати последних лет проникновение миров в нашу земную обитель стало настолько явным, что не заметить этого явления просто невозможно. Негативные социальные и антропологические процессы стремительно и не в лучшую сторону изменяют наш уклад, устоявшиеся принципы, ценности и понятия о человеческой морали. Подобного рода искажения и подмены происходят не только в России, но и практически во всех странах Земли. По сути, мы наблюдаем одно и то же, но с разными интерпретациями.

"The Raven" is a narrative poem. It tells of a talking raven's mysterious visit to a distraught lover, tracing the man's slow fall into madness.

Сергей Есенин – белокурый красавец, кутила, любимец женщин – был щедро одарен природой. Поэзия Есенина отличалась особой музыкальностью и тонким лиризмом, его талант только совершенствовался с годами. Но судьба отпустила недолгий срок…

«Не чувствуя ни нужды, ни охоты заканчивать поэму, полную революционных предчувствий, в годы, когда революция уже произошла, я хочу предпослать наброску последней главы рассказ о том, как поэма родилась, каковы были причины ее возникновения, откуда произошли ее ритмы…»

Авангардные пьесы 1940-х–70-х годов связаны в сборнике «Театр в театре» двойным узлом: во‐первых, все они устроены наподобие шекспировской «мышеловки» из «Гамлета»: актёры разыгрывают для других актёров спектакль, за которым наблюдает публика из зрительного зала; во‐вторых, перевод этих пьес был опубликован в конце 1970-х годов в самиздатском журнале «Часы» – своеобразном «театре в театре» советской культуры.

В нынешнем океане стихотворного сочинительства вряд ли найдётся хотя бы один опус, в котором наша жизнь рассматривалась бы с точки зрения православной Истины, с позиций учения Христова. Большинство интернетских обитателей об этой высшей Правде и знать ничего не знают. Самобытность новой книги Бориса Ефремова именно в том, что поэт убедительно доказывает, что без такого взгляда на действительность ее не только нельзя объяснить, но и смысл самой жизни пропадает. Автор рассказывает о своём трудном духовном взрослении, ведёт нас к пониманию, что выход России из долгого кризиса только в сознательном возвращении к отцовской вере.

..(Сквозь тишину и снег......Во мгле скрывающей в себе так безнадёжно потускневшее солнце).. Сборник Очерков, написанных в разное время, законченных в 2018 г.Очерки публикуются с авторской пунктуацией.

Пожалуй, нет в предреволюционной российской истории XX века другого человека, в котором с такой яркостью и точностью отразился бы крутой характер времени, перемешавшего и уравнявшего в себе все житейские противоположности – веру и безверие, пророчества и невежество, святость и разврат, ярость и смирение, ненависть и любовь. Всего этого в Григории Распутине было в избытке. Не случайно поэт Борис Ефремов выбрал его героем поэмы, ставшей своеобразной поэтической попыткой разобраться в эпохе, принёсшей нашей стране и великое горе, но и великую мудрость – нельзя построить нормальную человеческую жизнь без высоких нравственных заветов Христовых.