Поэзия, Драматургия - скачать книги или читать онлайн. Страница 885

«Так и будет» относится к пьесам Симонова о последнем периоде Второй мировой войны, тонко уловившим умонастроения людей, находящихся в переходном состоянии от военного существования к мирной жизни. Героико-романтическая драма нанизана на жесткий каркас имущественного конфликта, а точнее, пресловутого «квартирного вопроса» – залог крепкой интриги во все времена. В годы войны в квартиры жильцов, считавшихся без вести пропавшими, вселяли других, потерявших жилье при бомбежке – вселяли официально, но на временных правах, с формулировкой «до возвращения законного владельца». Вот, в одну из таких квартир, в которой уже обосновалась интеллигентная семья видного архитектора, и приезжает на побывку с фронта главный герой пьесы – инженер-полковник Савельев, и его неожиданное появление катализирует все последующее действие. Зайдя в свой кабинет, он сразу отмечает, что фотографии его семьи (погибших в начале войны жены и дочери) по-прежнему висят на своих местах – безусловное свидетельство уважения к чужому личному пространству и душевной деликатности новых постояльцев. Да и сам полковник, будучи тактичным, решает не обременять собой незнакомых людей и поселиться на все время своего пребывания в гостинице. Обостренное чувство такта обеих сторон не мешает обеим сторонам подойти к ситуации с юмором и счастливо разрешить создавшееся напряжение совместным проживанием на общей территории. Пьеса сильна своими психологически выверенными персонажами, в том числе, и второстепенными: так, сослуживец полковника, майор Анна Греч – становится носителем ценностных ориентиров для Ольги, взрослой дочери архитектора, лишившейся матери в раннем детстве, а также, выступает своеобразным ангелом-хранителем влюбленных и поддерживает зарождающееся чувство между Савельевым и Ольгой, которые, в силу разных причин, не признаются в этом даже сами себе. Финал – по-чеховски размыт: полковник опять уезжает на фронт, но, следуя логике общего жизнеутверждающего тона пьесы, квартирного уплотнения, на сей раз – по собственному желанию, героям не миновать.

Каким испытанием для каждого отдельного человека становится такой глобальный процесс, как стремительно начинающаяся поляризация мира и конфронтация между недавними союзниками по антифашистской коалиции – этой теме посвящена первая послевоенная пьеса Симонова. Действующие лица – журналисты редакции одной крупных из американских газет, многие из которых бывали в СССР и еще каких-то пару лет назад и сами воевали против Гитлера бок о бок с русскими. Но политическая ситуация резко дает крен вправо, плюс уже чувствуется напряжение в Корее, и редакции газет вынуждены резко переформатироваться и взять курс на антирусские настроения. Кому много дано – с того много и спросится: так, самый жесткий выбор встает перед главным героем, талантливым журналистом Гарри Смитом, прославившимся своими профессиональными репортажами о совместной борьбе русских и американских солдат во Вторую мировую. Пользуясь его авторитетом, босс газеты Макферсон именно Смиту дает задание написать провокационную книгу «Почему русские хотят войны» и сулит крупную сумму денег. Одно к одному – у Гарри как раз ни гроша в кармане, и при этом еще и свадьба на носу. Его менее одаренные коллеги тоже проходят проверку на вшивость, но в более локальном масштабе. Так, друг Смита, корреспондент Боб Морфи, медленно спивающийся от отвращения к происходящим переменам общественного климата, чтобы заработать, вынужден рекламировать крайне сомнительный спортивный самолет, и не просто прорекламировать, а самолично полететь на нем в качестве пассажира. Вся логика пьесы ведет к тому, что сделки с совестью так просто не проходят – и Морфи гибнет в авиакатастрофе. «В этом «русском вопросе» не может быть «или». Только «да» или «нет», – после долгих колебаний и внутренне попрощавшись с молодой женой, Гарри Смит пишет в книге то, что он думает на самом деле. И как итог – теряет работу, дом, жену.

Пьеса «Русские люди» относится к корпусу текстов Симонова о начальном периоде Второй мировой войны и представляет собой параллельное развертывание двух сюжетных линий – трагического положения мирных жителей на оккупированных немцами украинских территориях и отчаянную борьбу участников партизанского движения. Сцены разработки и проведения фронтовым штабом под руководством командира Сафонова рискованных разведывательных операций (вплоть до почти неминуемой гибели после акции «добровольной сдачи в плен» с целью дезориентировать противника) сменяются сценами издевательств фашистов над подвластными им людьми. Кульминация тыловой линии пьесы – т. н. «психологические этюды» немецкого офицера Розенберга, который развлекается дополнительной проверкой пришедшего к нему в услужение полицая Харитонова, доводя его и заодно его жену до последней степени унижения, заставляя вслух выражать радость после известия о гибели их сына-красноармейца. Столь изощренное психологическое насилие не поддерживает даже напарник Розенберга, Вернер, который осаживает его и говорит: «Если нужно расстреливать – расстреливайте или скажите мне, если вы сами – неврастеник и не умеете. Но то что вы делаете – это не солдатская работа». Основной конфликт пьесы – т. н. «механизм запуска подлости» – отведен автором на долю второстепенного персонажа – ставшего городским головой при немцах врача Харитонова. Вообще, проявление человека в пограничной ситуации, а именно на войне – одна из главных тем всего творчества писателя. По Симонову, начаться все может с малого – например, с привязанности к материальному. Так, еще до того, как Харитонов сначала предаст память сына, а затем, от страха за свою жизнь, начнет открещиваться и от своей живой еще жены, на ее предложение убежать от немцев, он аргументировано возразит: «А вещи? Мои вещи без меня – всегда вещи, а я без моих вещей – дерьмо. Да-да, дерьмо, нуль».

В пьесе «Под каштанами Праги» последние дни Второй мировой войны сосредоточились на пятачке дома Франтишека Прохазки, ученого, доктора медицины, на свой страх и риск прекратившего врачебную практику на все время оккупации Праги гитлеровскими войсками, чтобы, не дай Бог, не вылечить ни одного немца. Внятность его гражданской позиции выразилась также и в том, что еще в самый разгар войны он героически прятал в подвале своего дома русского парашютиста. Но, в отличие от остальных героев пьесы (будь то русский офицер, или собственная дочь, вышедшая из концлагеря), пан Прохазка не делит мир на черное и белое, и гостеприимно привечает в своем доме людей нового и старого мира. Главный нерв произведения составляет столкновение мировоззрений противоборствующих сторон: с одной стороны – детей Франтишека Прохазки, Стефана, с самого начала войны ушедшего воевать в русскую армию и Божены, заключенной в концлагерь за пощечину, которой она ответила на грубость немецкого офицера; с другой же – его пожилых друзей, с горечью переживающих закат старой буржуазной Европы и скорее с опаской, чем с воодушевлением встречающих наступление эры развитого социализма.

В историю отечественной культуры пьеса «Парень из нашего города» вошла благодаря ставшему киноклассикой одноименному фильму, снятому еще во время войны – в 1942 году, с Николаем Крючковым, органично воплотившем главную симоновскую идею о каждодневном, негромком мужестве. Менее известен, но не менее значим спектакль Марка Захарова 1977 года, с Виктором Проскуриным в роли танкиста Сергея Луконина и с легендарным Олегом Янковским во второстепенной роли брата невесты главного героя, Аркадия Бурмина, талантливого и успешного хирурга и, одновременно, до нелепости робкого человека в личной жизни. Спектакль Ленкома наглядно показывал, что предложенная Симоновым тема исследования истоков личного мужества человека совсем не устарела спустя 30 с лишним лет после войны.

Очевидно, вслед за Чеховым и Бальзаком, Константин Симонов определил жанр своей первой пьесы как комедийный. Хотя в основе человеческой комедии «История одной любви» – классический любовный треугольник, но по накалу переживаемых героями событий (здесь и потеря парой ребенка, и уход мужа на войну) – настрой пьесы далек от лирического и представляет собой погружение в психологию супружеских отношений. Выдвигая ключевой проблемой взаимоотношений супругов ложную гордость одной из сторон, автор наглядно показывает, как глупо могут разрушиться крепкие, проверенные годами отношения двух любящих людей.

В центре многонаселенной производственной пьесы «Доброе имя» разногласия коллег по поводу одного из «писем-сигналов», поступивших в редакцию. Толком не разобравшись в сути дела и не послав корреспондента в университет, из которого поступила жалоба на одного из преподавателей, газета поспешила опубликовать едкий фельетон, вследствие которого человек лишился должности. Получив многочисленные письма в поддержку преподавателя от его студентов, журналисты ведут себя по-разному: руководство и часть сотрудников считают, что опровержение фельетона испортит репутацию газеты и не реагируют, другие же – в первую очередь, беспокоятся за судьбу человека, которого они, возможно, оболгали.

В этой масштабной пьесе Мюллер создаёт насыщенную картину жизни немецких крестьян после второй мировой войны, которые оказываются в ГДР. Новая жизнь, новые законы и новая идеология вносят свои коррективы во всё. При том, что послевоенные годы стран, победивших во второй мировой войне ярко проиллюстрированы, а Италия достаточно быстро достигла расцвета легендарного неореализма, послевоенная сельская жизнь обеих Германий нам слабо известна. Именно здесь, в этих странных, но хорошо знакомых по советским временам нотках, событиях, отношениях и кроется привлекательность этой пьесы для отечественного зрителя. Когда особенно явным становится то, что человек везде человек, независимо от идеологии, страны и результатов войны.

Хайнер Мюллер обозначает жанр этой пьесы, как воспоминание об одной революции. В промежутке между Великой французской революцией и приходом Наполеона к абсолютной власти, на Ямайку с миссией прибывают трое – сын местных работорговцев Дебюиссон, бретонский крестьянин Галлудек и темнокожий Саспортас. Они приехали, чтобы вести подпольную агитационную деятельность и принести революционные идеи на рабовладельческий остров. К сожалению, через год после начала их деятельности, не принёсшей масштабных успехов, к власти приходит Наполеон и их деятельность должна быть свёрнута… Вся пьеса написана в особом авторском стиле, напоминающем лихорадочный сон, действительное воспоминание, смешивающееся с символическими и абсурдными образами.

Геракл в пьесе Хайнера Мюллера скорее комический образ. Прожорливый и тяжёлый на подъём, он выполнил уже 4 подвига. И вот к нему приходят два фиванца, чтобы просить его о пятом. Он должен отчистить авгиевы конюшни. Весь его подвиг, знакомый нам с детства по героическим описаниям, показан в пьесе, как трудная работа вполне реального человека. Которому не хочется этим заниматься, который всё время находится во внутренней борьбе, чтобы уговорить себя работать дальше. В какой-то момент он даже хочет выдать себя за другого, отречься от своего героизма. Он спорит со своим отцом. Зато сразу соглашается работать, когда в награду ему предлагают Гебу. Геракл в этой комедии гораздо больше человек, чем полубог, которого мы все знаем. Этим он одновременно и смешон нам, и близок.

Борис Херсонський – один з провідних російськомовних поетів України, лауреат численних міжнародних премій, в останні роки пише не тільки російською, але й українською мовою та перекладає українською свої російськомовні вірші. У збірку «Сталіна не було» ввійшли як нові твори, написані українською, так й автопереклади, зроблені у 2016–2017 р.

Экспериментальная пьеса Хайнера Мюллера является вольной вариацией сюжета знаменитого романа Михаила Шолохова «Тихий Дон». Написанная единым потоком, где реплики есть только у некоего героя и хора, перед нами в постоянно повторяющихся репликах разворачивается страшное и кровавое полотно революционных и постреволюционных лет. Человек, который проводил чистки в Витебске и делал всё ради дела революции, светлый образ которой он нёс в себе, оказывается осуждён той же властью, которой он истово служил. И вот уже он объявлен преступником, и вот уже он должен предстать перед ответом и готовиться к смерти.