Биографии и Мемуары - скачать книги или читать онлайн. Страница 461

Юлия Добровольская родилась в Нижнем Новгороде в 1917 году. Переводчик итальянской художественной литературы, преподаватель итальянского языка в Московском институте иностранных языков (1946–1950) и в Московском государственном институте международных отношений (1956–1965). Автор учебников, словарей. В Италии, где она живет с 1982 года, Юлия Добровольская преподавала русский язык, а также теорию и практику перевода в Университетах Милана, Венеции, Триеста. Дважды (1976, 1987) награждена престижной премией по культуре президиума Совета министров Италии. В настоящее время живет в Милане.

В книге представлена первая подробная биография выдающегося прозаика и поэта, тонкого мастера слова Валентина Петровича Катаева (1897–1986), лишенная идеологической предвзятости. Немногие знают, что писатель происходил из старинного священнического рода, среди его близких родственников были архиепископы-новомученики. Герой Соцтруда Катаев был в свое время белым офицером, учеником Бунина, сидел в расстрельном подвале Одесской губчека…

В этих искренних, забавных, остроумных и блестяще написанных мемуарах Брайан Крэнстон вспоминает свою непростую судьбу, где ему довелось сыграть множество «ролей»: разносчика газет, охранника, маляра, священника, подозреваемого в убийстве, любовника, мужа и, наконец, отца. И конечно же, актер расскажет, где он черпал вдохновение для создания образа легендарного Уолтера Уайта.

«Младшим из предшественников Петра был князь В. В. Голицын, и он уходил от действительности гораздо дальше старших. Еще молодой человек, он был уже видным лицом в правительственном кругу при царе Федоре и стал одним из самых влиятельных людей при царевне Софье, когда она, по смерти старшего брата, сделалась правительницей государства. Властолюбивая и образованная царевна не могла не заметить умного и образованного боярина, и князь Голицын личной дружбой связал свою политическую карьеру с этой царевной…»

Это рассказ о людях с необычной судьбой – первом советском консуле в Австралии Петре Симонове и резиденте советской разведки полковнике Владимире Петрове. В их жизни тесно переплелись бунтарство, шпионаж, дипломатия, большие надежды и не меньшие разочарования.

Ленин был великий велосипедист, философ, путешественник, шутник, спортсмен и криптограф. Кем он не был, так это приятным собеседником, но если Бог там, на небесах, захочет обсудить за шахматами политику и последние новости – с кем еще, кроме Ленина, ему разговаривать?

В книгу вошли тексты русских путешественников, описывающих столицу Австрии Вену – там побывали А. И. Тургенев («Венский дневник»), Ф. Ф. Торнау («От Вены до Карлсбада (Путевые впечатления)», «Воспоминания барона Ф. Ф. Торнау»), М. Хохловкин («Из венских воспоминаний 1913–1914 г».). В сборник включено также приложение, в которое вошла статья А. Зорина «“Венский журнал” Андрея Тургенева», и комментарии.

На примере полной ярчайшими событиями биографии группы «Воскресение» и других групп первого поколения Сергей Миров рассказывает о всех бедах и радостях, неизбежно сопровождавших историю советской рок-музыки. Сам будучи свидетелем и участником большинства из описанных событий, он смог передать эпоху и характеры без выпячивания «жареных фактов» и приукрашивания действительности.

Арсений и Андрей.

Уникальное издание, в котором в хронологическом порядке отражены наиболее интересные и значимые рекорды, события, факты из 95-летней истории самого популярного и титулованного клуба нашей страны.

Веселовский (1838—1906) – выдающийся ученый XIX столетия, вошел в историю науки как теоретик и историк мировой литературы. В истории науки трудно найти второе такое имя, чей авторитет был бы признан во всех отраслях филологического знания, будь то фольклор, медиевистика, литература эпохи Возрождения, русская художественная литература.

Фаина Георгиевна Раневская (1896–1984) сыграла десятки ролей на сцене и около тридцати – в кино. C юности дочь таганрогского фабриканта Фельдмана, избравшая вопреки воле родителей артистическую карьеру, мечтала об образе Раневской из чеховского «Вишнёвого сада», потому и взяла такой сценический псевдоним. Главных героинь в спектаклях и фильмах ей доводилось играть нечасто, роли были, как правило, второго плана, но исполнялись так блистательно, что оставляли в памяти зрителей неизгладимое впечатление. О «королеве эпизода» ещё при жизни слагались легенды; остроумные и подчас хлёсткие высказывания Раневской превращались в крылатые выражения, а после смерти актрисы по сей день ей приписывают всё новые и новые изречения.