Современная русская литература - скачать книги или читать онлайн. Страница 1043

«Мне было пятнадцать. Зимней крещенской ночью я увидела лето. Вторая половина жаркого дня. Дорожка и дощатые заборы – все утопало в вишнях; блестящие багровые капли на темном, запыленном изумруде. Калитка в синих воротах открылась, и он вышел оттуда – тоненький темноволосый мальчик в красной рубахе с бархатными глазами цвета перезрелых вишен…»

«С самого детства я любила поразмыслить над тем, почему время не линейно, почему бывает такое, что одна секунда словно растягивается, замирает в сознании и остается в памяти отчетливее и ярче, чем несколько, казалось бы, таких насыщенных лет? Почему мы забываем лица, имена, иногда – целые жизненные отрезки, но случайно донесшийся до нас запах или мелодия способны извлечь из нашего подсознания целый вихрь воспоминаний – событий, диалогов, чувств, картин и красок…»

«Я влюбился сразу и навсегда. Она была на год старше, училась в десятом классе, и за то, чтобы носить ее портфель, сражались самые крутые пацаны нашей школы…»

«Если честно, то первая моя любовь была к безделью. Потому что когда к родителям в очередной раз пришли гости и задали типичный для того времени отмазывательный вопрос, чтобы показать степень внимания к чужому ребенку, то я после длительной театральной паузы решительно ответила: «Я решила, что лучше не работать». Хотя до этого в моих мысленных приоритетах появлялось мороженое и космические корабли, балетные пачки и хирургический скальпель. Впрочем, разносторонность интересов сопутствовала мне и дальше…»

«Большой город встретил пылью и изнуряющей жарой, но мне, семнадцатилетней и необстрелянной, хотелось думать, что это радушные объятия. А еще хотелось пить, к маме и снять наконец босоножки на высоком каблуке. Каблуки были вызовом. Покорять большой город нужно непременно на высоких каблуках. Ну, мне тогда так казалось. До тех пор, пока на помощь здравому смыслу не пришла боль в стертых до крови ногах. Но, увы, было уже поздно…»

«Обнаженная медицина» – это злободневная и невероятно смешная книга отечественного врача-дерматовенеролога. Он откровенно и без прикрас описывает, как учатся будущие врачи, рассказывает, чем занимаются санитары по ночам и что можно получить, если пытаться лечиться по знакомству. На приеме у венеролога бывают самые разные пациенты. Кто-то действительно болен, и тогда требуется «расколоть» неудачливого любовника. Но иногда за серьезную болезнь принимают совсем не то, что кажется очевидным. И вот здесь есть место юмору. Жесткие и смешные истории об удачливых и не очень пациентах заставят вас не только от души посмеяться, но и серьезно задуматься о своем здоровье.

«Ах, кого в двадцать четыре года прельстит перспектива израсходовать второй выходной, выкапывая картошку в обществе вечно хмурого прораба! За год семейной жизни успел я вдосталь насмотреться на родителей тогдашней моей супруги, поэтому просто обязан был куда-нибудь улизнуть, чтобы провести хотя бы полдня за городом, где так редко оказывался, в одиночестве, не раздражаясь трескотней тещи-бухгалтерши, этого неугомонного колобка…»

«Не могу удержаться, чтобы не рассказать о дежурствах, потому что все годы признавалась лучшим дежурным командиром. Похоже, это определило мой жизненный путь, потому что я работаю ответственным хирургом; помимо врачебной помощи, на мне еще все административные вопросы, возникающие в нерабочее время. То есть, по сути, я так и осталась дежурным командиром…»

Жизнь наша полна тревог, взлётов и падений. Но мы верим! Мы верим в судьбу, в счастливый случай, в удачу. Мы верим, что в один прекрасный день счастье обязательно придёт к нам. Иногда мы ждём так долго, что уже забываем, чего мы ждём, во что верим. А порой, когда настаёт этот долгожданный день, мы не понимаем, что вот оно – счастье, не узнаём его. И только счастье, которое мы создали сами, всегда узнаваемо, органично и останется с нами до конца времён.

«Последние годы я общался с Лерой только по телефону. Поздравлял ее с днем рождения, который приходится на День Парижской коммуны. Поскольку теперь эта дата, этот исторический изыск советской пропаганды никак не отмечается, я стал путаться: то ли это 14, то ли 17 марта. Каждый раз уточнял у нее, но снова забывал. А в этом году мне никто не ответил, когда я набрал ее номер…»

«Я никогда не могла похвастаться быстрым бегом, и даже в минуты опасности время за стометровку оставляло желать лучшего. Вроде и ноги не заплетались, и сердце стучало без перебоев, и тяга к победе переполняла душу, но результат с упорным постоянством не радовал. И когда учитель физкультуры в левую руку брал секундомер, а правую поднимал, чтобы отдать старт, я тяжело вздыхала, предчувствуя непременное поражение…»

«Это произошло накануне моего пятнадцатилетия. Волшебный возраст! Голова полна романтическим бредом, а на полках – стопки книг, способных повергнуть мозг в волшебный хаос. Я запомнила этот день навсегда. Точнее ночь, когда мне впервые приснился этот сон…»