Вся семья переживает за Нефеда, с нетерпением ждет его возвращения. «Весь дом гудел, ужасала одна мысль, что теперь там, в поле, в бездне снежного урагана и мрака».

Иногда один-единственный поступок способен раскрыть истинные качества человека. Нефед – удивительная личность. Он способен забыть об опасности, которая грозит ему самому, ради того чтобы помочь ближнему. К нему никто не обращается с просьбой, он по доброй воле рискует своей жизнью. Возможно, люди, живущие с ним рядом, даже не подозревали о душевном богатстве, которым обладал этот простой мужик. Он груб и необразован, но его до глубины души ранит чужая боль.

Очень жаль, что подобных людей можно встретить очень редко. Такие люди совершенно не думают о себе, и порой их очень трудно понять. Нефед своей смертью спас мужиков, которые заблудились. «Мужики ехали из города, сами всю ночь плутали, а на рассвете свалились в какие-то луга, потонули вместе с лошадью в страшный снег и совсем было отчаялись, решили пропадать, как вдруг увидали торчащие из снега чьи-то ноги в валенках.

Кинулись разгребать снег, подняли тело – оказывается, знакомый человек... Тем только и спаслись – поняли, что, значит, эти луга хуторские, протасовские, и что на горе, в двух шагах, жилье». А за пазухой у погибшего Нефеда нашли и новые детские лапоточки, и пузырек с фуксином.

Смерть Нефеда не была бессмысленной. Он оставил о себе память. И все окружающие наверняка запомнят поступок мужика, который решил во что бы то ни стало исполнить просьбу больного мальчика.

В рассказе автор ни словом не обмолвился о том, выздоровел ли ребенок. Остается надеяться, что малышу стало лучше, когда он получил красные лапти, о которых так долго просил мать. Этот рассказ вызывает у читателя грусть и одновременно восхищение мужественным, благородным и добрым человеком.

Особенности бунинской прозы (по рассказам «Господин из Сан-Франциско» и «Солнечный удар»)

И. А. Бунин достиг высокого мастерства в области «малой» формы прозы – рассказа, оставив для потомков блестящие образцы этого жанра. Примером тому могут служить рассказы «Господин из Сан-Франциско» и «Солнечный удар». На первый взгляд, два этих рассказа ничто не связывает между собой, кроме, конечно, имени автора. У них разные сюжет, тематика, стиль. Но, с другой стороны, есть что-то, что соединяет вообще все бунинские рассказы тонкой, но прочной нитью. Это, безусловно, любовь к человеку и горечь от его несовершенства, от низости некоторых не лучших представителей общества, от их малодушия.

Подобная авторская горечь прослеживается в рассказе «Господин из Сан-Франциско». Богатый, излучающий самоуверенность человек намеревался отдохнуть с семьей. Он отправился в Старый Свет, желая посмотреть на вулкан Везувий и красоты Италии, побывать на Кипре. Путешествие было роскошным: его заполняли балы, музыка, комфорт и первоклассное обслуживание. Господину оказывали массу внимания – он располагал немалыми деньгами. Но случилось непредвиденное: в поездке наш герой скончался. Казалось бы, печальный момент, неприятная ситуация. Однако никто даже не заметил отсутствия господина, никто и не подумал прекращать веселья.

В своем рассказе автор обличает бездушие мира богачей, роскоши и бизнеса, их черствость. Администрация корабля больше обеспокоена испорченным вечером, чем смертью отдельного человека. Репутация благополучия рейсов для заправителей индустрии отдыха гораздо дороже, чем страдания близких умершего.

Бунин подчеркивает безразличие, бездушие, холодность, безучастие к горю семьи господина из Сан-Франциско и самих отдыхающих, которые благополучно вздохнули, узнав, что умершего оставили в Неаполе. Автор показывает несовершенство человеческого общества, в котором богатство, доходы заставляют забывать о добродетели и сострадании.

В «Господине из Сан-Франциско» указан единственно возможный конец жизни этого человека, ведь он сам был холодным, расчетливым, заботился только о материальном благополучии. Его душа очерствела и не могла больше существовать. Возможно, тем, что автор не дал герою имени, а определил его просто «господином из Сан-Франциско», он желал подчеркнуть его бесполезность для общества, для мира, в конце концов, для самого себя.

Иная ситуация складывается в рассказе «Солнечный удар». В этом рассказе мы ничего не знаем о героях. Ни имени, ни возраста. Только то, что он поручик, что у него «обычное офицерское лицо, серое от загара, с белесыми, выгоревшими от солнца усами и голубоватой белизной глаз». А она отдыхала в Анапе и теперь едет к мужу и трехлетней дочке, у нее прелестный смех и одета она в холстинковое платье. Как и в «Господине из Сан-Франциско», у героев нет имен. Но в этом рассказе герои – далеко не бесчувственные «сухари», напротив, они способны на сильные душевные порывы. Они с головой окунаются в пучину молниеносно нахлынувших чувств, но, увы, у каждого из них – своя жизнь, помимо этой случайности, у них налаженный быт и материальное благополучие. Решиться променять все это на туманную возможность быть счастливыми в любви – это не для них. Сделать рискованный шаг буквально в никуда может не каждый, по-видимому, только единицы из тысячи. Не случайно и рассказ называется «Солнечный удар»: герои как бы ослеплены друг другом, взрывом чувств, поглощены любовью и готовы на все.

«Солнечный удар» – это одновременно и безмерное счастье, но все же это удар, потеря рассудка. Однако последствия от удара недолгие. Наутро все становится как прежде, героиня уезжает, о ней далее не повествуется.

Но вот в душе ее попутчика остается чувство безысходности. Он и сам не может понять, что его гнетет. Просто ему недостаточно моментального счастья, он создан для любви. Быть счастливым всю жизнь не позволяет себе сам человек. В этом и трагедия, в этом и суть бунинских произведений. Писателю больно за своих собратьев, которые по каким-либо – глупым, по мнению Бунина, – причинам сами калечат свою судьбу.

«Угасающий дух» помещичье-патриархальной России в ранних рассказах И. А. Бунина («Антоновские яблоки» и «Танька»)

Особенность творчества И. Бунина заключается в том, что он глубинно исследует душу русского человека и своеобразие национального характера, в изображении черт психики славянина.

Рассказ «Антоновские яблоки» – это своеобразная зарисовка осени, времени года, всегда вызывающего в романтических душах элегическую грусть, размышления о жизни, постепенно меняющейся, но такой удивительно прекрасной и гармоничной.

В рассказе Бунина сюжета как такового нет. Нет основной линии событий, писатель просто излагает свои наблюдения, мысли. Рассказ разворачивается как череда воспоминаний, как ретроспектива, повествование ведется от первого лица, лица автора. Ему грустно, что дворянские гнезда вымирают, приходят в запустение. Помещичье-патриархальная Россия уже прошла долгий путь, в котором был расцвет, а теперь наступило медленное, но неизбежное увядание, закат.

В том, как писатель говорит об этом увядании, чувствуется неприкрытая боль. Бунин скорбит о том, что уходит в прошлое целая историческая эпоха, связанная с благополучием, с изобилием, роскошью. Сами антоновские яблоки писателем воспринимаются как олицетворение этой патриархально-дворянской Руси. В садах, домах всегда пахло яблоками. Этот запах для русского человека неразрывно связан с родиной, с тем миром, в котором он вырос, сформировался как личность. Но теперь этот мир изменяется. И постепенно запах антоновских яблок уходит из помещичьих усадеб. Ностальгия по прошлому, по целой странице истории, с которой связано так много, – все эти мысли проходят лейтмотивом через рассказ.

На смену угасающему дворянству приходит «царство мелкопоместных, обедневших до нищенства». На глазах меняется жизнь, вырождается дворянство, исчезает все лучшее, что было связано с ним как с общественной формацией. Но Бунин все-таки не теряет надежды, что, несмотря на утрату благополучия, все равно сохранится то главное, что было свойственно российскому помещичье-патриархальному дворянству: «Но хороша и эта нищенская мелкопоместная жизнь!» Общая интонация рассказа элегическая. Начало рассказа полно бодрости, радости: «Как холодно, росисто и как хорошо жить на свете!». Постепенно интонация становится ностальгической: «… понемногу в сердце начинает закрадываться странная и сладкая тоска…». И, наконец, в описании поздней осени и предзимья – грусть. Песня « каком-нибудь глухом хуторе звучит с грустной и безнадежной удалью».