Но сегодня мне хочется остановиться на сказочном цикле писателя, начатом в 1869г. Сказки явились своеобразным итогом, синтезом идейно-творческих исканий сатирика.

В ту пору из-за существования строгой цензуры автор не мог до конца обнажить пороки общества, показать всю несостоятельность российского управленческого аппарата. И все же с помощью сказок «для детей изрядного возраста» Щедрин смог донести до людей резкую критику существующего порядка.

Для написания сказок автор использовал гротеск, гиперболу и антитезу. Также для автора был немаловажен эзопов язык. Стараясь скрыть от цензуры истинный смысл написанного, приходилось пользоваться и этим приемом.

В 1883 г. появился знаменитый «Премудрый пескарь», ставший за минувшие сто с лишним лет хрестоматийной сказкой Щедрина.

Сюжет этой сказки известен каждому: жил-был пескарь, который поначалу ничем не отличался от себе подобных. Но, трус по характеру, решил он всю жизнь прожить, не высовываясь, в своей норе, вздрагивая от каждого шороха, от каждой тени, мелькнувшей рядом с его норой. Так и жизнь прошла мимо – ни семьи, ни детей.

Так и исчез – то ли сам, то ли щука какая заглотнула. Только перед смертью задумывается пескарь о прожитой жизни: « Кому он помог? Кого пожалел, что он вообще сделал в жизни хорошего? – Жил – дрожал и умирал – дрожал». Только перед смертью осознает обыватель, что никому-то он не нужен, никто его не знает и о нем не вспомнит.

Но это – сюжет, внешняя сторона сказки, то, что на поверхности. А подтекст карикатурного изображения Щедриным в этой сказке нравов современной мещанской России хорошо объяснил художник А. Каневский, делавший иллюстрации к сказке «Премудрый пескарь»: «….всякому понятно, что Щедрин говорит не о рыбе. Пескарь – трусливый обыватель, дрожащий за собственную шкуру. Он человек, но и пескарь, в эту форму облек его писатель, и я, художник, должен ее сохранить.

Задача моя – сочетать образ запуганного обывателя и пескаря, совместить рыбьи и человеческие свойства. Очень трудно «осмыслить» рыбу, дать ей позу, движение, жест. Как отобразить на рыбьем «лице» навеки застывший страх? Фигурка пескаря-чиновника доставила мне немало хлопот….».

Страшную обывательскую отчужденность, замкнутость в себе показывает писатель в «Премудром пескаре». М. Е. Салтыкову-Щедрину горько и больно за русского человека. Читать Салтыкова-Щедрина довольно непросто. Поэтому, может быть, многие так и не поняли смысла его сказок. Но большинство «детей изрядного возраста» оценили творчество великого сатирика по заслугам.

В заключении хочется добавить, что высказанные писателем в сказках мысли современны и сегодня. Сатира Щедрина проверена временем и особенно остро она звучит в период социальных неурядиц, подобных тем, которые переживает сегодня Россия.

«История одного города» как книга о современности

«История одного города», по собственному выражению Салтыкова-Щедрина, – книга о современности. Писатель считал, что это книга о его собственной современности; он писал «на злобу дня» и не стремился к славе «в веках». И тем не менее его книга и в наши дни представляется актуальной.

Писатель выбрал прием литературной пародии, чтобы яснее выразить свою мысль. Особенно это заметно в его «Обращении к читателю», которое написано от лица последнего архивариуса-летописца, а также в «Описи градоначальников».

Объектом пародирования здесь являются тексты древнерусской литературы, и, в частности «Повесть временных лет». Древнерусские летописи дали богатый материал для переосмысления. Все в книге Щедрина как будто бы выдуманное, но, читая знакомые фразы, характерные для русских летописей, понимаем, как все это соотносится с нами. Пародия – особый литературный жанр, и Щедрин выказывает себя в нем истинным художником. То, что он делает, он делает тонко, умно, изящно и смешно.

«Не хочу я, подобно Костомарову, серым волком рыскать по земли, ни, подобно Соловьеву, шизым орлом ширять под облакы, ни, подобно Пыпину, растекаться мыслью по древу, но хочу ущекотать прелюбезных мне глуповцев, показав миру их славные дела и преподобный тот корень, от которого знаменитое сие древо произошло и ветвями своими всю землю покрыло». Так начинается глуповская летопись. Величественный текст «Слова о полку Игореве» писатель переиначивает таким образом, что он вызывает смех. Салтыков-Щедрин, используя современные ему имена историков Костомарова и Соловьева, литературоведа Пыпина, добивается удивительного эффекта. Пародируемый текст придает всей глуповской летописи некое достоверное псевдоисторическое звучание, почти фельетонную трактовку истории. Особенно смешно звучит слово «ущекотать». В древнерусском языке оно означало «восславить», но в современном воспринимается как нечто, связанное со смехом, щекоткой.

«Повесть временных лет» также дала материал для щедринской пародии. В высшей степени забавны головотяпы, которые «обо все головами тяпают», а также галерея гущеедов, долбежников, рукосуев, куралесов. Это намек на полян, «живущих сами по себе», радимичей, дулебов, древлян, «живущих по-скотски», звериным обычаем, и кривичей из «Повести…».

Историческая серьезность и драматизм решения о призыве князей: «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами» – становятся у Щедрина исторической несерьезностью, ибо мир глуповцев – это мир перевернутый, зазеркальный. И история их зазеркальная, и законы ее зазеркальные действуют по методу «от противного».

Князья не идут владеть глуповцами. А тот, кто наконец соглашается, ставит над ними своего же глуповского «вора-новатора».

История города Глупова – смешанная, гротескная и пародийная оппозиция действительной жизни, опосредованно, через летописи, высмеивающая саму историю. Но тем не менее историческая последовательность угадывается в ней хорошо, здесь чувство меры не изменяет автору. Ведь пародия как литературный прием позволяет, исказив и перевернув реальность, увидеть ее смешные и юмористические стороны. Но никогда Щедрин не забывает, что предметом его пародий является серьезное.

Пародия обладает одним свойством: она приближает пародируемый предмет к современности, и поэтому «История одного города» может быть воспринята даже как пародия на современное государство. Образованный фельетонист не преминет назвать бюрократа «Органчиком», а о некоторых высокопоставленных лицах так и хочется сказать, что они «въехали в город на белом коне и упразднили науки».

Книга Салтыкова-Щедрина показывает очень явственно, что, в конечном счете, со времен создания этой великолепной пародии мало что изменилось. В России до сих пор положение в стране напрямую зависит от личности правителя. Какая придет ему фантазия – так и будет выглядеть государство. Хорошо еще, если на троне окажется какой-нибудь Грустилов – по крайней мере места общественного отдыха украсятся лишними беседками. И беда, если придет новый Угрюм-Бурчеев. Тогда уже и Щедрина, фельетониста полуторавековой давности, читать придется с опаской.

Над кем смеется Салтыков-Щедрин? (по сказкам «Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил», «Дикий помещик»)

В своих сказках М. Е. Салтыков-Щедрин выступал против социальной несправедливости и общественного зла в любых его проявлениях. «Я вырос на лоне крепостного права», – вспоминал писатель впоследствии. Выросший в Тверской губернии, среди болот и лесов, мальчик рано соприкоснулся с жестоким миром крепостной действительности.

Основная проблема, затрагиваемая автором в произведениях (особенно в сказках), – взаимоотношения эксплуататоров и эксплуатируемых, помещиков и крестьян, эта тема особенно четко прослеживается в сказках «Повесть о том, как мужик двух генералов прокормил» и «Дикий помещик».

М. Е. Салтыков-Щедрин считает, что первоосновой и источником жизни является простой русский мужик, что создатель всего того, что нас окружает, – народ. Нет народа – государство погибнет. Он поэтизирует ловкость и находчивость мужика, его трудолюбивые руки и чуткость к кормилице-земле. Помещики и генералы на таком фоне выглядят жалкими, никчемными людьми, совершенно не приспособленными к жизни, умеющими лишь отдавать приказы. «Служили генералы всю жизнь в какой-то регистратуре, там родились, воспитались и состарились, следовательно, ничего не понимали». Эти люди (если их можно так назвать) не вызывают у меня ничего, кроме чувства презрения.