Аманда кивнула.

Как только Карбо вышел из комнаты, Джефф припал к Аманде. Не в силах больше сдерживаться он зарыдал.

– Ничего, – тихо успокаивала его Аманда. – Ничего. Все обойдется.

Когда Джефф очнулся, он не сразу сообразил, где находится. Это не его комната и не Центр контактов. Вокруг было темно, только с потолка пробивался слабый свет. Слегка повернув голову, Джефф обнаружил, что лежит в кровати. И что кровать со всех сторон чем-то занавешена.

«Это лазарет».

Где-то близко гудели, напряженно шипели голоса – шел неприятный разговор полушепотом.

«Аманда, должно быть, дала мне снотворного, – догадался Джефф. – И они поместили меня сюда, чтобы врачи следили за мной».

– Ничего с ним не случится, – проскрежетал чей-то голос, похоже доктора Карбо. – Он просто измотан и эмоционально истощен. Уж очень он привязался к этому животному.

– Вы не имели права допустить ото, – прозвучал голос отца. – Я ведь каждый божий день спрашивал вас, не слишком ли тесно он связан со зверем, и вы всегда уверяли меня, что нет никакой опасности. И вот – пожалуйста!

– Но все его показатели были отличные.

– Показатели! Вы бы еще взяли температуру моей бабушки! Какие к черту показатели, если мой сын без сознания?

– Он не без сознания. Мы просто поместили его сюда для врачебного наблюдения.

– Напрасно вы спорите, – вмешался еще один голос. – Главная проблема: что нам делать там, на планете? Как мы будем кормить обезьян, чтобы они продолжали работать и при этом не дохли?

Джефф узнал голос Анны Полчек.

– Защитить их от кислорода, пока работают преобразователи, мы не можем, – прошептал доктор Холмен.

– Значит, нужно отключать технику, когда обезьяны трудятся возле машин.

– Да. Я тоже так считаю. И нужно найти им пристанище достаточно далеко от машин и в таком месте, где бы ветер не дул на них со стороны машин, когда они в рабочем режиме… – Джефф почти явственно увидел, как его отец безнадежно качает головой. – Правда, на это уйдет вдвое больше времени.

– Другого не дано, – возразила Анна Полчек, – если вы хотите, чтобы ваши работники остались в живых. Берни, как твои ребята – достаточно хорошо управляют обезьянами?

Джефф представил себе, как доктор Карбо пожал плечами.

– Пожалуй, да. Хотя большинству все же не удается достаточно жесткий контроль. Обезьяны дьявольски сопротивляются. Они же до смерти напуганы, и ребятам приходится нелегко. Но те изменения, которые вы предлагаете, должны облегчить их задачу.

– Это хорошо.

– Но есть проблема посложнее, – сказал доктор Холмен. – Проблема питания. С тех пор как ушли антилопы…

– Можно синтезировать пищу для них, – сказала Анна Полчек.

– Станут ли они есть ее? – засомневался Берни Карбо.

– Не станут есть – умрут с голоду, – ответил отец Джеффа.

– Или уйдут.

– Пока они под контролем, не уйдут.

– В таком случае придется держать их под контролем все двадцать четыре часа в сутки.

– Достаточно ли у нас для этого ребятишек?

– Придется подключить еще несколько человек. По обычно поначалу они неважно справляются со своей задачей.

– И все-таки придется подключить, – потребовал доктор Холмен.

– А почему бы не передвинуть лагерь на юг, туда, где погодные условия лучше?

– И перечеркнуть год работы в этом районе? Кроме того, здесь идеальные метеорологические условия. Когда преобразователи начнут работать в полную силу, именно отсюда кислород, который они будут вырабатывать, наилучшим образом распространится по всему северному полушарию планеты. Нет уж, это место было выбрано самым тщательным образом. Лучше не придумаешь.

– Но не для животных.

– К черту животных! Все равно они рано или поздно вымрут!

Джефф так стиснул зубы, что у него свело скулы.

И тут Джефф принял решение.

Голоса смолкли. Джефф слышал, как все трое вышли. Джефф оставался в постели, пока у него хватило терпения, затем сел.

В комнате было темно. Значит, еще ночь. Он тихо, со всей осторожностью, вылез из кровати и раздвинул занавески. Как он и думал, за занавеской оказалась еще одна комната с тремя кроватями. В ней никого не было. Джефф проскользнул в туалет и нашел там свой аккуратно сложенный комбинезон и туфли. Он быстренько переоделся, бросив больничную одежду на пол.

Он подошел к двери и немного приоткрыл ее. В коридоре было пусто. Часы… Джефф нащупал в кармане комбинезона часы и надел их на руку. Они показывали четыре часа утра. Ничего удивительного, что в коридоре лазарета никого не было. Все спали. Но скоро там, на Песне Ветров, где находился Краун, наступит рассвет. Джеффу необходимо быть там при восходе солнца.

В конце коридора он увидел установку для обследований. К счастью, его кровать не была подсоединена к ней – его же положили сюда только для того, чтобы он пришел в себя. А не то поднялась бы тревога, едва он встал с постели. Одна-единственная дежурная медицинская сестра дремала возле установки. Перед ней на панели слабо светились два небольших экрана. Значит, на обследовании находились два пациента.

Джефф ухмыльнулся, радуясь пришедшей в голову мысли.

Он потихоньку выскользнул из своей комнаты и, прижимаясь к стене тускло освещенного коридора, юркнул в следующую палату. Там лежали обследуемые пациенты. Над их кроватями висела довольно большая полка с приборами, на которой горели зеленые и желтые лампочки. Джефф на цыпочках подкрался к ближайшей кровати и нажал кнопку вызова.

Потом бросился к двери и спрятался за нею.

И вовремя.

Сестра распахнула дверь, вбежала в комнату и устремилась к кровати, возле которой в темноте краснела лампочка вызова. Джефф, согнувшись в три погибели, обежал дверь и помчался к выходу. Он услышал, как хмыкнула удивленная сестра.

Оказавшись на зеленой аллее, он поспешил к лаборатории контактов. Он влетел в кабинет, зажег свет и сел за ближайший стол. Откинув волосы со лба, нажал ключ и скомандовал компьютеру:

– Аманду Корли, пожалуйста.

На экране не появилось изображения, но Джефф услышал сонный голос Аманды:

– Ч-ч-что… что там еще?

– Аманда, это я, Джефф. Я в лаборатории. Ты мне нужна, здесь, сейчас.

– Джефф? – Кажется, она поперхнулась. – Ты в… Что ты делаешь в лаборатории? Каким образом ты вышел из лазарета?

– Неважно. Мне необходимо быть с Крауном, когда он проснется на рассвете. Это необходимо! Ты согласна помочь мне?

– Ты не имеешь права…

– Если ты откажешься, Аманда, я все сделаю сам. Мне необходимо быть с ним, когда он проснется. Это вопрос жизни или смерти!

– Джефф, ты сошел с ума!

– Так ты мне поможешь? Да или нет?

Она колебалась какой-то миг.

– Ладно. Помогу. Только ничего не трогай, пока я не приду.

– Хорошо. Но никому об этом не говори.

– Ну и достанется же нам за это, – сказала Аманда.

10

Когда Краун проснулся, боль все еще пульсировала в ноге. Но дальше она не распространилась. Он видел, он дышал. И сердце продолжало биться.

Он приподнял свою огромную голову с земли. Всю ночь напролет шел снег, и ему пришлось, преодолевая боль, с трудом встать, чтобы стряхнуть с себя зудящие, обжигающие тело хлопья. Укушенная змеей нога не сгибалась, ее, видимо, парализовало.

Но он жив!

И как всегда голоден. Он посмотрел на убитую змею, наполовину засыпанную снегом. Сбросив со змеи серый снежный покров, Краун понюхал ее. Джефф в нем проявлял осторожность – волкот помнил о змеином яде. Сам же Краун руководствовался только сигналами, которые в изобилии поступали от его голодного желудка.

Они пришли к компромиссному решению. Краун зажал передней лапой голову змеи, где находились железы, вырабатывающие яд, впился зубами в ее длинное, скрученное кольцами тело. В нем оказалось больше костей, чем мяса, зато его было много – змея была длиной по меньшей мере метров в пять. А может, и того длиннее.

Почувствовав себя лучше, но еще страдая от укуса, Краун побрел к лагерю.