Интерпретации тем и сюжетов, представленных на фреске в Нехене, тесно связаны с явно иностранным артефактом, обнаруженным в Египте, – ножом из Гебель-эль-Арака (ок. 3500–3200 гг. до н. э.), а также с месопотамской сценой, известной как «Повелитель животных». Эти элементы указывают на культурные и религиозные взаимодействия между Египтом и другими регионами древнего мира. Ритуальное сооружение в Нехене было возведено на месте доисторического кладбища, что свидетельствует о его значимости в контексте погребальных ритуалов. Археологические раскопки, проводившиеся на этом месте, а также деятельность поздних расхитителей гробниц привели к значительному ослаблению стен и почти полному разрушению сооружения. В течение двух лет, в 2005 и 2006 годах, команда под руководством Фридмана предприняла меры по стабилизации существующего сооружения, укрепив его с помощью новых глиняных кирпичей. В ходе раскопок в Иераконполе в 1998 году были обнаружены археологические свидетельства существования ритуальных масок, аналогичных тем, что использовались южнее Египта, а также значительное количество обсидиана, связанного с месторождениями в Эфиопии. По-видимому, данные маски использовались во время мистерий в сакральном святилище Гора.

Аладжа-Хююк – курган, под которым найдено одно из древнейших поселений каменного века, датируемое периодом с 6-го по 3-е тыс. до н. э. Это археологический памятник, расположенный на территории современной Турции, в излучине реки Кызылырмак, примерно в 20 км к востоку от города Анкара. Под огромным курганом, размеры которого составляют 310 на 275 м, а высота достигает около 14 м, скрываются остатки святилища и города хаттов, автохтонного населения Малой Азии эпохи бронзы. Здесь находилось культовое место страны Хати, это название впервые зафиксировано на клинописных табличках из Месопотамии периода Аккадской династии (около 2350–2150 гг. до н. э.).

Многие исследователи связывают найденный под курганом Аладжа-Хююк с легендарным сакральным городом Аринной, который, согласно древним текстам, был священным центром культа богини Солнца у хаттского и хеттского народов. Место представляет собой многослойный археологический комплекс, который функционировал на протяжении нескольких тысячелетий начиная с бронзового века и до послехеттского периода, охватывая временной промежуток с 4-го по 2-е тыс. до н. э. Расположенный к северо-востоку от руин Хаттусы, столицы Хеттского государства, этот памятник является классическим примером «вечного города», где на месте более древних поселений возникали новые, повторяя этот процесс на протяжении длительного времени. Отметим еще раз, город Аринна был сакральным центром страны Хати, а не ее столицей. Это было место для религиозных обрядов, мистерий, поклонений, сюда приезжали правители, чтобы молиться за свой народ, просить у великой богини Солнечного города Аринны милости для себя и своей страны. Тут же был обнаружен могильник, относящийся к эпохе хаттов. Историки предполагают, что в этом могильнике захоронены 13 человек, которые, вероятно, являлись правителями или членами их ближайшего окружения. Об этом свидетельствуют найденные в захоронениях золотые украшения и предметы роскоши. Титулование хаттских правителей зафиксировано в источниках как «рубаум».

Циклопические стены Аладжа-Хююк

При строительстве храмового комплекса в этом сакральном месте использовались мегалитические блоки, скрепленные между собой бронзовыми стержнями, что свидетельствует о высоком уровне строительных технологий того времени. В хаттский период в городе Аринна поклонялись богине Солнца Вурунсему (или Вурусему). Она была супругой бога грозы Тару, матерью богинь Мецуллы и Хулла, а также матерью бога грозы города Нерик. Вурунсему была бабушкой богини Цинтухи. Ее родословная была тщательно разработана, что свидетельствует о древности ее культа и его непрерывном почитании. Богиня покровительствовала праздникам в честь правителей (рубаум) и была связана с сакральным источником в священном городе. Этот источник ассоциировался с культом Солнца и возрождения. Вурунсему упоминается в ритуалах, посвященных богу грозы. С ней связан мотив исчезающего и возвращающегося Солнца, который глубоко укоренен в мифологических традициях. Этот мотив отражен в мифе об Океане, удерживающем Солнце, а также в других циклах хеттских мифов, тесно связанных с хаттской традицией. Название города Arinna обычно трактуется как лувийское со значением «источник». Слово считается индоевропейским по происхождению и сравнивается с древнеиндийским riṇáti, готским rinno «поток» и русским «ринуться». Если это так, то оно относится к корню Arn и входит в ареал «древнеевропейской» гидронимии. Согласно другой точке зрения, топоним хурритского, доиндоевропейского происхождения и сравнивается с удинским ор-эин – «источник».

Аринна как политический и религиозный центр была полностью обеспечена государством. В городе, вероятно, находились многочисленные палладии – архаичные статуи, созерцание которых составляло важную часть религиозной практики. Жрецы, составлявшие закрытое общество, играли ключевую роль в поддержании этих ритуалов. Помимо Аринны, существовали другие религиозные центры, но они имели меньшее значение. Священный город Аринна оставил после себя значительные археологические свидетельства. Среди них – городские стены циклопической кладки с рельефными изображениями и ворота со скульптурами сфинксов. На внутренней стороне северного блока ворот обнаружен барельеф с изображением женского божества, поддерживаемого двуглавым орлом, который держит в когтях зайцев. Это перекликается с пеласгической богиней Герой, связанной с Солнцем и сакральным источником. В минойский период ее также связывали с телкой, оленем и зайцем – символами возрождения или перерождения, орел в Элладе ассоциировался с Зевсом. В Элладе богиня Гера была связана с понятием времени, которое имело начало и конец, она считалась матерью Ареса и Гефеста, зачатых вегетативным путем, символизировавших Солнце: небесное и подземное.

В Аринне были обнаружены женские статуэтки из серебра. В Хате существовало три типа серебра: звонкое, жидкое и электр – сплав золота и серебра. Серебро ассоциировалось с верой в Солнце и город Аринна, а также с источником чистой родниковой воды, отражающей солнечные блики. Этот металл изначально был связан с религией Солнца и богом Истинуса, символизируя чистоту помыслов и истинное отражение деяний человека в хеттский период. Благодаря военным экспансиям хеттов город наполнили золотые подношения с покоренных земель. Ритуалы хаттских божеств, таких как Ёникей, возрождающая природу, также основывались на использовании серебра из-за его антисептических свойств, известных хатам. У кельтов и исландцев божество-целитель Килиберн также был связан с серебром. В древности серебро прочно ассоциировалось с Солнцем, чьим религиозным центром была Аринна. Символом богини был благородный олень. В римскую эпоху серебро стало символом ночи, луны, колдовства и ведовства, что отражает трансформацию его мифологического и культурного значения в контексте различных эпох и культур.

Хетты, занявшие страну Хату, унаследовали культ богини Солнца города Аринна. Ее имя теперь отражало ее культовую связь с городом, Ариннити – богиня солнца в хеттской мифологии, жена Тешуба, хурритского бога, быка. В некоторых источниках она называется главным богом вместо своего мужа, что подчеркивает ее изначальную матриархальность. Ее часто изображают как первоначальную, хтоническую богиню или богиню земли. Она во многом сходна с хурритской богиней Хебат – коровой.

В конце XIV в. до н. э. Ариннити особо почитал правитель Мурсили II. Хеттское титулование правителя было тесно связано с богиней Солнца города Аринны: титул «табарна», присуждаемый только здравствующему монарху, в поздний период заменялся титулом «мое солнце». Солнечная богиня Аринны была одной из трех важнейших солярных божеств в хеттском пантеоне наряду с UTU nepisas, «солнце неба», и UTU taknas, «солнце земли». В летописи Хаттусили I, хеттского табарна, помимо перечисления даров для храма в Аринне, говорится о Солнечной богине Аринны: «И меня богиня Солнца Аринны как дитя свое на колени свои клала, и за руку она меня держала. И передо мною в бой богиня Солнца Аринны устремлялась, мне споспешествуя».