АНЯ И АЛЬДОНА

Антон и антоновка - i_010.jpg
ПУТЁВКА

Аня никогда не видела моря. Она все свои семь лет прожила в Москве. Вдруг пришёл папа и сказал:

— Вот путёвка. Поедешь с мамой к Балтийскому морю, в Дом отдыха матери и ребёнка.

— Ой, папа, — обрадовалась Аня, — поедем с нами!

— Нет-нет, — засмеялся папа, — я ведь не мать и не ребёнок. Так что вы уж без меня… Только привезите что-нибудь на память.

— Ладно.

И вот мать и ребёнок, то есть мама и Аня, сели на поезд и поехали. В вагоне Аня всё время сидела у окна и, чуть где-нибудь вдали блеснёт вода, спрашивала:

— Мама, мама, это не Балтийское море?

Наконец поезд остановился на маленькой литовской станции. Там уже ждал большой синий автобус с полосатыми занавесками. Он повёз Аню с мамой к Дому отдыха матери и ребёнка. Аня опять сидела у окна и высматривала: не покажется ли Балтийское море? Но море не показывалось. За окном были видны только дачи, санатории, дома отдыха…

— Мама, смотри, вот пионерский лагерь! — кричала Аня. — Видишь флаг на мачте — такой же всё равно самый, как у нас! Мама, а это уже, наверно, море? Нет, это просто поле…

Скоро автобус подкатил к Дому отдыха. Нянечки в белых халатах встречали гостей.

— А где же матери и ребёнки? — спрашивала Аня.

— Они на пляже, — отвечали нянечки и повели Аню с мамой в белую комнату.

Аня сразу же стала просить:

— Мама, пойдём скорей тоже на пляж!

— Погоди, Анюта, успеется.

— Нет, не успеется! Пойдём.

Мама взяла особое, пахучее морское мыло и мохнатое полотенце, и они с Аней пошли на пляж. По дороге Аня спрашивала у прохожих:

— Скажите, пожалуйста, как нам поближе пройти к Балтийскому морю?

И прохожие вежливо отвечали:

— Прямо и направо, девочка, за дюнами…

ВОТ ОНО!

Мама с Аней пошли прямо, потом направо и вышли к дюнам. Это такие песчаные холмы. Вдруг Аня услышала какой-то странный шум, точно кто-то поблизости стирал и всё время выливал воду.

— Мама, кто это там стирает?

Мама прислушалась:

— Постой! Да это же, наверно, море.

— Не может быть! — вскрикнула Аня.

Она стремглав кинулась к дюне и стала подниматься по песчаному склону. Вот она поднялась на гребень, выпрямилась и вдруг не своим голосом закричала:

— Мама, вот оно! Скорей!

Перед нею открылся огромный простор. Сразу стало так далеко видно, что Ане показалось, будто глаза у неё расширились. Она видела бесконечную серо-зелёную гладь, большую, как небо, только небо наверху, а это внизу. Она бросилась с дюны к этому лежащему на земле небу, крича на бегу:

— Мо-оре!.. Мо-о-оречко-о!..

Свежий ветер дул ей навстречу. Ситцевый халатик распахнулся и развевался, точно крылья, и Ане казалось, будто она летит — столько кругом было света, воздуха, простора…

Вот она добежала до самой воды. Серо-зелёная вода подкралась к Ане и длинным мокрым языком лизнула её в тапочку. Аня отдёрнула ногу. Тут подбежала мама:

— Ну, что стала, дочка? Пошли!

Они скинули тапочки и начали осторожно входить в воду. Аня, держась за маму, кричала;

— Ой, щекотно! Ой, холодно! Ой, боюсь!..

Она всё ждала: когда же станет глубоко? Но глубоко не становилось. Сколько ни шли, всё было Ане по пояс. Она обрадовалась и запрыгала:

— Мама, почему сделали такое мелкое море?

Мама ничего не ответила и стала намыливать Аню морским мылом.

АЛЬДОНА

Балтийское море Ане понравилось. Она каждый день прибегала на пляж. Там было много литовских ребят. Одного звали Пятрас, другого — Антанас, третьего — Владас… Но Аня больше всего подружилась с Альдоной.

Это была высокая девочка с длинными проворными руками и ногами. На груди у неё блестела огромная жёлтая брошка.

Они с Аней часами лежали рядышком на пляже, и Альдона просила:

— А теперь — про метро.

И Аня рассказывала:

— Метро очень красивое. Я каталась на лестнице-чудеснице. Она сама едет то вверх, то вниз… Там очень красивые залы…

Альдона слушала и говорила:

— А теперь — про Кремль.

Аня рассказывала:

— А Кремль — это такие башни… И стены… А над башнями — красные звёзды…

— А теперь — про Красную площадь.

Аня рассказывала и про Красную площадь, и про Мавзолей, и про всё.

А волны то и дело одна за другой подбегали к ним и подслушивали, подслушивали…

ГИНТАРАС

Но волны не всегда были такими тихими, Однажды они разыгрались не на шутку. Оно с яростью кидались на берег, добирались до самых дюн, с шипеньем откатывались, и опять набегали, и опять откатывались…

Весь день и всю ночь они бушевали, а к утру стало тихо. Аня побежала на пляж. Море лежало такое спокойное, будто накануне ничего не было. А волны еле-еле плескались, точно им было стыдно за вчерашнее.

Вдруг Аня увидела Альдону. Альдона шла по пляжу вдоль воды и что-то искала.

— Альдона, что ты потеряла?

— Ничего.

— Как же так: не потеряла, а ищешь?

— А я ищу этот… ну, как его… ну, гинтарас…

— Какой «гинтарас»? — удивилась Аня.

— Ну, это такая бывшая смола.

— Смола? Зачем тебе смола? — удивилась Аня.

Альдона засмеялась:

— Это раньше была смола, сто тысяч лет назад, а сейчас это как будто камень… Вот, — Альдона отколола свою брошку и показала Ане, — видишь? Только это очень редкая, старинная.

— Это я знаю, — сказала Аня, — это янтарь.

— Ага. А по-литовски «гинтарас». Вот, посмотри на свет.

Аня поднесла брошку к глазам. Жёлтый камешек был похож на прозрачную толстенькую лепёшку, наполненную золотистым мёдом. А в меду как будто плавали рядышком две песчинки — одна побольше, другая поменьше.

— Его только у нас можно найти, в нашем море! — с гордостью сказала Альдона.

— Как? Прямо в море? — удивилась Аня.

— Ну да, в воде или в водорослях. После шторма бывает.

Аня обрадовалась. Вот она что папе привезёт! Найдёт большую янтарину и увезёт в Москву.

— А можно, я тоже буду искать?

— Конечно!

И вот обе девочки — маленькая Аня и большая Альдона — принялись искать гинтарас.

ПОИСКИ

Весь день они бродили по пляжу и осматривали водоросли, которые тёмными, мокрыми прядями лежали у самой воды. У Ани скоро заболела спина. Всё-таки она без конца нагибалась, перебирала водоросли и то и дело спрашивала:

— Альдона, нашла?

— Нет. А ты?

— Я тоже нет.

— Ничего, завтра найдём! — утешала Альдона.

Но ни завтра, ни послезавтра, ни даже через две недели они подходящего янтаря не нашли.

Все ребята — и Владас, и Пятрас, и Антанас — помогали ей, но скупое Балтийское море, видно, не хотело им сделать маленького подарка.

Альдона предлагала Ане свою брошку на память, но Аня упрямо отказывалась:

— Нет, она старинная, редкая. И потом, я хочу сама найти, в море… А так неинтересно.

У ЗЕЛЁНОЙ СВАИ

И вот наступил день отъезда. Аня вышла прощаться с ребятами. Альдона отвела её в сторонку:

— Аня, я знаю одно янтарное место… У зелёной сваи.

Ну!.. — махнула Аня рукой. — Я там искала двадцать раз. Нет там ничего.

— А ты ещё поищи. Надо всегда искать!

Аня побежала к зелёной свае, села на корточки и стала рыться в водорослях. Волны рядом плескались, будто приговаривали: «Не ищи, не ищи — не найдёшь». Но Аня упрямо перебирала мокрые стебли. Вдруг мелькнуло что-то жёлтенькое, что-то как будто золотое… Ага, янтарь! Самый настоящий! И большой. Даже, пожалуй, побольше, чем у Альдоны.

Аня побежала к Альдоне.

— Вот, нашла, нашла! — кричала она.

Но разглядывать находку некогда было: надо было спешить в Дом отдыха. Там Аню уже искала мама:

— Где ты пропадала? Садись скорей!