Опираясь о стену, Карлисл поднялся, держа обеими руками шестизарядный револьвер, и выстрелил в Хустона Кинга в упор. Карлисла перенесли на бильярдный стол, где он вскоре и умер. Хустон Кинг выжил. Его судили за убийство Карлисла, но потом оправдали.

Гаррис Ньюмарк, известный гражданин города, вышел на сцену, когда стрельба прекратилась, и поведал эту историю. Из его мемуаров следует, что Фрэнк Кинг, бывший ковбой и писатель, якобы был сыном Хустона Кинга.

Существуют и другие версии.

ПО ДОРОГИ ПОГОНИ

Было ужасно холодно, и от ветра, дувшего с гор, не спасала самая теплая одежда. На Джеффе Курленде не было теплой одежды. Продолжительное, засушливое лето разорило его. Несколько голов оставшегося скота он продал. Но денег хватило лишь на расчет с бакалейщиком, а на одежду уже не осталось.

По-видимому, Джеффу предстояло пережить еще одну малоснежную зиму. Но ведь именно снег мог бы весной напоить его пастбища. Он наклонил голову, спасаясь от ветра, и пустил лошадь к лесу. Чувствуя себя разбитым, как шахтер после десятидневной пьянки в городе, он понимал, что пока никак не может жениться на Джилл Бейтс.

Шарф, надетый под шляпу, сползал и не согревал лоб и шею. Но без шарфа оледенели бы брови.

Завидев деревья, мустанг поскакал к ним галопом. Это какая-никакая защита от ледяного ветра.

Ах, если бы Джеффу поймать Росса Стайбера! Пять тысяч долларов награды — большие деньги. На них можно починить дом, жениться и, возможно, купить несколько голов хорошего скота.

Несколько часов назад шериф Тилсон сказал, что, по его мнению, Стайбер прятался где-то в горах с ледниками или в ближних горах над домом Курленда. Тилсон предупредил, что этот человек — убийца.

Если бы Тилсон был сообразительнее, он бы нипочем не пошел в горы за этим Стайбером. Джефф знал, что там делается и не сомневался, что никто не сможет прожить в горах зиму. Тилсону надо было бы просто ждать, наблюдать. Стайбер бы сам явился к нему.

Земля под копытами лошади была твердой, как камень. Небо же — мрачное, неприятно серое. В реках камни заледенели. Но ельник, через который петляла дорога, защищал по крайней мере от ветра. До дома оставалось отсюда три мили.

Дом! Четыре стены, грязный пол и камин. Дров, правда, хватало. Лишь бы мужчина умел орудовать топором. Кругом — поваленные деревья. А вот еды совсем мало. И если пойдет сильный снег…

Даже поездка к Джилл показалась ему неудачной. Не то чтобы она недостаточно любила его. Просто он с содроганием представил, что она может сказать и подумать о его убогом жилье. Ее-то дом теплый, уютный.

Он почувствовал себя скованно в доме Бейтс. Одежда на нем была потрепанная, его большие руки посинели от холода. Он с трудом оторвался от огня, когда всех пригласили к столу. А когда Курт Сейвеф стал подшучивать над его жизнью, у него все похолодело внутри, и он не нашел подходящих слов для ответа. Он почувствовал себя обиженным и несчастным. Неудивительно, что родители Джилл отдали предпочтение Сейвефу.

И хуже всего было то, что у Сейвефа он закупал продукты. Ему было трудно заставить себя просить в кредит у соперника. Курт вместе с тем знал, как мало он покупал продуктов, как скудно жил и как паршиво шли у него дела на ранчо.

Мустанг прибавил шагу. Его ожидало холодное стойло, но лошадь стремилась туда, проделав в тот день около сорока миль.

Джефф въехал во двор. Спрыгнул на землю, завел лошадь, снял с нее упряжь и привязал к кормушке. Затем подбросил вилами сена — по крайней мере, хоть сена вдоволь! Взяв одеяло, он накрыл лошадь. Одеяло было тонкое, но это лучше, чем ничего. К счастью, стойло защищено от ледяного ветра. Если уж Джефф Курленд что-нибудь строил, то строил на совесть.

Его шаги во дворе гулко звучали по мерзлой земле. Он вошел в дом, положил на пол мешок с продуктами и направился к печке разжечь огонь.

Но вдруг он замер. Поверх груды пепла были уложены ветки и куски коры.

— Не делай резких движений, — грубо приказал кто-то. — Иди вперед и разожги огонь. Я собирался сделать это, когда заметил тебя.

Не поворачивая головы, Джефф зажег спичку, поднес ее к коре. Когда она занялась, он положил сверху щепки и палки потолще.

Конечно, это Росс Стайбер, убийца. Джефф чуть повернул голову и спросил:

— Встать-то можно? Я не вооружен.

— Вставай да приготовь по-быстрому пожрать. Надеюсь, ты принес что-нибудь. Насколько я вижу, ты не готов к зиме.

Джефф Курленд встал и посмотрел через комнату на человека, сидящего на койке.

Он был крупный, мощного сложения, с тяжелой нижней челюстью и зарос многодневной щетиной. Своими блеклыми серыми глазами он недолго рассматривал Джеффа Курленда, его поношенную одежду и худое лицо.

— Я Стайбер, — заявил он, — так что не жди от меня хорошего.

Он обошел Джеффа сзади, обшарил его карманы. В его голосе прозвучало искреннее удивление:

— Нет пушки? Дом я уже обыскал. Где же она?

— У меня совсем нет оружия, — смущенно ответил Курленд.

— Ты брось эти мысли о вознаграждении за меня. Я все время начеку и могу попасть в пуговицу на твоем пальто.

— Знаю. Но у меня же нет оружия.

Курленд занялся приготовлением еды. Он сильно проголодался после поездки. Кроме того, ему нужно было время, чтобы придумать выход из ситуации. Между тем бандит уселся у стены, наблюдая за каждым его движением. И ему хотелось поговорить.

— Живешь ты не очень, дружище. Я осмотрел весь дом. Еды не хватит даже крысу прокормить. И как же ты думаешь пережить здесь долгую бурю? У тебя лишь то, что здесь?

Он посмотрел на мешок, внесенный Джеффом.

— Да, привез ты немного, учитывая, что проехал миль сорок.

Джефф рассердился, но смолчал. Какого черта Стайбер тут шарит и сует нос в его дела? Если у него время от времени и не было еды, так это его забота и никого это не касается. У него есть запас кофе и печенья.

— Вон там на стуле оленья лопатка, — сказал Стайбер. — Лучше ты приготовь ее. Я на днях подстрелил оленя. Здесь не так уж много живности. Наверное, из-за засухи. — Он взглянул на Курленда. — Уверен, что у тебя есть скотина. — Он подался вперед, на край койки. — Эй? А курево у тебя в мешке? У меня кончилось, пока прятался на вершине. Я бы, конечно, и потерпел, если б не этот случай.

Джефф полез в мешок, вынул пачку табака и бросил Стайберу.

— Возьми всю, — проговорил он. — У меня есть еще.

Стайбер поймал пачку, зажал ее в коленях и вынул бумагу.

— Спасибо, друг. Ты не думаешь, что я все равно бы забрал ее? А я мог. Возможно, я так бы и сделал. Я бы не взял обе пачки. Человек может обойтись без жратвы, а вот без курева — никак. Там, на верхотуре, я курил сухие листья. Вообще-то впервые с тех пор, как был молодым. Но там пришлось курить все подряд. — Он закурил, несколько минут молчал, а потом сказал: — И что же за девица?!

Курленд вздернул голову. Он бы одного роста со Стайбером, но последние месяцы жил тяжело и сильно похудел. Его глаза стали бесцветными, но в них тлел опасный огонек. Стайбер заметил это и усмехнулся:

— Есть у тебя ее фото?

— Фотографии нет, — сказал Курленд, сдержавшись. — Но это хорошая и хорошенькая девушка. Это порядочная девушка.

— А я что говорю! — воскликнул Стайбер. — Конечно, отличная девушка. Я знаю ее.

— Ты знаешь ее? — удивился Джефф.

— Джилл Бейтс? Да, знаю. Я не всегда был бандитом. Я знал ее, когда она была еще подростком, девять-десять лет назад. Я сам тогда был молодым ковбоем, а подался в эти края в полном расстройстве, впервые убив человека. Это вышло по-глупому. Я не хотел никого убивать. И вот здесь я встретил одну блондиночку, Клару Доусон, — очень хитрую.

Теперь уже Джефф усмехнулся, сказав:

— Посмотрел бы ты на нее сейчас.

— И не собираюсь. Лучше помнить ее такой, какой она была раньше. Да и я выгляжу не прекрасно. Тогда все было иначе. Посмотрел бы ты на меня! Седло и уздечка, отделанные серебром, прекрасная вороная лошадь… Позже у меня таких не было. Команчи угнали ее, а мне тогда повезло, что они с меня скальп не содрали.