Сева изумленно присвистнул.

– Но! – Мурка наставительно подняла палец. – Любой предмет старины или произведение искусства может быть вывезен из страны, только если он не представляет художественной или исторической ценности и не является национальным достоянием. На каждую картинку, статуэтку или старую миску ты обязан предъявить документ экспертизы, где сказано, что везешь ты полное фуфло, которое родной стране на фиг не нужно.

– Вроде как в мультике про Колобков: «Слон большой, куплен в нашем магазине иностранцем с табуреткой…» – уточнил Сева.

– Точно! – кивнула Мурка. – Выходит, эта фирма настоящие ценности вывозить не могла, только всякую дрянь, а если так, то она не то что копеечных, а вообще никаких доходов не должна иметь. На Западе тоже не кретины, за мусор платить не станут.

Вадька поскреб в затылке:

– Кто дает бумажку: можно вывозить или нет?

– Исторический музей, они с оплат за экспертизы живут.

– Подмазать кого-нибудь в музее фирма не могла?

Мурка снисходительно улыбнулась:

– Теоретически могла, но ты музейных не знаешь. Они все фанатики сумасшедшие, иначе с их-то зарплатами давно бы бежали куда глаза глядят. Может, одну-две ценные вещи они бы и выпустили, но ведь ты сам слышал, фирма целые грузовики гоняла. Как часто, Сева? – Вопрос Мурки прозвучал доброжелательно, успешно выполненное парнем задание изменило ее мнение о нем к лучшему.

– Раз в три-четыре месяца, – браво отрапортовал Сева, глянув в свои записи.

– Вот видишь! – Мурка снова задумалась, дергая себя за волосы с такой силой, словно собиралась выдрать их с корнями. – Опять не сходится! Несколько грузовиков раз в три месяца и так два года? Откуда они взяли столько антикварной мебели? В городе столько и не найдешь. Подделки, что ли? Так за границей свои эксперты есть, неужели не распознали бы? Продавать как новоделы? Снова возвращаемся к тому, с чего начали, – на новоделах много не заработаешь. Нет, я совсем запуталась!

Вся троица застыла в мрачном молчании, воздух аж вибрировал от напряженности мыслительного процесса. Вдруг Вадька вскочил, звонко хлопнув себя по лбу:

– Ребята, ну и дурак же я!

– Если ты сам так считаешь… – ехидно протянула Мурка, но Вадька продолжал, не реагируя на ее слова:

– Ведь твою фирму можно отследить через Сеть!

– Она не моя, – буркнул Сева, но Вадька уже включал компьютер и, не переставая, говорил:

– Справлюсь… Много разве фирм мебель не ввозят, а вывозят? И регулярность известна – каждые три-четыре месяца. Сейчас залезу в систему таможенной службы… Найду!

– Погоди, это же незаконно! Тебя поймают!

– Меня? – Вадька смерил Мурку таким взглядом, как будто она заподозрила его в крайней степени кретинизма.

– Вадька крутой хакер, – шепнул ей Сева.

Мурка затихла. Под неумолчное клацанье клавиатуры прошел час. Мурка и Сева сверлили взглядами Вадькину спину, но он не обращал на них ни малейшего внимания.

– Вадь! – взмолилась наконец Мурка. – Ты хоть рассказывай, что делаешь, скучно сидеть.

– Я работаю. Троянцев им в Сеть запускаю.

– Кого?

– Программы специальные, качают ко мне их информацию. Против двух у них защита стоит, я третьего пустил, он точно прорвется.

Прошел еще час, смеркалось. Мурка уже успела изложить Севе подробную историю кражи антикварной мебели, включая попытку похищения Грезы Павловны из больницы, а Вадька все стучал по клавишам. Девчонка тихонько поднялась.

– Я пойду, а то дома скандал будет, – шепнула она Севе. – Давай завтра после школы узнаем, что он откопает? Ты сможешь?

– У меня работа… – с сомнением ответил Сева. – Да фиг с ним, с бизнесом, брата посажу, но этот детектив не оставлю, а то сдохну от любопытства.

Мурка поглядела на него одобрительно. Вадька даже не обернулся, когда они выскальзывали за дверь.

Глава 9

Виртуальная дуэль

На следующий день поднимающаяся по лестнице Мурка увидела Севу, уже успевшего позвонить в дверь. Открыла им Катька. Наглое дитя оглядело их с головы до пят и заявило:

– Часто вы к Вадьке ходите.

– Нам уйти? – ехидно поинтересовался Сева.

Расценив его вопрос как абсолютно серьезный, Катька некоторое время подумала, потом милостиво кивнула:

– Ладно, заходите, раз пришли, – и удалилась в кухню.

Когда ребята вошли в Вадькину комнату, им показалось, что они и не уходили. Сам Вадька все так же увлеченно лупил по клавишам, несмотря на ясный день, над его столом горела лампа. По красным воспаленным глазам парня можно было с легкостью догадаться, что он провел перед компьютером всю ночь.

– Люди, у меня получилось! – радостно завопил Вадька, завидев их. – Я такое нарыл, закачаетесь!

Выключив лампу, Мурка сурово спросила:

– Ты хоть спал?

– Спал я, спал, что ты как моя мама, – отмахнулся Вадька. – Пока программа работала, я вздремнул.

Действительно, на диване валялись плед и подушка.

– Похоже, ты даже не раздевался, – предположила Мурка, оценивая его мятые штаны. – В школе ты был?

– В школе? – изумленно переспросил Вадька, оглядываясь на окно. – Черт, утро уже!

– Какое утро, день давно!

– Вот дьявол! – Вадька почесал в затылке. – Я и забыл совсем, так увлекся. Тут, понимаешь, такие дела… Ой, а есть как хочется, аж живот подвело. – Он стремительно вскочил. – Сейчас пожуем, я вам все расскажу, и будем копать дальше.

Через несколько минут Вадька вернулся, таща здоровенный поднос, на котором лежали буханка хлеба, полбатона колбасы, кусок сыра в целлофановом пакете, несколько огурцов, поверх всего натюрморта опасно балансировала масленка. В колбасу был воткнут нож зловещих размеров. Первым делом спася масленку от падения, Мурка вздохнула над извечной женской долей и принялась делать бутерброды.

– Я еще не понял, в чем дело, но здесь явно крутая афера, – начал Вадька, поглощая бутерброды примерно с той же скоростью, с какой Мурка их делала. – Я запустил в систему таможни Web bandit моей собственной модификации и скачал всю их информацию за два года. Потом загрузил программу поиска и в конце концов нашел… – Не переставая жевать, Вадька вывел на экран информацию. – Фирма «Город Винни» начала работать не два, а два с половиной года назад. Раз в три, максимум раз в четыре месяца они гоняют грузовики с мебелью через границу с Польшей. Я прицепился к одному из грузов и пошел за ним след в след. И заметь себе, Мурочка, – Вадькин голос зазвенел торжеством, – каждый грузовичок оказался снабжен документом, где черным по белому сказано, что находящаяся в нем мебель художественной и исторической ценности не представляет. Выдан документ нашим историческим музеем.

Мурка охнула, Сева присвистнул: то ли восхищаясь Вадькиными результатами, то ли осуждая сотрудников музея.

– Документик регистрируется на всех границах. – Вадьку трясло от азарта. – Я прицепился к последнему, можно сказать, вместе с ним в Польшу въехал…

– Ясно, дальше с концами, – безнадежно махнула рукой Мурка.

– Наоборот! Я запустил широкий поиск в компьютерах таможен всего мира…

– Неужели всплыло? – не выдержав, спросил Сева.

– Представь себе! Наши друзья обнаружились в Бельгии, паромом из Остенде перебрались в Англию и прошли таможню в каком-то Рамсгейте. Вот такая се ля ви! – Жестом фокусника Вадька вскинул руки.

Мурка и Сева смотрели на него во все глаза.

– Но и это еще не все! – продолжил Вадька. – Угадайте, когда наши фирмачи отправили последнюю партию? Пять дней назад! Вам это ни о чем не говорит?

– День, когда напали на Грезу Павловну! – ахнула Мурка. – Ты здорово вкалывал, Вадька, – уважительно сказала она, – а теперь что?

Вадька запихнул в рот последний кусок бутерброда.

– Теперь посмотрим, куда грузовики покатили из Рамсгейта.

– Когда водители получают визу в посольстве, они должны указать, для какой компании везут товары, и компания дает подтверждение. В английском посольстве наверняка есть данные фирмы-получателя.