— В смысле, что? — удивляется он. — А ваш автомобиль не сломан разве? Мне Егор сказал, а ему Юлька по телефону. Вот я и спросил себя: если Юлю Егор заберёт, то вы как на работу доберётесь? Ну, и решил заехать за вами.

Лёгкое волнение ощущается в его голосе, отчего приведённые аргументы звучат ещё более сомнительно. Это даже становится опасным. Я уже физически ощущаю, как завожусь. Меня тянет поскорее забраться к нему в машину и сделать что-нибудь эдакое…

— Валентина Сергеевна? — он внимательно оглядывает меня. — Вы в порядке?

— Нет, если честно, — отвечаю я, опуская глаза. — Как раз собиралась поехать в больницу.

— Ну, тогда тем более садитесь скорее, — он кивает на пассажирское сиденье.

— На самом деле у меня…

— О, Валентина Сергеевна, доброе утро! — восклицает, выходя из подъезда, соседка по этажу. — На работу собрались?

— Ага, — киваю я, осознавая, что при ней у меня не получится объясниться.

Я нехотя делаю несколько шагов к авто своего начальника. Кусаю губы до крови от неловкости. Мне стыдно, и в основном от тех мыслей, что возникают в моей голове под действием феромонов. Я раздумываю над тем, какой секс был бы между нами. Во времена своей молодости я слышала, что по любви это бывает просто чудесно. Хотя у меня нет опыта, так что едва ли я смогу доставить ему удовольствие…

— Оу... так у вас феромоновая реакция? — еле слышно спрашивает он, выходя из авто.

— Угу, — киваю я и опускаю глаза. — Я уже позвонила своему врачу. После приёма я смогу отправиться на работу.

— Какой адрес у клиники?

Осторожно подталкивая, он ведёт меня к машине и открывает дверь со стороны пассажира. Помогает сесть и пристегнуться. Я ловлю каждое его случайное касание, жадно вдыхаю его аромат. Перед глазами всё расплывается. Называю адрес, а потом зачем-то хватаюсь за полы его пиджака.

Что-то странное происходит. Раньше со мной не было ничего подобного. Фантазия и реальность смешиваются. Мне кажется, что Георгий склоняется надо мной и целует. И это настолько волнительное и запретное блаженство, что моё тело реагирует одним-единственным возможным способом. Слабый стон срывается с губ, тело пробивает судорога…

В следующую момент, когда я прихожу в себя, мы уже едем по проспекту. И я бы думала, что мне всё привиделось, да вот только низ живота всё ещё напряжён. По телу расползаются приятные мурашки. Я пребываю в полном шоке. Пытаюсь, как-то объяснить себе, что случилось. Но Георгий Александрович с уверенным и невозмутимым видом ведёт машину.

Мне неловко смотреть ему в глаза. И всё же приходится и посмотреть, и заговорить.

— Это не займёт много времени. Но если вы всё же спешите, то можете поезжать. Я возьму такси в этом случае.

— Я ведь сказал, что подброшу вас, — отвечает Георгий, не глядя на меня. Я киваю и спешу по ступеням к входу.

Народу внутри оказывается немного. Видимо, всё дело в том, что сегодня будний день. Однако у самого кабинета врача я вдруг встречаю того, кого меньше всего ожидала увидеть. Очки в дорогой оправе, дерзкая стрижка и привлекательный внешний вид — вне всяких сомнений, это та самая омега, что была тогда в ресторане с Артуром. Георгий назвал её Ольгой, кажется.

Она меня тоже узнаёт и кивает. Я присаживаюсь на банкетку у противоположной стены. Некоторое время мы просто молчим. Но это скорее радует, нежели смущает.

— Вы ведь омега, верно? — наконец спрашивает женщина, оглядывая меня с ног до головы. — Тогда в ресторане я ещё сомневалась, но сейчас я в этом абсолютно уверена.

— Думаю, вы знаете, что по закону я имею право игнорировать любые вопросы, касающиеся моей частной жизни, — отвечаю я с холодной вежливостью.

— Простите, я не хотела задеть или скомпрометировать вас, — спешит оправдаться Ольга. — Я лишь собиралась предупредить.

— И о чём же?

— Мой муж заинтересовался вами. Что бы ни было между вами в прошлом, он намерен это воскресить.

Дрожь пробегает по спине при мысли о том, что именно Артур намерен воскрешать. От приступа паники меня спасает наблюдательность. Я невольно слежу за жестами и мимикой Ольги, её позой и ритмом дыхания. С удивлением прихожу к выводу, что она, вообще-то, прямо сейчас очень счастлива. Ни тебе сцен ревности, ни скандалов, лишь с трудом сдерживаемая улыбка.

— Вы ведь рады тому, что он вдруг встретил меня, так? — поражённо озвучиваю я свою догадку. — Хотите уйти от него, но вам нужен повод? Тогда боюсь, что разочарую вас. У меня нет намерения сходиться с насильником и подлецом.

Ольга вздыхает с сожалением. Кажется, что мои слова её ничуть не удивляют. Всматриваюсь в её красивое лицо с тонкими аристократическими чертами, в её голубые с лёгкой бирюзой глаза. Я не имею ни малейшего понятия, по какой причине она вышла замуж за Артура. Но мне хочется надеяться, что это было не по любви. Потому что так это было бы слишком больно для этой омеги.

— В любом случае будьте осторожны, — произносит она предостерегающим тоном. — Не позволяйте ему прикасаться к тому, что вам действительно дорого. Иначе вам будет трудно это сохранить.

Медсестра выглядывает в коридор и приглашает меня на приём.

— Благодарю, я учту, — киваю и прохожу в кабинет.

Когда приём заканчивается, в коридоре уже никого не оказывается. Не могу точно сказать, огорчена ли я этим. Возможно, мне бы хотелось поговорить с этой женщиной ещё. Но нет, так нет. Я неловко иду на парковку к автомобилю начальника. Мне сделали укол, и я переоделась в туалете, так что от меня больше не должно нести феромонами. И всё же мне очень стыдно, когда я думаю, что это было такое между нами? Хотя по реакции Георгия и не скажешь, что действительно что-то произошло. Может, это всё были галлюцинации под действием феромонов?

При моём появлении Георгий Александрович бросает на меня оценивающий взгляд.

— Феромонов не чувствую, но выглядите вы так себе, — озвучивает свой вердикт.

— К моему глубокому сожалению, последнее с феромоновой реакцией никак не связано, — мрачно усмехаюсь я.

— Да я не это имел в виду, — он только закатывает глаза и качает головой.

Я сажусь на переднее сиденье и пристёгиваюсь. Зачем-то бросаю беглый взгляд на руку Георгия Александровича на рычаге переключения передач.

— Простите меня за сегодня, — произношу неловко, понимая, что, вероятно, совершенно испортила впечатление о себе.

— Всё в порядке. Вы не сделали ничего, за что вам стоило бы просить прощения, — отвечает Георгий Александрович, не глядя на меня. — Я ведь всё-таки зрелый альфа и понимаю, что иногда физиологии трудно противостоять. Хотя вы пытаетесь, чем я, безусловно, восхищён.

Щёки сами собой вспыхивают. Какой же он всё-таки…

«Угомонись уже, озабоченное создание!» — ругаю я себя мысленно.

Но другой внутренний голос возражает, что это же со мной впервые. Так почему я должна ограничивать себя какими-то рамками и условностями? Почему бы просто не влюбиться в своего начальника и взглянуть, что из этого получится? И если вдруг не выйдет, то ничего тут не поделаешь. Но, по крайней мере, я буду знать, каково это.

— Хотите поужинать вместе? — спрашивает он, пробиваясь сквозь толщу моих мыслей.

— Поужинать? — повторяю я взволнованно.

— Ну да, — кивает Георгий. — Вчетвером, вместе с Егором и Юлей. А то эти негодники совсем мне на глаза не показываются. Может, хоть из-за вас не станут игнорировать.

Чувствую лёгкое разочарование. Я отчего-то посмела надеяться, что это приглашение на свидание. Но с чего я так решила? Из-за того, что сама себе нафантазировала? Вздыхаю тяжело и встряхиваю головой. Надо бы завязывать заниматься самообманом и попробовать сблизиться с ним не в своих фантазиях, а в реальности.

— Хорошо, — отвечаю я. — Я совсем не против поесть где-нибудь всем вместе.

— Вообще, я думал, пригласить вас с Юлей к нам, — он заметно тушуется и у меня ёкает внутри. — Неформальная обстановка и всё такое.