А на экране гордо реял на мачте русского крейсера Андреевский флаг. Он был цветным — ярко-синий крест на кипенно-белом полотнище.
К сожалению, саму битву не показали — после слов «Конец фильма» на экране появилась надпись «Продолжение следует». Но больше всего поразили идущие за этим титры: «Хочешь помочь нашим морякам? Запишись во флот!» Расходилась публика чрезвычайно задумчивая.
На следующий день, сразу после занятий, семинарист рванул вместе с десятком сокурсников на приемный пункт, развернутый в полицейском участке. Там уже скопилась изрядная очередь — больше ста парней. Однако здесь полностью отсутствовал звуковой фон, сопровождающий такое большое скопление молодых людей, — никто не шутил, не ругался, не толкался, не лез вперед. Два подтянутых молодцеватых унтер-офицера с медалями за прошлогоднюю кампанию ходили вдоль вытянутой колонны, раздавая вновь прибывшим листы с анкетами, карандаши, забирая уже заполненные бумаги. Для удобства заполнения рядом стоял десяток небольших столов. К ним тоже образовались небольшие очереди. Потом из глубины участка хмурые полицейские притащили еще несколько столов и пару конторок. Семинаристу повезло — одну из них поставили совсем рядом с ним, и он, быстро сориентировавшись, успел положить на нее свой листок.
Анкета оказалась довольно простой. В ней не понадобилось указывать социальное положение и вероисповедание. Зато нужно было указать возраст и образование. Причем степень последнего требовалась очень точная: в графе «начальная школа» указывалась необходимость подчеркнуть нужные слова: «умею читать», «умею читать и писать», «читаю и пишу свободно».
Быстро заполнив нужные строчки, семинарист отдал анкету унтерам и принялся ждать. Вскоре выяснилось, что вызывают не в порядке живой очереди, а выкликают по именам. Семинариста вызвали в числе второго десятка.
В отдельном кабинете за большим канцелярским столом сидел молодой офицер с белым крестиком ордена Святого Георгия на груди и нашивкой за ранение. Нетрудно догадаться, что награду и рану он получил, воюя с англичанами.
— Поручик лейб-гвардии Измайловского полка фон Смиттен, — представился офицер, жестом предлагая семинаристу присаживаться.
Внимательно перечитав лежавшую перед ним на столе анкету, поручик поднял на посетителя глаза и негромко спросил:
— Так, значит, вы хотите служить во флоте, Иосиф Виссарионович?
Часть 2
Цветы ядовитого ветра
Глава 1
Рассказывает Дмитрий Политов
(Александр Рукавишников)
Май в 1890 году выдался жаркий. Причем послезнание подсказывает — и лето будет таким же. На Россию обрушивается первая волна засухи. Неурожаи продлятся три года. Хорошо, что мы помнили об этом и заранее создали на государственных элеваторах приличный запас зерна.
По новой традиции, собираемся всей компанией праздновать День Победы. Дед обещает замечательный шашлык, «пикник» организован на «Ближней даче» — секретной резиденции на берегу Сетуни. По легенде, в этих местах сегодня проходят совместные маневры лейб-гвардии бронекавалерийского Лихославльского и лейб-гвардии Атаманского полков. Четыре кольца оцепления вокруг нашего мангала! Не то что муха не пролетит — червяк не проползет!
Собрались все, даже Дорофеев, который наконец смог на некоторое время оставить свой пост руководителя Ирландской республиканской армии, успешно снизившей в прошлом году демографическую нагрузку на инфраструктуру Британской империи.
По возвращении «блудного сына» официально восстановили в гвардии, а накануне вместе с Гореглядом, в обстановке хоть и торжественной, но при весьма ограниченном количестве приглашенных, наградили в Георгиевском зале Большого Кремлевского дворца. Бывший корнет лейб-гвардии Гусарского полка Владимир фон Шенк получил из рук императора один из высших орденов Российской империи — Апостола Андрея Первозванного. С формулировкой: «За организацию и успешное проведение боевых действий на территории противника и подрыв его обороноспособности». Награждение этим орденом автоматически возводило дядю Илью в кавалеры ВСЕХ орденов Российской империи, за исключением Святого Великомученика и Победоносца Георгия и Святой Екатерины. Но последний — извините, пол не тот, а вот «Георгия» он бы получил тут же, да сам отказался. Этот орден дают только за подвиги на поле боя, а Дорофеич на поле боя как-то побывать не сподобился… Еще Илье Петровичу присвоили внеочередное звание подполковника лейб-гвардии. Афанасия Ивановича Горегляда наградили орденом Святой Анны второй степени за «неоценимый вклад в повышение мощи империи».
Так что сегодня у нас было целых три повода для выпивки. Роль председателя собрания взял на себя Альбертыч. Дождавшись, когда накрывавшие на стол вестовые удалятся за пределы слышимости, дед самолично наполнил рюмки водкой и негромко сказал:
— Друзья, мы встретились сегодня по очень торжественному поводу. Мы отмечаем День Победы! И неважно, что это событие здесь еще не произошло. И, скорее всего, не произойдет. Будет немало славных побед, но такой страшной войны, как Великая Отечественная, мы не допустим! Однако этот день навсегда останется в нашей памяти. За Победу, товарищи!
Мы встали и, повторив «За Победу!», выпили.
— А что, друзья, не сделать ли нам девятое мая государственным праздником? Так сказать — в ознаменование всех побед русского оружия? — с улыбкой спросил Николай.
— Дело хорошее, надо подумать! — одобрил Павел Александрович. — Но лучше сделать это после какой-нибудь по-настоящему громкой виктории!
— Вот разгромим турок… — мечтательно сказал император.
— А ты что же, собираешься целый год с ними воевать? — удивился дед. — Мы ведь планировали начать летом!
— Товарищи, а вы окончательно решили? — спросил Павел Александрович. — Страна едва-едва оправилась от последствий Гражданской войны, а тут новая!
— Ну, дядя, операция против турок несравнима по напряжению даже с нашей прошлогодней войнушкой! Легкой прогулки не будет, но по всем расчетам османов мы вынесем быстро и качественно! — ответил Николай. — Владимир Альбертыч, подтверди!
— Истину глаголешь, государь! — усмехнулся дед. — Сейчас самый подходящий момент для нападения и завоевания проливов. Султан Абдул-Хамид Второй довел Османскую империю до полного развала. Впрочем, в этом постарались его предшественники. Флот в упадке, армия — просто толпа кое-как вооруженных людей. Только ошибки нашего командования и вмешательство англичан не позволили России добиться всех поставленных целей еще в прошлую кампанию. [70]Сейчас — совсем другая ситуация.
— Я вообще не сомневаюсь в победе над турками! Все, что они могут выставить против нас, — старый ржавый хлам! — решительно сказал генерал-адмирал Алексей Александрович. — Однако существует немалая вероятность, что бритты снова вмешаются. Понятно, что создать коалицию, подобную той, которая воевала против нас в Крымскую войну, англичашки не смогут. Но и без того у них огромный перевес в тяжелых кораблях. Очень надеюсь, что все приготовленные Димкой сюрпризы сработают!
— Кстати, сухопутные силы полностью готовы! — заметил Николай. — На острие прорыва пойдут лейб-гвардии бронекавалерийский Лихославльский и полностью перевооруженные и снаряженные по его образцу лейб-гвардии Атаманский и Кирасирский полки.
— Сколько всего? — спросил Дорофеич.
— На европейском ТВД три кавалерийских и шесть армейских корпусов, всего около двухсот тысяч человек, — ответил Николай. — Сотня штурмовых броневиков «Медведь», полторы сотни бронетранспортеров «Вепрь», свыше шестидесяти новых гаубиц МЛ-20, больше тысячи пулеметов «Единорог», ручников «Бердыш» два десятка… тысяч. Кроме того, четыре бронепоезда, точные копии «Железняка»…
70
Русско-турецкая война 1877–1878 годов.