10. ТУДА И ОБРАТНО

Услыхав голос Гарри, Джемс Старр, Мэдж и Симон Форд прошли сквозь узкое отверстие, соединявшее шахту Дочерт с Новым Эберфойлом.

Они очутились в довольно широком проходе. Казалось, он пробит рукой человека, проделан кайлом и лопатой для разработки новой залежи. Разведчики недоумевали, не попали ли они, по странной случайности, в какую-то старинную шахту, о существовании которой не было известно даже старейшим углекопам.

Но нет! Геологические пласты в эпоху, когда происходило отложение слоев вторичного периода, «пощадили» этот проход. Может быть, он служил некогда руслом бурному потоку, в котором поверхностные воды смешивались с занесенными илом растениями; но сейчас он был так же сух, как если бы был прорыт несколькими тысячами футов ниже, в гранитоидных породах. Однако воздух проникал сюда свободно: это значило, что проход соединяется какими-нибудь природными «вентиляционными ходами» с поверхностью земли.

Это замечание, сделанное инженером, было вполне справедливо: можно было предвидеть, что устроить вентиляцию на новой шахте будет нетрудно. Что касается рудничного газа, сочившегося сквозь сланцевую стенку, то он скопился, по-видимому, в каком-нибудь «кармане», то есть полости, сейчас опустевшей. В галерее, где они находились, не было и признаков газа. Однако Гарри из предосторожности взял с собой только безопасную лампу, которая могла гореть двенадцать часов.

Сделанные открытия превзошли все ожидания Джемса Старра и его спутников. Вокруг них был только уголь! От радостного волнения они не могли говорить, даже Симон Форд проявлял свои чувства лишь в коротких восклицаниях.

Быть может, с их стороны было неосторожностью заходить в подземелье так далеко. Ба! они вовсе не думали о возвращении. Было так хорошо идти по удобному, почти прямому проходу, не опасаясь ни трещин, преграждающих путь, ни воздуха, отравленного вредными газами. Следовательно, не было никаких причин останавливаться, и Джемс Старр, Мэдж, Гарри и Симон Форд шли так в течение часа, причем ничто не указывало им, в какую сторону идет этот неизвестный туннель.

И они, конечно, пошли бы еще дальше, если бы не достигли конца этой широкой галереи, по которой продвигались с первой же минуты, как попали в новое угольное месторождение.

Проход заканчивался огромной пещерой, размеров которой нельзя было определить. На какой высоте закруглялся купол этой пещеры, на каком расстояния находилась ее противоположная стена, — мрак не давал рассмотреть. При свете лампы разведчики могли установить лишь то, что в пещере находится огромный пруд или озеро со стоячей водой, высокие, скалистые берега которого терялись в темноте.

— Стоп! — вскричал Симон Форд, вдруг остановившись. — Еще шаг, и мы можем скатиться в пропасть!

— Давайте отдохнем, друзья мои, — предложил инженер. — Нужно подумать и о возвращении.

— Наша лампа может гореть еще десять часов, — сказал Гарри.

— А все-таки сделаем привал, — повторил Джемс Старр. — Признаюсь, мои ноги нуждаются в отдыхе. А вы, Мэдж, не устали после такой долгой ходьбы?

— Нет, не очень, мистер Джемс, — ответила крепкая шотландка. — Мы привыкли ходить по копям Эберфойла целыми днями.

— Э! — прибавил Симон Форд. — Мэдж пройдет вдесятеро больше, если понадобится. Но я опять спрошу вас, мистер Джемс, заслуживало ли мое сообщение вашего внимания? Посмейте только сказать «нет», мистер Джемс, посмейте!

— Э, дружище, я давно уже не испытывал такой радости! — ответил инженер. — То немногое, что мы уже разведали в этой чудесной залежи, указывает на ее значительную протяженность по крайней мере в длину.

— И вширь и вглубь тоже, мистер Джемс, — возразил Симон Форд.

— Это мы узнаем позже.

— А я за это ручаюсь! Положитесь на чутье старого шахтера, оно меня никогда не обманывало.

— Охотно вам верю, Симон, — ответил инженер улыбаясь.

— Но, насколько можно судить по этой предварительной разведке, тут запасов угля хватит по меньшей мере на несколько веков.

— Конечно, — вскричал Симон Форд. — Я так и думаю, мистер Джемс! Пройдет не меньше тысячи лет, прежде чем из нашей новой шахты будет вынут последний кусок угля!

— Дай-то бог! — произнес Джемс Старр. — Что касается качества угля, выходящего на поверхность этих стен…

— Великолепное, мистер Джемс, великолепное! Да вот, посмотрите сами.

С этими словами Симон Форд отколол ударом кайла кусок от черной стены.

— Взгляните только, — повторял он, поднося уголь к лампе. — Видите, как он блестит! У нас будет жирный, смолистый уголь. А как он разбивается на куски, — почти без пыли! Ах, мистер Джемс, лет двадцать назад это месторождение было бы опасным соперником для свэнсийского и кардиффского угля! Ну, что ж, кочегары и сейчас будут драться из-за этого угля. Если нам он и будет стоить дешево, то все равно будет продаваться дорого наверху.

— Верно, — сказала Мэдж, взяв осколок угля и разглядывая его с видом знатока, — уголь очень хороший. Возьмем его, Симон, с собой, принесем в коттедж. Я хочу, чтобы первый кусок этого угля сгорел в нашей печи.

— Хорошо сказано, жена, — ответил старый мастер. — И ты увидишь, что я не ошибся.

— Мистер Старр, — спросил тут Гарри, — представляете ли вы себе хотя бы приблизительно направление того длинного прохода, по которому мы шли все время?

— Нет, мой мальчик, — ответил инженер. — Будь у меня компас, я мог бы определить его общее направление. Но без компаса я здесь, словно моряк в открытом море среди тумана, когда отсутствие солнца не позволяет ему определиться.

— Конечно, мистер Джемс, — возразил Симон Форд. — Но не сравнивайте, пожалуйста, нашего положения с положением моряка, у которого всегда и везде под ногами бездна. Мы здесь находимся на суше, и нам нечего бояться утонуть.

— Не буду огорчать вас, старина Симон, — ответил инженер, — я нисколько не намеревался обидеть новую эберфойлскую залежь несправедливым сравнением. Я хотел только сказать, что мы не знаем, где находимся.

— Под почвой графства Стерлинг, мистер Джемс, — сказал Симон Форд. — И я в этом уверен, как в…

— Слушайте! — прервал его Гарри.

По примеру старого горняка все стали прислушиваться. Изощренный слух шахтера уловил шум, отдаленный рокот. Вскоре то же услышали и остальные. Из верхних слоев массива доносились, хотя и очень слабо, какие-то раскаты, которые то затихали, то нарастали.

Все четверо прислушивались некоторое время, не произнося ни слова. Потом Симон Форд воскликнул:

— Э, клянусь святым Мунго! Разве в Новом Эберфойле уже бегают по рельсам вагонетки?

— Отец, — сказал Гарри, — мне кажется, что это шумят волны, разбиваясь о берег.

— Но мы ведь находимся не под морем, — возразил старый мастер.

— Нет, — ответил инженер, — но вполне возможно, что над нами лежит озеро Кэтрайн.

— Значит, свод не очень толст в этом месте, если шум воды слышен так ясно?

— Да, не очень, — ответил Джемс Старр. — Потому-то эта пещера так высока и обширна.

— Должно быть, вы правы, мистер Старр, — произнес Гарри.

— Кроме того, наверху такой дождь, — продолжал Джемс Старр, — что вода в озере должна подняться наравне с заливом Форта.

— Э, что за важность в конце концов! — возразил Симон Форд. — Угольный пласт не станет хуже от того, что лежит под озером. Уже не в первый раз за углем отправляются под самое дно морское. Если нам придется разведать все недра и глуби под Северным каналом, — что в этом плохого?

— Прекрасно! — воскликнул инженер и невольно улыбнулся при виде энтузиазма старого мастера. — Проведем наши штреки под морскими волнами! Изрешетим ложе Атлантического океана! Пойдем навстречу нашим американским товарищам, прорубая себе путь под океанским дном! Пробьем Земной шар до самого центра, если нужно, чтобы вырвать оттуда последний кусок каменного угля!

— Вы смеетесь, мистер Джемс? — недоуменно спросил Симон Форд.