Все объяснялось. Очевидно, корабль, затерявшись в тумане, сбился с пути и принял пламя, игравшее на вершине замка Дендональд, за огонь Эрвинского маяка. Капитан думал, что находится у входа в залив, расположенный в десяти милях севернее, и несся прямо к берегу, где для него не было никакого прибежища.

Что предпринять, чтобы спасти судно, если еще не поздно? Может быть, подняться на развалины и погасить пламя, чтобы его не принимали больше за свет маяка?

Конечно, так и нужно было бы сделать, и немедленно; но какой шотландец мог бы подумать, а подумав — найти в себе смелость посягнуть на Огненную женщину? Один разве Джек Райан. Он был отважен, и, как ни укоренились в нем предрассудки, они не могли бы остановить его великодушного порыва.

Но было поздно. Среди грохота стихии раздался страшный треск. Корабль сел кормой на мель. Огни его погасли. Беловатая линия бурунов, казалось, сломалась: корабль остановился на ней, опрокинулся на бок и разбился о рифы.

В тот же миг, по странному совпадению, которое могло быть только случайным, длинное пламя исчезло, словно сорванное сильным порывом ветра. Море, небо, берег снова погрузились в глубочайший мрак.

— Огненная женщина! — в последний раз вскричал Джек Райан, когда это непонятное явление, сверхъестественное для него и его товарищей, вдруг исчезло.

Тут мужество, покинувшее суеверных шотландцев перед призрачной опасностью, вернулось к ним перед лицом реальной опасности, — нужно было спасать своих ближних. Разыгравшиеся стихии не пугали их. Обвязав себя веревками, они кинулись на помощь потерпевшему крушение кораблю, обнаруживая теперь столько же героизма, сколько проявляли до этого суеверия.

Черная Индия - image6.jpg

К счастью, спасти людей им удалось, хотя некоторые из спасателей, в том числе и отважный Джек Райан, сильно ушиблись о камни. Но капитан корабля и восемь человек экипажа были доставлены на берег живыми и невредимыми.

Корабль оказался норвежским бригом «Мотала», шедшим в Глазго с грузом леса. Капитан, введенный в заблуждение огнем, пылавшим на башне замка Дендональд, направил судно прямо к берегу, вместо того чтобы войти в Клайдский залив.

Теперь от «Мотала» не осталось ничего, кроме обломков, которые прибой разметал по береговым скалам.

12. ПОДВИГИ ДЖЕКА РАЙАНА

Джека Райана и трех его товарищей, тоже раненных, перенесли на ферму Мельроз, где им немедленно была оказана помощь.

Джек пострадал больше всех, так как в тот момент, когда он, обвязавшись веревкой, кинулся в море, яростные волны швырнули его на риф. Еще немного, и товарищи вытащили бы на берег только его безжизненное тело.

Отважный юноша был принужден пролежать два дня в постели, что его страшно бесило. Однако, когда ему позволили петь сколько угодно, он стал терпеливее переносить свою беду, и веселые переливы его голоса постоянно оглашали ферму. Но в этом приключении он почерпнул еще более живое чувство страха перед всякими гномами и духами, которые любят беспокоить бедных людей, и обвинял их в гибели «Мотала». Невозможно было бы уверить его, что никаких Огненных женщин не существует и что пламя, внезапно появившееся на развалинах, вызвано только физическими причинами. Его товарищи еще упорнее, чем он, держались своего суеверия. По их мнению, Огненная женщина умышленно завлекла «Мотала» на берег, а ее не притянешь к ответственности — это все равно что оштрафовать ураган! Судебные чиновники могут возбуждать преследование сколько им вздумается: пламя не посадишь в тюрьму, неосязаемое существо не закуешь в цепи. И нужно сказать, что проведенное в дальнейшем расследование подтвердило, по крайней мере с виду, такой суеверный взгляд.

В самом деле, судейский чиновник, которому поручили расследовать крушение, явился, чтобы опросить свидетелей катастрофы. Все стояли на том, что крушение было вызвано сверхъестественным появлением Огненной женщины на развалинах замка Дендональд.

Разумеется, правосудие не могло удовлетвориться такими объяснениями. Несомненно, в развалинах произошло нечто вполне естественное. Но было ли это случайностью или злым умыслом? Вот что предстояло выяснить следователю.

Пусть слова «злой умысел» не удивляют читателя. Не нужно углубляться в историю, чтобы найти им подтверждение. Многие грабители судов на бретонском берегу занимались тем, что заманивали корабль на рифы и после его крушения делали между собой добычу. То купа смолистых деревьев, зажженных ночью, заводила корабль в такие места, откуда он больше не мог выйти; то факел, привязанный к рогам быка и движущийся по прихоти животного, обманывал экипаж относительно пути, по которому нужно следовать. В результате подобных козней неизбежно следовало кораблекрушение, которым пользовались злоумышленники. Потребовалось вмешательство правосудия, чтобы уничтожить это варварство. Могло случиться, что и в этом случае преступная рука воскресила старые повадки береговых грабителей.

Так думали полицейские агенты, что бы ни говорили Джек Райан и его товарищи. Узнав о расследовании, люди разделились на два лагеря: одни только пожимали плечами, другие, более робкие, заявляли, что такой вызов, брошенный сверхъестественным существам, наверняка приведет к новым катастрофам.

Тем не менее расследование велось очень тщательно. Полицейские агенты отправились в замок Дендональд и провели там самые кропотливые розыски.

Следователь хотел прежде всего установить, не сохранилось ли на земле следов, которые можно было бы приписать кому-либо другому, кроме духов. Но никаких следов, ни старых, ни позднейших, не обнаружили, хотя земля, размокшая накануне от дождя, сохранила бы малейший отпечаток.

— Следы духов! — вскричал Джек Райан, узнав о неуспехе первых розысков.

— Это все равно, что искать на болоте следы блуждающего огонька.

Итак, первая часть расследований не дала результатов. Невероятно было, чтобы вторая дала что-нибудь большее.

Речь шла о том, чтобы определить, каким образом мог быть зажжен огонь на вершине башни, какие материалы послужили горючим и, наконец, что после этого горения осталось.

Обнаружить следов разжигания огня не удалось: ни обгоревших спичек, ни клочков бумаги найдено не было.

Точно так же не нашли ни сухой травы, ни сучьев, ни поленьев, хотя ясно было, что топлива нужно было немало, чтобы поддерживать ночью столь сильное пламя.

Что касается остатков костра — их тоже нигде не оказалось. Полное отсутствие золы, пепла, углей, головешек, сажи даже не позволяло определить, в каком месте был зажжен огонь. Ни на земле, ни на скалах не было никаких черных пятен. Может быть, кто-либо из злоумышленников держал огонь в руках? Это было малоправдоподобно, так как, по словам свидетелей, пламя было огромное, — настолько, что экипаж «Мотала» мог, несмотря на туман, различить его в нескольких милях от берега.

— Так! — вскричал Джек Райан. — Огненная женщина умеет обходиться без спичек! Ей стоит дунуть, чтобы воздух вокруг нее воспламенился, а золы от ее костра никогда не остается!

Таким образом, следственные власти остались при своих хлопотах, а ко множеству местных легенд прибавилась еще одна, которая должна была увековечить гибель «Мотала» и неоспоримо доказать существование Огненных женщин.

Такой храбрый и крепко сложенный юноша, как Джек Райан, не мог, конечно, долго оставаться в постели. Ушибы и растяжение связок не могли уложить его на большой срок. Ему было некогда болеть. А кому в здоровом климате Южной Шотландии некогда болеть, тот и не болеет.

Итак, Джек Райан быстро поправился. Едва встав на ноги, он решил, прежде чем снова взяться за работу на ферме, выполнить одно свое намерение. Он хотел навестить своего друга Гарри и узнать, почему тот не пришел на Эрвинский праздник.

Со стороны такого человека, как Гарри, всегда выполнявшего свои обещания, это отсутствие было необъяснимым. Кроме того, невероятно было, чтобы сын старого мастера не слыхал о катастрофе «Мотала», подробно описанной в газетах. Он должен был узнать о роли, которую Джек Райан играл в спасении погибавших, о том, что с ним случилось. Почему же он не явился на ферму пожать руку своему другу? Что за невнимание!