— Мы уже об этом забыли, — успокоила его Лешка. — А Александр Федорович сдал свой, вернее, неизвестно чей, пистолет. Надеюсь, вы его ни в чем таком больше не подозреваете?

— Будущее покажет, — туманно сказал Алексей, и Лешке такой ответ не понравился. Она-то и впрямь надеялась, что все их недоразумения остались в прошлом. Выходит, сообщить ему о найденных в столе племянника патронах означало бы только навлечь на голову их друга новые неприятности.

— Ты что, только для этого и позвонила? — спросил Алексей, и Лешка испугалась, как бы он не подумал, что ее настропалил на звонок сам племянник.

— Нет, что ты! Я мороженого в «Камассии» наелась и еще больше заболела. Лежу, в школу не хожу, делать нечего, вспомнился твой телефон, он у тебя простой. Извини, пожалуйста, что отрываю от работы.

— И что, интересно, вас понесло в тот ресторан? — не удержался от вопроса Алексей.

«Значит, ему тоже известно о существовании этого заведения, раз он встрепенулся от одного его названия», — подумала Лешка и небрежно ответила:

— Да так, шли мимо и зашли. Я слышала, что мороженым горло лечат, но мне оно почему-то не помогло. А еще мы на работу к Александру Федоровичу заходили, там много других офисов и магазинов, так почему же вы, кроме него, больше никого не подозреваете?

— С чего ты взяла? — ответил Алексей и тут же быстро добавил: — Сейчас везде столько всяких фирм развелось.

А ведь он проговорился, отметила Лешка. Как же легко она сумела его подловить! И пока Алексей сам этого не понял, быстро перевела разговор на другую тему:

— А как там твой дедушка поживает? Наша Маргарита Павловна уже приехала, скоро будет продукты в его киоске покупать.

— Надеюсь, нормально. Я с тех пор его не видел.

Лешка поняла, что разговор пора заканчивать.

— Ну ладно, извини за беспокойство, я знаю, что тебе время дорого.

— Ничего, звони, — ответил Алексей.

Лешке захотелось потереть руки, как поступал Ромка, когда ему удавалось сделать или вызнать что-то особенное. Сейчас она тоже была чрезвычайно довольна собой. Она узнала все, что хотела. Во-первых, Алексею тоже знаком этот ресторан, значит, Ромка не напрасно следит за «Камассией». Во-вторых, менты тоже интересуются серым домом возле «Кропоткинской» и подозревают не только племянника. Из всего этого следует, что они с Ромкой и Венечкой на верном пути.

А Ромка прибежал с уроков и первым делом, даже без всяких напоминаний, отправился выводить Дика на улицу. И как только он ушел, зазвонил телефон.

— Рома пришел из школы? — спросила мама.

— Да. Он с Диком гуляет. А что?

— Это правда?

Лешка даже обиделась.

— Зачем мне врать?

— Пожалуйста, не говори только, что вы нас с отцом никогда не обманываете! — воскликнула чем-то раздраженная Валерия Михайловна. — Я скоро перезвоню, чтобы убедиться в этом самой.

И когда Ромка привел Дика и, быстро поев, стал собираться в серый дом, чтобы заглянуть в магазин «Комфорт», а также в юридическую консультацию, вновь раздался звонок. И это опять была Валерия Михайловна. Теперь трубку снял Ромка.

— Ты дома? Надеюсь, готовишься к контрольной?

— Как ты догадалась? — невесело отозвался он и, поговорив с мамой, задвинул свою сумку в угол и недовольно проворчал: — Надо же ей было встретить на улице мать Наташки Тихоновой!

Лешка приподняла с подушки голову.

— И что она от нее узнала?

— А то, что в пятницу у нас последняя в этом году и, можно сказать, все решающая контрольная по мерзкой алгебре. По ней будут в табель оценку выставлять.

— Тогда сиди и занимайся. Тем более что пока племяннику ничего не грозит, я это точно знаю. — И Лешка передала брату свой недавний разговор с Алексеем.

Вот и пришлось Ромке, вместо того чтобы искать преступников, просидеть весь вечер дома и решать задачки. Одна надежда, что завтра — ведь это будет уже девятнадцатое число — Валерия Михайловна ослабит бдительность, и он умудрится-таки к пяти часам съездить к ресторану.

Но мама и на следующее утро ничего не забыла и за завтраком предупредила Ромку:

— Чтобы после школы снова был дома! Я и сама буду звонить, и отца подключу.

И Олег Викторович, как назло, ей поддакнул:

— Смотри, а не то я выполню свою угрозу!

Угроза была старая: отключение их от Интернета. Правда, Олег Викторович грозился это сделать вот уже на протяжении двух месяцев, и до сих пор все оставалось на своих местах. Но брат с сестрой все же опасались, что он, хотя бы из принципа, возьмет да и впрямь осуществит свое зловредное намерение.

Глава XIV

Исчезновение племянника

Вот почему, прибежав в четверг из школы, Ромка заметался по комнате, как тигр в клетке. В этот день его преследовали одни неудачи. На перемене он позвонил Венечке, чтобы тот сходил к ресторану один, но у Венечки, как назло, всю ночь болел зуб, и как раз на пять часов мама записала его к стоматологу и сама отпросилась с работы, чтобы его туда сопроводить. А у Славки, их друга и соседа, после уроков была намечена какая-то очередная конференция по истории, и смыться с нее он не мог, так как сам выступал на ней с докладом.

Ромка подошел к компьютеру и с досадой саданул по нему кулаком.

— Может быть, черт с ним, с Интернетом, раз такое дело?!

— Еще чего! — воскликнула Лешка и, вскочив со своего ложа, стала быстро одеваться.

Ромка схватил ее за руку и потащил к дивану назад.

— Даже и не вздумай вставать! Ты больная!

Но Лешка была непреклонна.

— У меня уже нет температуры, я же антибиотики пью. На улице тепло, ветра нет, и прогулка на свежем воздухе мне ничуть не повредит.

— Не надо, пожалуйста, — снова попросил Ромка, но его голос стал менее решительным.

Лешка прекрасно знала, что он не будет долго сопротивляться.

— Я только туда и обратно. Чтобы душа не болела, что мы чего-то не доделали. Сам прекрасно знаешь, что ничего и никого я там не увижу. Хоть Алексей что-то про тот ресторан и знает, но это еще не говорит о том, что, стоя на улице, я что-то в нем высмотрю. Короче, еду туда для очистки совести и чтобы ты не страдал.

— Оно, конечно, так, ежели что, но и обратно же… — произнес Ромка мудреную фразу и перевел: — Мне кажется, в нашем деле нельзя упускать ни единого шанса, тем более что у нас это одна из главных зацепок. Вдруг тебе повезет, и ты наконец увидишь того, кто подстраивает племяннику всякие пакости. Только, Лешк, я боюсь.

— Чего ты боишься?

— За тебя. Что ты еще больше заболеешь. И еще боюсь, что влипнешь в какую-нибудь опасную историю. Сколько уж раз так было. Нет, не могу я тебя отпустить!

Лешка уселась на тумбочку с обувью.

— Тебя не поймешь. То талдычишь, что это наш единственный шанс, то трясешься непонятно из-за чего. Да я туда и не зайду даже! Постою у входа, и то не вблизи, а поодаль, чтобы только душу твою успокоить. Тем более что я уже давно ко всему привыкла. Уж какой страшной казалась та ночь на даче, и ничего, пережили же, как я, так и Венечка.

— Лешк, — наблюдая, как сестра надевает кроссовки, произнес Ромка трагическим голосом, — а вдруг туда явится кто-нибудь из тех, кто знает, что мы с племянником — друзья?

— Ну и что? — не отрываясь от своего занятия, пожала плечами девочка.

Ромка сел рядом и заглянул ей в глаза.

— Ну, мало ли что. Не надо, чтобы тебя там видели. А давай мы тебя загримируем, а?

Лешка выпрямилась.

— И что ты предлагаешь? Учти, мамино старое пальто я надевать не стану и ничего пихать за щеки — тоже. Один раз побыла огородным пугалом — и хватит с меня!

Подобное переодевание понадобилось в марте, когда брат с сестрой выслеживали наркодилеров. Но в то время на улицах было холодно и грязно, и никто не обращал внимания на шапку-кастрюльку на Лешкиной голове и несуразную одежду с чужого плеча.

Тем не менее Лешка отставила в сторону кроссовки и встала, расправив плечи и гордо вскинув голову.