Внутри туннель оказывается освещен. Обычными факелами, хотя я ожидала магсветильников. Из-за постоянного огня, воздуха тут мало, хочется поглубже вдохнуть, а нечем. Плюс ко всему, жарковато и влажно. Запах земли и ржавчины раздражает. Пожилая леди рядом со мной вытаскивает из желтого ридикюля надушенный носовой платочек и постоянно прикладывает его к носу. Подготовилась, молодец. Я же вынуждена вдыхать этот смрад, который, кажется, уже оседает не только во рту, но и в горле.

Лошади испуганно ржут, дергаются. Движение экипажей рваное. Мы то едем, то резко останавливаемся, а потом снова возобновляем движение. Меня начинает мутить. Высунув голову из кареты, зову фальшивого мужа.

— Райвен, забери меня на лошадь, я тут уже не могу.

— Мири, не усложняй и без того поганую ситуацию, — Грозовой отвечает резче, чем я привыкла слышать.

— Райвен, я не шучу, меня сейчас вырвет!

— Возьми пакет, — отвечает, бросая настороженные взгляды куда-то вперед.

— Слушай, ты! Не буду я брать пакет! Или ты возьмешь меня в седло, или я пойду пешком! Я не обязана так унижаться, чтобы все слышали… — замолкаю, сглатывая слюну из-за очередной резкой остановки. — Все, я…

— Подожди, я помогу, — сменяет гнев на милость Райвен, подъезжая к карете, открывая дверцу и помогая мне сесть боком в седло перед ним. — Так лучше?

— Еще не знаю, — отвечаю, стараясь дышать глубоко и спокойно, ненавидя мерзкий вкус железа во рту. — Это невыносимо. Долго нам еще?

— Не знаю. Если бы двигались прежним шагом, то недолго, но ты же видишь, животные напуганы… так что.

Райвен опускает голову и наши глаза встречаются. Я ахаю. У него зрачки вертикальные! И это не очень хорошо. Обычно, мы обращаемся по собственной воле. Но бывают моменты, когда драконья ипостась проявляет себя… и это всегда плохое предзнаменование, показатель того, что человек теряет связь со зверем.

— Райвен, кажется у нас проблемы, — говорю тихонько, чтобы только он слышал.

— Какие? — даже голос его изменился, став грубее.

— Мне кажется, твой дракон бунтует.

— Ерунда, Мири. Мы с моим драконом в стойкой связи едва ли не с пеленок, — отмахивается Райвен.

А я с ужасом наблюдаю, как по его щеке ползет черная чешуя, покрывая сначала виски, а потом и скулы.

— Райвен! Нам нужно срочно выбираться из туннеля! — теперь я уже паникую.

— Перес-с-с-тань, Мири, — говорит Грозовой, и я четко вижу мелькнувший между зубов раздвоенный язык.

Ой, мамочки! Что делать-то?!

— Райвен… — зову потеряно. — Что же делать?

— С-с-сиди с-с-спокойно, Мири! — ладонь, прежде придерживавшая меня за талию, ложится на живот, и я вижу, что вместо ногтей на ней когти.

Вот же ужас! Не приведи боги, он превратится в дракона в узком туннеле! Ма-а-амочкииии! Так, спокойно! Его нужно отвлечь! Как?!

— Что так пахнет? — внезапно спрашивает Райвен и начинает принюхиваться… ко мне.

— Луговые травы и мед. — Бормочет мужчина, прижимая меня к себе все сильнее и зарываясь лицом мне в волосы.

— Лето и солнце, — Райвен почти стонет и урчит. Как большущий кот, только гораздо страшнее.

Сердце колотится в горле. Мне страшно и как-то волнительно одновременно. Внезапно Райвен застывает и его большое, тесно прижатое ко мне тело, напрягается, становясь каменным.

— Здесь опас-с-сно! — шипит он и начинает обращаться.

Это конец!! Недолго думая, я делаю единственное, что мне приходит на данный момент в голову. И что кажется верным.

Хватаю его лицо руками, поворачиваю к себе и прижимаюсь губами к мужскому рту. Мы оба замираем, уставившись друг на друга одинаково круглыми глазами. Я, в шоке от собственной смелости, или глупости, не знаю, что делать дальше.

И в самый критический момент Райвен отмирает, перехватывая инициативу. Его поцелуй — это не то легкое касание, что прежде. Не нежное обещание чего-то сладкого, отчего замирает сердце и разливается тепло по телу. О, нет!

Теперь это голод и жажда. Захват и порабощение. Я не могу ничего сказать, не могу пошевелиться. Мне дозволено только принимать огненные поцелуи и млеть, как дурочке, гореть в огне желания. Внутри меня нарастает какое-то странное чувство, какая-то раздвоенность, разобщенность. Одна часть меня хочет этих яростных поцелуев, а другая — просит прекратить.

И побеждает первая, не менее страстная, чем Райвен. Она отвечает на поцелуи жадно и неистово, а когда накал страстей повышается еще больше, кусает за губу мужчину, а потом зализывает укус!

— Оххх, — раздается мне в губы стон то ли желания, то ли боли.

Именно этот звук приводит меня в чувство. Я вздрагиваю и резко отодвигаюсь, испуганно глядя на потемневшие, но уже с нормальными зрачками глаза Райвена.

— Это что вообще было? — спрашивает он хрипло.

— Понятия не имею, — прикидываюсь дурочкой.

Я просто не в состоянии сейчас признаться, что… Нет, это было какое-то дурацкое помутнение рассудка. Это все туннель виноват! Который, кстати, мы уже проехали.

Дипломатическая миссия благополучно въезжает на территорию человеческого государства. А я с облегчением замечаю, что Райвен пришел в себя и больше не выглядит так, словно вот-вот обернется. Н-да, оказывается, поцелуи иногда могут быть даже полезны…

— Мы можем ненадолго остановится? — спрашиваю у мужа. — Хочу немного размять ноги.

— Хорошо, но недолго, — кивает Райвен, давая всем знак, чтобы остановились.

Не только я с большим удовольствием спускаюсь с лошади и прохаживаюсь. Но и другие леди неспешно бродят по тропинкам, наслаждаясь теплым днем и пением птиц.

Я ухожу чуть дальше, в лес, погрузившись в свои мысли. Все не могу понять, что на меня нашло во время поцелуя. Почему я так… дико себя вела? Как зверь. Ладно Райвен, он был под воздействием остаточной магии туннеля, слегка потерял связь со своим драконом. Но что со мной произошло? Ведь моя драконица спит! И всегда спала.

Получается, что это я себя так вела? Боги! Я бы с удовольствием сейчас поговорила с мамой, услышала ее совет. Эх. Вот тебе и взрослая, самостоятельная жизнь. Сама за все в ответе.

— Мири, — ко мне подходит Райвен. — Ты слишком далеко отошла, это может быть опасно.

— Опаснее, чем в туннеле? — усмехаюсь.

— Я чувствовал себя странно там, — внезапно говорит Райвен. — Словно видел все со стороны. Только когда ты стала меня целовать, начал чувствовать свое тело.

— Эм… я бы предпочла, чтобы ты больше не вспоминал об этом… инциденте, — выдавливаю из себя, чувствуя, как краснеют щеки.

— Почему? Тебе не понравилось?

Невзирая на то, что мне ужасно неловко, я поднимаю голову и смотрю в лицо Райвена. Он шутит, или серьезно? Но, к сожалению, его лицо ничего не выражает. Вообще.

— А что мне должно было понравится. Я испугалась. Тот поцелуй был… спасательной операцией.

— Да? — мне кажется, или звучит с подвохом.

— Да! — отвечаю утвердительно, одновременно со словами отступая от Райвена на несколько шагов, потому что мне не нравится, как начинают блестеть его глаза.

— Так может…

Дослушать я его не успеваю. Мне на голову что-то падает, а потом я слышу знакомое стрекотание, вызывающее во мне дикий ужас.

— Райвен, пожалуйста, скажи, что это… — судорожно сглатываю, — …не белка!

— Ты же говорила, что переборола свой страх, — отвечает мой временный муж, делая ко мне шаг и настороженно наблюдая за зверьком, который копошится у меня в волосах.

— Соврала-а-а-а-а-а!! — все, спокойствие меня покидает.

Я начинаю дергаться, словно в меня попала молния, махать руками, как мельница лопастями и с криками бегать по лесу, пытаясь сбросить белку. За мной следом несется Райвен.

— Мири! Мири! Спокойно, я сейчас… — он хватает большую палку и примиряется к моей голове!

— Ты совсем идиот?! — ору я, чувствуя, что сейчас просто рухну в обморок. — Думаешь, если ударишь меня по голове, я успокоюсь?!

— С чего ты взяла, что я буду бить тебя по голове? — наши глаза останавливаются на палке в его руках и Райвен быстро прячет ее за спину.