— Господин Грозовой, милорд, вам письмо! — едва мы переступаем порог заведения навстречу кидается хозяин, невысокий, вертлявый, хитроглазый мэтр Гранж.

— Спасибо, уважаемый, — я даю ему мелкую монетку, а сам быстро пробегаюсь глазами по конверту. Обычный конверт, какой можно купить в любой почтовой конторе. В отправителях числится некий «господин Фуко». Ничего не говорящая, для непосвященных, фамилия.

Но меня она заставляет насторожиться — под этим именем скрывается не кто иной, как глава Тайной Канцелярии. И если он написал мне лично, значит дело серьезное.

Райвен Грозовой

Забрав у хозяина постоялого двора письмо, ухожу в свою комнату. Только закрыв дверь на замок, вскрываю конверт и читаю короткий текст.

Угу, Глава требует явиться к нему сегодня в шесть вечера.

Смотрю на часы — времени до назначенного часа еще полно. Но тем не менее, собираюсь и осторожно, стараясь никому не попасться на глаза, выхожу из комнаты, а затем и с постоялого двора. Неспешно иду по знакомому адресу, время от времен проверяя нет ли за мной слежки.

Но все чисто, и постепенно я ухожу в свои мысли о том, для чего так срочно мог понадобиться главе нашей службы.

Никто, даже мои родители, не знает, что уже несколько лет, еще со времен учебы в академии, я сотрудничаю с ведомством, занимающимся политической разведкой и безопасностью государства.

В моем послужном списке есть несколько успешных дел, и даже одна награда. Я на отличном счету у Главы…

Но… Всегда есть «но», которое все портит. В моем случае это мой однокашник, выскочка и хитросделанный интриган Леонард Лавски.

Тут я морщусь — Лавски мало того, что без конца меня подсиживает, так он еще и лучший дружок этого Террийского, в которого, как она думает, влюбилась глупышка Мирэль.

Ну ладно, не глупышка! Вообще, голова у сестры моего друга соображает получше многих. Но Мири так верит в то, что все вокруг нее милые и хорошие, что иногда кажется просто наивной дурочкой. Как например в своем стремлении выйти замуж за Кристобаля Террийского. Ну дурость же чистой воды!

Тут я с чего-то вспоминаю то лето, и тот луг, где мы с ней целовались. Перед глазами опять встает ее нежное лицо и пухлые, зацелованные мной губы… Гладкая девичья кожа под моей ладонью. Доверчивый, нежный взгляд…

А, лысый хвост горгульи, нашел, о чем думать в такой момент!

Заставляю себя выкинуть из головы дурацкие мысли и следующие несколько кварталов я иду, размышляя о том, каким способом лучше всего вытащить Мири с отбора.

Желательно так вытащить, чтобы не стать после этого ее личным врагом на всю оставшуюся жизнь. Если учесть, что мы, драконы живем до-олго, то перспектива провести несколько веков враждуя с Мири Туманной — так себе радость.

Хочешь, не хочешь, надо будет как-то хитро извернуться, проворачивая это дело.

Уже на подступах к серому, мрачноватому зданию, где располагается главное управление тайного ведомства мыслями снова возвращаюсь к Леонарду Лавски.

Как ловко он увел у меня из-под носа задание, связанное с людским королевством! Хотя Глава собирался поручить его мне. Но Леонард буквально кинулся к нему в кабинет и принялся убеждать, что то, что моя мама — человек, не позволит мне беспристрастно отнестись к выполнению задания.

Поганец! И так каждый раз, он словно задался целью подкладывать мне свинью, уводя из-под носа самые интересные задания. Несомненно, тот факт, что его дядюшка служит вторым заместителем Главы, очень способствует Лавски в осуществлении его планов.

Ну что же, мне остается только отлично исполнять порученные задания и надеяться, что однажды этот мошенник вместе со своим дядюшкой упадет в им же самим вырытую яму.

— Вам придется немного подождать, лорд Грозовой, — сообщает мне секретарь в приемной. — Глава ждет несколько срочных документов, которые я приготовил. Я закончу и после меня пойдете вы.

С этими словами господин Зольдер забирает со своего стола толстую стопку бумаг и одобрительно кивнув мне, заходит в кабинет начальника.

Оставшись один, я усаживаюсь на стул и некоторое время спокойно дожидаюсь своей очереди. Думаю о Мирэль и моем плане по изъятию ее с отбора. Прокрутив его в голове и так и эдак, не нахожу в нем ни одного изъяна.

Смотрю на висящие над столом секретаря часы — прошло почти полчаса, как он зашел в кабинет. Видимо немало документов потребовало внимания его начальника.

Встаю, чтобы размять ноги, несколько раз прохожусь по приемной из угла в угол. В очередной раз, когда я прохожу мимо двери в кабинет, она вдруг приоткрывается.

До меня доносятся громкие голоса Главы и его секретаря, и то, что я слышу, заставляет меня замереть на месте и превратиться в слух…

— Так вот, Маршалл, у нас появилась прекрасная возможность. Я бы сказал, уникальная возможность…, — голос Главы ведомства слышен так хорошо, словно они с секретарем разговаривают у самой двери в приемную.

Замерев, я стою и не знаю, как мне быть — подслушивать не благородно. Но… Даже если я отойду в самый дальний угол приемной, все равно буду прекрасно слышать через довольно широкую щель в двери.

Единственное, что я могу сделать — это захлопнуть дверь в кабинет Главы Тайной канцелярии. Но… я не имею права делать это. Так что стою неподвижно, и слушаю.

— Что вы имеете в виду? — почтительно интересуется секретарь.

— То, что, мы никак не можем наладить контакт с Вранарионом, людским государством. Их ненависть к драконам просто сверхъестественна. И у меня есть подозрение, что ее кто-то умело разжигает и поддерживает.

— Да, все наши попытки установить дипломатические или дружественные отношения наталкивались на непримиримую агрессию, — соглашается секретарь Маршалл.

— Вот именно! Но! Недавно из Варнариона пришло согласие принять нашу дипмиссию. Она была поспешно сформирована Его Величеством и уже готовилась к отправке. Но тут выяснилось, что лорд Пасификс не имеет возможности возглавить делегацию.

— У него проблемы?

— Еще какие. Он тяжело болен и ближайшие месяцы будет прикован к постели, увы.

— Печально, — бормочет секретарь. — Нужно завтра же отправить лорду письмо поддержки и цветы.

— Обязательно отправьте. Тем более, что его… самочувствие открывает для нашего ведомства широкие перспективы. Я обговорил этот вопрос с королем. Главой миссии в людское государство поедет наш ставленник. И у меня уже есть кандидатура, — в голосе Главы слышно явное довольство.

После этих слов в моей душе вспыхивает радостная надежда — наверняка эта кандидатура я! Иначе, зачем Главе вызывать меня к себе личным письмом, да еще так срочно.

Наконец-то, мне поручают серьезное дело, а не всю ту мелочь, которой мне приходилось довольствоваться до сих пор!

— И кто же он? — интересуется секретарь. — Осмелюсь предположить, что это может быть… эм-м… юный лорд Райвен Грозовой? Лучше его и не найти, мне думается.

Я гордо распрямляю плечи — совершенно согласен с этой точкой зрения.

— Да, молодой Грозовой во всех смыслах был бы лучшей кандидатурой, но…, — в голосе Главы звучит сожаление. — Но он не подходит по одному из самых важных параметров. Поэтому я вынужден выбрать на эту должность Леонарда Лавски. Он почти так же хорош, как Грозовой. Кстати, он еще не прибыл? Я отправлял ему письмо с приказом немедленно явиться.

— Лорд Грозовой уже здесь, ожидает в приемной, — почтительно сообщает секретарь.

— Так пусть заходит.

— Мой Лорд! — оказавшись в кабинете, я отдаю честь Главе. Стараюсь держаться спокойно, но в душе кипит бешенство — опять этот Лавски пытается обойти меня! Что у него есть такого, чего нет у меня?! Что позволяет ему занять должность, по праву принадлежащую мне?!

— Простите, Лорд, я невольно слышал ваш разговор с господином Маршаллом. По поводу делегации в человеческое государство…, — говорю, спокойно глядя в холодные серые глаза Главы.

— Я уверен, что лучше меня нет кандидатуры на должность главы дипмиссии. Моя мама — человек, и я хорошо знаком со многими людскими обычаями. Уверен, мои знания будут способствовать налаживанию дружеских отношений с правителем Варнариона.