— Может, стоит их как-нибудь отвлечь? — предложил я, прикидывая варианты, — Создай иллюзию в другой части склада, чтобы выманить часть народа отсюда. А с остальными разберемся по-быстрому.

— Ну уж нет! — запротестовала Настя, сердито топнув ножкой, — Это долго и ненадежно, у меня не хватит сил на еще одну сильную иллюзию.

— Да сильную-то и не нужно, создай хоть какую-то для отвлечения.

— Тогда у меня силы на обратный путь может не хватить!

Мы принялись шепотом спорить, перебирая различные способы проникновения — от банального вышибания двери до экзотического влезания через вентиляцию.

Но в какой-то момент я вдруг с холодком осознал — рядом стало подозрительно тихо. Словно одна вредная богиня куда-то запропастилась. Мы с Настей одновременно вскинули головы и огляделись. Айсштиль и след простыл!

В этот самый миг голоса лаборантов за дверью оборвались на полуслове, будто кто-то резко выключил звук. А затем раздался до боли знакомый высокомерный звенящий голосок:

— Узрите Величие Зимы, смертные! Склонитесь пред истинной Королевой льдов!

Ох, блин! Кажется, одна снежная дурында не утерпела и ринулась в бой без нас. Из-за двери донесся истошный свист пурги, завывание ветра и зловещий треск льда. Судя по воплям, Айсштиль от души врубила морозилку на полную катушку…

Мы с Настей ошарашенно переглянулись. Вот ведь… Снежная Королева, чтоб ее за ногу! А я-то, наивный, понадеялся на хладнокровие и взвешенность Айсштиль. Ага, как же! Знал ведь, что перед ценной добычей она здравый смысл напрочь теряет. Специально ж брал ее на операцию, а не юную и порывистую Эмми. Но, видать, жадность оказалась сильнее осторожности.

Что ж… делать нечего. Офигев от выкрутасов нашей ледяной примадонны, мы с Настей не сговариваясь ломанулись в лабораторию. Покров невидимости на ходу слетел с нас. Ну и пофиг. Все равно скрытность уже накрылась медным тазом.

Ворвавшись внутрь, мы оказались в просторном светлом помещении, до отказа забитом научной аппаратурой — микроскопами, центрифугами, криокамерами и прочей технической мутью, которую так любили современные люди. Под потолком истерично мигали лампы.

А в центре лаборатории бушевала ледяная буря, щедро сдобренная снежной крупой и ледяными иглами. В эпицентре беснующейся стихии вихрем кружилась Айсштиль — яростная, прекрасная и безжалостная. Ее серебристо-белые волосы разметались по плечам, глаза горели холодным голубым огнем. Одной рукой богиня швыряла в противников ледяные копья, другой возводила ледяные стены, не подпуская к себе.

Лаборанты, застигнутые врасплох ее атакой, отчаянно сопротивлялись. Двое Одаренных, окутанные мерцающими покровами, швыряли в нее огненные шары и силовые импульсы. Обычные люди палили в нашу сторону из табельных пистолетов и даже умудрились запустить парочкой колб и склянок с подозрительным содержимым.

Настя, в два прыжка очутившаяся подле богини, ловко заарканила пару нападающих духовным лассо. Я рванул на подмогу к ним, на ходу обнажая Лезвие Бездны.

Но тут я краем глаза уловил, как седовласый Палыч трясущейся рукой тянется к большой красной кнопке на стене — видимо, сигнализации или тревожной кнопке. Ну уж нет, фигушки! Одним стремительным броском я очутился рядом и с размаху всадил кинжал в панель. Брызнули искры, полыхнуло пламя — и кнопка, обиженно хрюкнув, испустила дух. Электроника откровенно сдохла, не выдержав экстремальных нагрузок и низких температур.

«Отлично, теперь подкрепления можно пока не опасаться!» — мысленно возликовал я. И, развернувшись, с головой ринулся в потасовку.

А схватка набирала обороты. Айсштиль, поливая врагов ледяной магией, теснила их к стенам. Настя ловко лавировала между столами, опутывая лаборантов паутиной иллюзий и глюков. Обычные люди уже выбыли из строя — кто примерз к полу, кто в ужасе забился под стол. Но вот два Одаренных лаборанта оказались куда более стойкими.

Один из них, щуплый очкарик в залатанном халате, неожиданно резво отпрыгнул в сторону и, вскинув руки, сформировал перед собой мерцающий полупрозрачный щит. Самоходные колбы и реторты с живительными эликсирами, повинуясь его воле, запорхали над столами и ринулись в атаку, грозя окатить нас своим содержимым.

Второй оказался еще хуже — огромный, как шкаф, детина с бычьей шеей и налитыми кровью глазами. Зарычав не хуже настоящего быка, он выставил вперед огромные кулачищи и ломанулся живым тараном, сшибая с ног лабораторные столы.

— Настя, Ася, умник на вас! — гаркнул я, перекрывая грохот битвы, — Мордоворот за мной!

Настя молча кивнула и, сосредоточившись, окружила себя и нас с Айсштиль слоем мерцающего защитного купола. Подлетающие колбы и склянки разбивались о него, не причиняя вреда.

Хм… а девочка-то растет! Тренировки даром не проходят.

Я же, перехватив Лезвие Бездны обратным хватом, метнулся навстречу бычаре. Тот, напрягая мышцы, попытался смять меня массой, но я увернулся, пропуская его мимо. И что есть силы саданул рукоятью по бычьему загривку. Верзила охнул, пошатнулся и рухнул на колени. Его взгляд помутнел, а защитный покров ослабел. На его руках тут же появились тяжелые оковы из льда, вырастая прямо на глазах.

Тем временем Айсштиль и подтянувшаяся к ней Настя слаженно наседали на очкастого заклинателя. Тот трясся мелкой дрожью, но щит из последних сил удерживал, закусив губу до крови.

Пришлось мне снова вмешаться. Я запрыгнул на стол и, оттолкнувшись, в длинном прыжке разрезал щит Лезвием. После чего зашел парню за спину и заломил ему руки. Щит моментально схлопнулся, парень обмяк в моей хватке. Айштиль тут же спеленала его по рукам и ногам сверкающими лентами из инея.

И тут один из лаборантов, лежавший ничком на полу среди осколков колб и склянок, вдруг зашевелился. Его рука скользнула под полу измятого халата и выудила оттуда компактный пистолет.

Никто из нас не успел среагировать — грянул выстрел. Резкий звук разорвал какофонию битвы, эхом прокатился под заледеневшими сводами помещения. Я похолодел, осознав, куда был направлен ствол — прямиком в сосредоточенную на сражении Айсштиль!

Время будто замедлилось. Я видел, как пуля чертила в воздухе смертоносную траекторию, неумолимо приближаясь к богине. Как широко расширились ее глаза, когда она наконец осознала опасность. Как метнулось вперед гибкое тело Насти, пытаясь закрыть подругу собой…

*БАХ!*

Настя врезалась в Айсштиль всем корпусом, отшвыривая ее в сторону. Пуля просвистела в миллиметре от богини, лишь слегка полоснув по ее плечу.

Я, рыча от ярости, в два прыжка очутился возле стрелка. Коротким хлестким ударом вырубил его, впечатал затылком в пол. Из ослабевших пальцев выпал пистолет, бессильно стукнувшись о кафель. Сам стрелок обмяк, потеряв сознание. Даже если очухается — больше не рыпнется.

Тяжело дыша, я обернулся к девчонкам. Настя уже вскочила на ноги, что-то встревоженно лопоча. Айсштиль медленно поднималась с пола, держась за плечо. Меж ее белоснежных пальцев струилась серебристая жидкость, божественная кровь.

— Айс, ты цела⁈ — выдохнул я, кидаясь к ней. В груди тугим комом ворочался страх — а если б не Настя? Если б пуля угодила богине в сердце или голову? Проклятье, да я себе не прощу, если с ней что случится!

— Цела-цела, Эстро, — процедила Айсштиль сквозь зубы. На ее точеном лице застыла гримаса боли и досады, — Задело по касательной, скоро заживет. Вот же ж шустрый смертный выискался, тварюга!

Она с ненавистью покосилась на бесчувственного лаборанта. В ее глазах плескалась ярость вперемешку с жаждой расправы. Похоже, богиня всерьез подумывала покарать нахала самолично.

— Ах ты тварь ничтожная! — взвизгнула она, и глаза ее опасно заполыхали, — Да я тебя на снежинки распылю! В прах ледяной обращу!

Кажется, Айсштиль всерьез намеревалась привести угрозу в исполнение. Сотканная из снега и льда рука поднялась для сокрушительного удара, ногти на глазах удлинились до состояния острых сосулек… Но тут вмешался я.