Выжившие со всех ног бросились прочь, спотыкаясь на обломках. Кое-кого из раненых подхватили и волокли товарищи. А монстр злобно ревел им вслед, но почему-то не преследовал. То ли струсил без лапы, то ли прикидывал, куда ему лучше двинуть.

Тяжело дыша, я повернулся обратно к Вадиму. Тот уже стоял на ногах, зажимая бок. Пошатываясь, он отступил на пару шагов.

Он изумленно вскинул брови, не сводя с меня пристального взгляда. Похоже, мой поступок его сильно озадачил.

— Ты зачем их спас? — хрипло выдавил он, — Мог бы меня добить. Победа была у тебя в руках!

Я мрачно усмехнулся, утирая пот и кровь со лба. Покосился на монстра, который ковырялся в завале, выискивая новую жратву. Потом снова посмотрел на Вадима.

— Сейчас не время мериться письками. Ты разве не видишь, что происходит? Если это исчадье продолжит жрать и расти, скоро не то что от склада — от города камня на камне не останется!

— Говоришь так, будто эта тварь тебе не по душе, — криво ухмыльнулся Вадим, — А сам ведь ее и породил… Ты вообще человек?

Как же хорошо, что иллюзия Насти до сих пор работала, и моя благородная рожа еще не спалилась.

— Знаю… — процедил я, — Косяк вышел. Не рассчитал дозу и понеслась душа в рай. Зато теперь отчетливо понимаю: надо эту тварь останавливать. Причем быстро! Пока она не эволюционировала во что-то совсем непотребное…

Вадим скривился, посмотрел на монстра. Тот как раз дожевывал арматурину, причмокивая и булькая. Мерзкое зрелище.

— Допустим… — неохотно процедил Вадим, — И что ты предлагаешь? Вряд ли наша совместная атака эту тварюку впечатлит.

Я сосредоточенно потер подбородок, прикидывая варианты. Прикрыл глаза, пытаясь нащупать хоть какие-то знания в глубинах памяти. Помнится, в далекой древности мы, будучи молодыми богами, весьма неплохо убивали Титанов при помощи…

— Короче, есть одна идейка… — медленно проговорил я, — Но придется поработать в команде. Слушай сюда…

Быстро я обрисовал свой замысел. Вадим слушал, сдвинув брови и напрягая желваки. Периодически кивал, явно просчитывая все в уме.

— Рискованно… — пробормотал он, — Но может сработать. Фиг с тобой, давай попробуем! Только смотри, без фокусов!

Я криво усмехнулся.

— Замётано. Сейчас нам не до подстав. Значит так, по моей команде…

Мы с Вадимом ринулись к монстру с двух сторон. На бегу сплетали пальцами хитрые печати, между нашими пальцами струилась энергия.

Пылающие печати засияли в воздухе, впиваясь в бурлящую плоть чудовища. Тварь взревела, забилась, пытаясь стряхнуть жгучие оковы. Но тщетно!

— Давай, жми! — заорал я, усиливая напор.

Вадим зарычал, вкладывая всю мощь в заклятье. Я чуть не вывернулся наизнанку, вплавляя печати в крутящееся месиво щупалец, пастей и отростков.

Монстр взвыл так, что у меня едва не лопнули барабанные перепонки. Его плоть затрещала, вспучиваясь пузырями и плавясь. Печати вгрызались все глубже, накачивая тварь потоками очистительного огня.

Когда туша чудовища забулькала и обмякла, я заорал Вадиму:

— Давай! Со всей дури!

Мы одновременно сложили последнюю печать и ударили ладонями в пол, активируя все печати разом.

Вспышка! Рев! Чудовищный протуберанец пламени взметнулся к небу, испепеляя изнутри обездвиженного монстра. Жуткая туша забилась в титанической агонии.

Я отшатнулся, мне едва не опалило брови. Вадим тоже отпрыгнул, зажимая уши.

Монстр корчился все яростней, непрерывно меняя облик, выпуская бесчисленные отростки, сшибающиеся в безумном танце боли. Его плоть пузырилась и лопалась, являя взору исполинский скелет.

А потом все стихло. Истерзанная туша застыла грудой оплавленных костей и ошметков плоти. От нее поднимались струйки удушливого дыма. Обломки перекрытий вокруг были залиты черной вязкой кровью вперемешку с голубым ихором.

Последние искорки пробежали по дымящимся костям и угасли. Все, конец! Монстр был повержен! От проклятой твари не осталось даже праха — лишь горстка пепла на ветру.

Я перевел дух и опустил руки. Колени дрожали, перед глазами плясали круги. Голубая кровь ящеров во мне немного успокоилась, но это было еще не все… впереди меня ждет жесткий отходняк. Но пока есть еще немного времени, прежде чем меня накроет не по-детски.

Повернулся к Вадиму. Тот стоял, упершись ладонями в колени, и шумно дышал, раздувая ноздри.

Наши взгляды скрестились.

На миг, на один лишь краткий миг, между мной и Вадимом промелькнуло что-то вроде взаимопонимания. Почти уважения от сознания общей победы.

А может быть мне показалось.

Мы стояли посреди руин, тяжело дыша и глядя друг на друга. Адреналин боя постепенно отпускал, в голове немного прояснялось.

— Знаешь, — медленно произнес Вадим, — Не знаю, кто ты… Но такого я не ожидал…

— Какого «такого»? — устало спросил я, утирая пот со лба.

— Ну, что ты полезешь спасать людей. Врагу руку помощи протянешь, — хмыкнул Вадим, — Ты из благородных?

Я невесело усмехнулся:

— Обязательно нужно быть благородным, чтобы кого-то спасти?

— Некоторые так и думают, — фыркнул Вадим, — Новое поколение больше любит работать кулаками, чем извилинами. А ты из него, судя по манере речи…

— Возможно, — я криво ухмыльнулся, разминая ноющие плечи, — Может быть, дворянам и правда стоит хоть иногда разговаривать, а не только морды друг другу бить. И нам с тобой в том числе.

Вадим озадаченно приподнял бровь:

— Ты сейчас серьезно? Предлагаешь типа перемирие, что ли?

— Ну, это громко сказано, — я неопределенно пожал плечами, — Скорее, небольшую передышку.

Тот задумчиво хмыкнул, разглядывая дымящиеся руины. Потер подбородок.

— Не буду врать, сам порядком заколебался, — пробурчал он нехотя, — Ты чертовски неудобный противник… Только вот долг мой велит немедленно схватить тебя и доставить перед очи светлейшего князя…

— Мы оба сейчас слишком слабы и не способны продолжать бой.

— Говори за себя!

На какое-то время возникла напряженная пауза. Мы с Вадимом внимательно смотрели друг другу в глаза, ведя дуэль взглядов.

Он скривился, будто раздумывая. Сплюнул под ноги и процедил:

— Фиг с тобой, допустим. Но это ничего не меняет, ясно? Мы по-прежнему враги. И будем ими, хоть тресни.

Я грустно улыбнулся и кивнул:

— Понимаю.

— Понимает он… — буркнул Вадим. Посмотрел на меня, прищурившись. Протянул руку, — Ну что, по рукам, что ли? На сегодня замиряемся.

Я ухмыльнулся и пожал протянутую ладонь. А левой рукой, будто невзначай, легонько ткнул несколько точек у него на предплечье.

Вадим охнул, его глаза расширились. Ноги подломились, и он рухнул на колени, судорожно царапая бетон.

— Ты… ты че творишь, гад⁈ — просипел он, тщетно пытаясь пошевелиться. Тело не слушалось, словно налившись свинцовой тяжестью.

Я сочувственно развел руками и ухмыльнулся:

— Прости, приятель. Ничего личного. Но сам понимаешь — не могу рисковать. Мало ли, что ты еще удумаешь. Слово аристо, оно такое — сам дал, сам забрал обратно…

— Т-тварь… — прохрипел Вадим, тщетно борясь с параличом, — Я так и знал, что ты че-нить выкинешь! Ни на миг нельзя тебе доверять!

Я только усмехнулся, разглядывая замысловатую печать, тускло мерцающую на его предплечье. Та самая хитрая закорючка, что я успел незаметно поставить, пока втирал Вадиму про наш план-капкан.

Древняя ментальная техника, позволяющая парализовать противника одним прикосновением. Конечно, если перед этим подготовить почву специальной печатью. Один из многих трюков, что я освоил за века скитаний в телах смертных.