- Вспомни какую-нибудь самую примитивную песню из репертуара К-поп. – Говорит по русски Рыжик. – Я чую, здесь это будет супер шлягер! Такое убожество, что мы с тобой посмотрели, любой наш кавер переплюнет.
Меня в эту минуту посещает одна мысль.
- Слушай, Ха На! А на японском можно спеть? – Спрашиваю я. – Я не знаю, ведь война была…
- Да хоть на китайском! – Возбуждается девушка. – Главное, чтобы этого никто и нигде не слышал, и не показывал!
- Ты что-то нашла? - Спрашивает Рыжик.
- Нас пятеро. И как раз этих ниппошек из припомнившегося мне ролика тоже пятеро. И песенка довольно лёгкая. Я сейчас слова запишу и мелодию вспомню. Танец там тоже лёгкий. Ха На, а когда надо выступать?
- Через неделю.
- Успеем подготовить! Звони своей подруге. Пусть кинет клич среди студентов дать не нужные им, но полезные для нас пакеты знаний. Будет ей песня. Маша, продли на две недели аренду ангара.
- Сейчас.
К утру я вспомнила и записала музыку и слова. Я даже не знала название этой группы из японского J-попа, но вот песенку воспроизвела.
Помогла мне в этом, как ни странно, наша мобильная медкапсула. Ким Хо Сук сказала, что для расширения сознания можно применить этот мобильный девайс. Если человек что-то когда-то видел или слышал, это быстро вспомниться в режиме капсулы «Ментоскопия», а ручной искин перепишет воспоминание прямо из мозга, но для этого он должен получить разрешение хозяина. Так я и сделала. К утру получила клип, с которого Алиса переписала слова, движения танца и музыку. Потом мы с искином это разъединили, чтобы выдать за собственное произведение.
https://www.youtube.com/watch?v=gtIgVyd7TF8 (Который из…)
На разучивание текста у нас ушёл один день, ещё четыре дня на танец. И к моменту выступления в университете мы были готовы. Нам помог и тот факт, что все аристократки могут тут хорошо танцевать – их этому обучают с детства. Вот голоса пришлось корректировать с помощью искина.
Если у Ха На, Маши и меня с этим было всё в порядке, то у остальных двух девчонок голоса были слабые. Благодаря Алисе и Жене, которую тоже подключили к созданию шоу, удалось исключить это несоответствие тембров и прочего. Одновременно я вспомнила и записала с помощью Алисы песню японской группы АКБ48 «Дай мне огня!».
https://www.youtube.com/watch?v=SuhiIItERLo
Девочкам понравилось, что есть варианты на японском и английском языках (Корпоративная республика, союзник Корейской империи, в этой вселенной, говорила на английском). Плюс ко всему, тут не надо было учить танец - его в клипе, который я вспомнила просто не было.
Ни мы, ни наши вассалы не были музыкантами. И подготовленные нами песни вряд ли понравились бы нашим фанатам в другой вселенной, откуда мы сюда прилетели. Но на фоне здешней музыки они выглядели довольно прилично. И это подтвердило наше выступление перед двумя тысячами студентов. Здесь, правда, нам цветов не дарили, но хлопали долго.
За каждое место студенты дали ненужные им пакеты знаний по космической технике, её сборке и наладке. Были и пакеты о управлении дроидами, программировании, использовании стандартных блоков программ для нестандартного применения роботов в сложных условиях ремонта корабля в космосе и многое другое. Попалась и пара пакетов знаний по медицине. Были пакеты для техников и инженеров.
Потом мы два дня сортировали весь этот заработанный набор. Кстати, сам пакет знаний, в зависимости от объёма, был окрашен в определённый цвет. Похож пакет был на шестигранный карандаш с остриём на одном из торцов. Этим острым концом его и подключали к ридерам. связанным с обручами через кожу человека или вставляли в специальное гнездо на корпусе медкапсулы. Пакеты знаний можно было передать другому человеку или продать, когда студент у они уже были не нужны. По цветовой гамме млегко определялась профессия, к которой относился данный пакет:
- зелёный "карандаш" - медицина,
- синий карандаш - инженерия,
- жёлтый "карандаш" - технические специальности,
- голубой "карандаш" - пилотирование и так далее.
Объем закачанной информации и умений по той или иной специальности определялся по окрасу плоского торца такого "карандаша". Например:
- красный цвет - записано десять процентов учебного курса,
- жёлтый цвет - двадцать процентов,
- зелёный цвет - половина курса,
- белый цвет - полный курс.
Для изучения всего этого студенты тратили в ВУЗе шесть лет. Наша медик сказала, что им не дают воспользоваться медкапсулой, которая ускорят процесс запоминания и осмысления знания в несколько раз. Так, шестилетнюю программу обучения можно пройти за год в медкапсуле, без использования специального генератора ментальных волн. Если же применить такое устройство, то всю программу можно пройти за три месяца. Но это не всем под силу. Тут должно быть соответствие с геномом Истинных более 95%.
Значит, это только для меня и Маши. Другим девчонкам надо будет учиться по году. Наша медик нам говорит, что обучение длиться реально не год, а дольше. Задержка происходит из-за того, что в медкапсуле можно лежать не более двадцати восьми календарных суток, а потом нужен пятнадцатисуточный отдых, иначе половина выученного просто улетучится – мозги это не примут.
Но и это ещё не всё. Нужно тестирование по выученному материалу, а затем и практика, хотя бы на голографическом тренажёре. Только после этого можно получить специальный значок, подтверждающий квалификацию проверяемого. Эту операцию проводит любой искин корабля, классом выше фрегата.
- Но у нас челнок, поэтому нам придётся искать соответствующий искин на любом действующем звездолёте. - Грустно говорит Хо Сук.
- Хальмони, ты сможешь провести наше тестирование и дать нам соответствующие значки по специальностям? - Обращается к искину Маша.
- Да, хозяйка! Я - мобильная версия искина линкора "Звезда Кореи".
Наши вассалы застывают с отвалившимися челюстями.
- Но как у вас на челноке оказался такой дорогой искин? - Удивляется Дже Хва.
- Наследство! - Коротко бросаю я, увидев, что Маша немного растерялась.
- Извините, принцесса, за неуместный вопрос! - Склоняется в поклоне Дже Хва.
- Ничего, но в следующий раз немного подумай, прежде чем интересоваться у нас что и откуда мы достали! - Бросаю я девушке. Она заметно бледнеет и втягивает голову в плечи.
На следующий день выяснилось, что долго оставаться на станции опасно. Вон, уже послали в ту сторону, где взорвался линкор с Ворчуном, целых пятнадцать дронов. Об этом мы случайно узнали от подруги Ха На – её мать работает диспетчером на «Пусане» и знает, что и куда улетело или откуда прилетело.
Мы здесь сидим уже неделю. Ещё можем пробыть восемь дней. Дже Хва посчитала, что сутки дронам нужны, чтобы достигнуть точки взрыва, неделю, чтобы они выяснили его причину. Значит, точно, нельзя задерживаться более восьми дней. И надо побыстрее сматываться.
Правда, наша техник сказала, что если не найдут никакой детали, то выяснить, что рвануло, проблематично. Но лучше не рисковать.
Мы сделали вид, что этот взрыв и посылка дроидов ни меня, ни Машу абсолютно не волнуют. Ну узнали новость и узнали, чёрт с ней…
В столицу не полетишь. Может есть место, где можно год или два переждать, так, чтобы никто нас не искал? Надо спросить у девочек, они лучше нас знают космос…
- Да… – Пригорюнились мы с Машей. - И где нам находится всё время учёбы?
- Джин, у ангара стоят представители власти, открыть? – Хальмони передала мне картинку. Двое типичных корейцев в костюмах службы безопасности станции уже достали какой-то аппарат…
- Открой, Хальмони! - Приказываю я.
Удивлённые полицейские смотрят на открывающуюся дверь, а затем входят к нам.
