Она посмотрела мне в глаза и пару мгновений помолчала. Затем отвела взгляд.

— Извините, — нехотя произнесла она. — Буду следить за собой.

Не то чтобы искренне, но уже кое-что.

Я кивнул, и она удалилась в дальний закуток регистратуры. А я вдруг обнаружил, что всю сцену с интересом слушали все сотрудницы. Чуть ли не с раскрытыми ртами.

Вышел из регистратуры, и на половине пути к кабинету меня догнала Виолетта.

— Вызов вы добавили, я видел, — сообщил я ей.

— Я не по этому поводу, — торопливо зашептала она. — Вы лучше с Ангелиной Романовной не ссорьтесь.

— С кем? — не понял я.

— Ну, с Алиевой, — Виолетта воровато огляделась по сторонам. — Ходят слухи, что она любовница нашего главврача. Вы понимаете, что это значит?

Это объясняет, почему она выглядела такой удивлённой, да и ведёт себя так вальяжно.

— Да мне всё равно, чья она любовница, — усмехнулся я. — Это не даёт ей право разговаривать со мной в таком тоне.

— Но… — попыталась возразить Виолетта.

— Спасибо за заботу, но меня не волнует личная жизнь ни Власова, ни Алиевой, — мягко добавил я. — Субординацию она всё равно должна соблюдать. А теперь извини, мне на вызовы ехать надо.

Виолетта с сомнением кивнула, но больше спорить не решилась. Побежала назад к регистратуре, а я пошёл в свой кабинет.

Там меня ждал новый сюрприз. Прямо за моим столом сидела женщина, внешне ну очень похожая на Алиеву. Светлые волосы, правда, выглядевшие более натурально. Высокая, стройная. С губами, накрашенными ярко-красной помадой.

Она вальяжно закинула ногу на ногу и молча посмотрела на меня.

— Добрый день, — для начала решил поздороваться я.

— Агапов? — проигнорировала она приветствие. — Собирайтесь. Поедем к психу.

…чего?

Я стоял на пороге собственного кабинета и с интересом смотрел на незнакомую женщину, которая развалилась в моём кресле так, будто это была её личная территория.

— Прошу прощения, но вы вообще кто? — поинтересовался я.

Конечно, прошлый Саня мог быть с ней и знаком. Но мне уже до чёртиков надоело играть в это вечное «угадай человека». Всё, не знаю я её, и точка.

Она прошлась по мне холодным взглядом, в котором так и сквозило презрение.

— Власова Карина Владимировна, — отчеканила она. — Психиатр. Пора бы уже знать это, Агапов.

Фамилия как у главврача. Явно это не простое совпадение, тем более она выделила её тоном.

И внешний вид очень похож на Алиеву. Видимо, у Власова один определённый вкус в женщинах.

— Очень приятно, — я подошёл к столу. — Но всё-таки мне непонятно, что вы делаете в моём кабинете на моём рабочем месте.

Лена наблюдала за всем разговором с выпученными от ужаса глазами. Кажется, её эта ситуация заставляла нервничать.

— Жду вас, очевидно, — ни на процент не смутилась Власова. — Вы же теперь ведёте участок номер пять?

— Я, — подтвердил я.

— Тогда собирайтесь уже, — заявила Карина. — Нам надо ехать к психу. На вашем участке давно не велась работа с психически больными, и пора это уже исправлять.

Что у меня сегодня за день стычек с женщинами главврача? В календаре его так и отмечу.

— Всё-таки уступите мне моё место, — решительно сказал я.

Та насмешливо скривила губы, но всё-таки грациозно поднялась с моего места. Пересела на стул.

Я автоматически обратил внимание, что выглядит она роскошно. Да и одета в красивый брючный костюм, а не в джинсы со свитерами, как большинство сотрудников.

Она уселась на стул для посетителей, картинно закинула ногу на ногу. Маленькая победа. Не люблю, когда распоряжаются в моём кабинете, хоть это и жена главврача.

Я уселся на своё место, заглянул в вызовы.

— Во-первых, у меня запланированы свои собственные вызовы, — заявил я. — Во-вторых, никто не предупреждал меня о психически нездоровых пациентах.

— Во-первых, — передразнила она меня, — ваши вызовы подождут. Психиатрия — это приоритет. Во-вторых, если вам никто не говорил, то это ваша проблема, а никак не моя. Читать должностную инструкцию и разбираться с участком — это ваша прямая обязанность. Я просто пришла помочь исправить недоработки, по своей доброте душевной.

Не выглядит она как человек, у которого есть душевная доброта. Вообще ни разу.

В каждом жесте читалось высокомерие, привычка командовать, не спрашивая. И полная уверенность в своей правоте.

— Раз вы психиатр, то психически нездоровые пациенты — это ваша головная боль, — парировал я. — Признаю, участковый терапевт должен быть в курсе, что на его участке таковые имеются. Однако отвечает за них всё равно узкий специалист. Это всё-таки не гипертоники.

Она встретилась со мной взглядом, и на пару секунд у нас состоялся зрительный поединок.

— Итак, пациент, — резко перевела она тему. — Ковалёв Александр Петрович, пятьдесят восемь лет, параноидная шизофрения. Живёт один. Соседи пожаловались на его странное поведение, кричит, занавешивает окна. Мне поручено к нему съездить. Это ваш участок, ваша ответственность, так что вы поедете со мной.

Говорила так, будто делала мне одолжение. Хотя я уже смекнул, что работа эта действительно её. Просто по какой-то причине она не хотела ехать одна.

— Документы, карта, анамнез? — спросил я.

— У меня всё с собой, — махнула она рукой. — Мы поедем или вы ещё час будете тянуть?

— Я съезжу с вами, — теперь уже я перенял этот тон, будто делал ей одолжение. — Встречаемся через пятнадцать минут у входа в поликлинику.

Карина грациозно встала и вышла, покачивая бёдрами как на подиуме. Запоздало обратил внимание на величину её каблука. При её высоком росте сейчас она еле в дверь прошла. Это зачем вообще так?

— Саш, ну ты даёшь! — выдохнула Лена, когда дверь закрылась. — Это же жена главврача! Главная мегера и истеричка тут.

— А ты-то откуда знаешь? — усмехнулся я. — У тебя только-только стажировка к концу подходит.

— Да уж выяснила, — отмахнулась Лена. — В общем, в Аткарске психиатрическая больница есть, и Карина Владимировна там работает. Ведёт строгий учёт по участкам. Свою работу любит, но вот характер у неё тот ещё…

— Очень полезная информация, — усмехнулся я. — Это я и так понял. Но в чём-то она права, как-то неправильно, что мы не составили список наших психически больных. Я понимаю, что отвечает за них она, но нам тоже надо быть в курсе.

— Да, руки не дошли, — виновато признала Лена. — Это у меня есть в списке дел, я просто на потом отложила. Всё сделаю. А вы не боитесь?

Я как раз заканчивал сборы на вызовы, и вопрос Лены меня застал врасплох.

— Чего не боюсь? — удивился я.

— Ну как, к психу этому ехать, — поёжилась медсестра. — Мало ли, что он там вытворит.

— Ничего, Карина Владимировна его быстро утихомирит, — отшутился я. — Всё, я поехал!

Вышел из кабинета и отправился на выход. Карину Владимировну пришлось ждать ещё минут десять. Думаю, копалась она тоже чисто из вредности.

Наконец появилась. В белоснежной шубе и таких же белых сапогах.

— Поехали? — усмехнулся я.

— Не привыкла я к казённым машинам, — фыркнула Власова. — Мужчина, вы нас лучше на моей свозите.

Она протянула удивлённому Косте ключи от автомобиля. Тоже белого, кстати, и явно дорогого. Костя, явно не ожидавший от сегодняшнего дня подобных сюрпризов, послушно кивнул. Приоткрыл ей дверь пассажирского сидения, Карина гордо забралась внутрь. Я тоже утрамбовался назад, и мы отправились в путь.

Ехали молча. Костя даже музыку не решился включить. Карина ехала с видом, будто её на бал везут, а не к психу.

Наконец, доехали до частного дома. Старый, обшарпанный, с завешенными чем-то тёмным окнами.

— Ну что, приступим, — проговорила Карина Владимировна.

Затем бросила взгляд на Костю. Тот подорвался, выскочил из машины, открыл ей дверь. Принцесса прям.

Вдвоём мы подошли к двери. Карина громко постучала. Никто не ответил.