За это время ещё и овощной салат сделал, заправив оливковым маслом. Готовую курицу разложил по тарелкам.

Гриша уже сидел за столом, нетерпеливо поглядывая на кухню. Ну, он покушать всегда в первых рядах.

— Вкусно пахнет как! — восхитился он. — И выглядит отлично!

— Приятного аппетита, — кивнул я.

Ели молча, Гриша слишком сосредоточенно жевал, чтобы отвлекаться на разговоры.

— Как же вкусно ты готовишь! — восхитился он после ужина. — Так даже в ресторанах не готовят!

— Рад это слышать, — улыбнулся я. — Кстати, завтра я работаю тоже, учти. Дома снова будешь за главного.

— Последние денёчки перед выходом на работу, — вздохнул Гриша. — Понял.

После ужина Гриша, как обычно, развалился на раскладушке с телефоном в руках. А я решил потренироваться в сортировке трав бабы Дуни. Расположился за столом, высыпал содержимое мешка. Принялся сосредоточенно их сортировать.

— Сань, ты что делаешь? — вдруг встревоженно спросил Гриша.

— Травы сортирую, — честно ответил я. — Хобби у меня такое. Недавно появилось.

— Травы? — с лёгким подозрением в голосе переспросил он. — Довольно необычное хобби. Раньше ты никогда таким не интересовался.

— Ну, люди меняются, — пожал я плечами.

Он немного понаблюдал за тем, как я их сортирую.

— А ты не колдун? — вдруг резко спросил друг.

Вот это вопрос!

— Что? — переспросил я.

— Ну, просто ты такой странный стал: то фикусом заинтересовался, то вот травы ковыряешь, — пояснил мой друг. — Я и подумал…

— Колдунов не бывает, — заметил я. — Не говори глупостей.

— Да я и сам знаю, — кивнул он. — Просто иногда мне кажется, что ты стал совсем другим человеком. Наверное, устал просто. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — кивнул я.

Гриша улёгся на свою раскладушку и через несколько минут уже мирно засопел. А у меня мысли уже крутились о его словах.

Стал совсем другим человеком… Неужели он начинает что-то подозревать? И что тогда с этим делать?

Ответов пока что не было.

Я ещё некоторое время потренировался в сортировке, а потом и сам отправился спать.

Посреди ночи меня разбудил странный звук. Тихий, осторожный. Так, это же входная дверь.

И прямо сейчас кто-то пытается её открыть.

Кто-то пытался открыть входную дверь, но делал это крайне неумело. Вор, по крайней мере, старался бы действовать бесшумно. Да и вообще сначала бы убедился, что дома никого нет.

Я встал и подошёл к двери. Гришу посторонние звуки вообще не смутили, он так и продолжил спать, развалившись на раскладушке.

— Кто там? — громко спросил я.

За дверью послышалось невнятное бормотание. Я приоткрыл дверь и выглянул наружу.

На пороге стоял мой сосед, Александр Петрович. Перегаром от него несло за километр, и это как минимум.

Он удивлённо уставился на меня мутным взглядом и покачнулся. Едва устоял на ногах.

— Саня? — с искренним недоумением выдавил он. — Это что, не мой дом, что ли?

— Не твой, — вздохнул я.

Хорошо был знаком с этим соседом. Помню, как около месяца назад он, тоже будучи в состоянии алкогольного опьянения, проткнул себе руку ножом. Пришлось среди ночи оказывать ему первую помощь.

Потом он приходил ко мне на приём, обещал больше не пить. Даже по дому кое с чем мне помогал, тот же котёл починил. А теперь вот, снова пьяный.

— Я… перепутал, кажись, — выдавил из себя Александр Петрович. — Извиняй.

Он снова покачнулся и чуть не свалился с крыльца. Совесть не позволит отпустить его одного искать свой дом. Сейчас ещё нарвётся на менее дружелюбного соседа.

— Постой минуту, — я быстро оделся и вышел к нему на улицу. — Давай провожу тебя.

Петрович протяжно икнул, спорить не стал. Я повёл его к дому, забрав ключ, которым он пытался вскрыть мою дверь.

Открыл его дом, пропустил внутрь, усадил на диван.

— Что случилось? — не знаю, ответит ли он в таком состоянии, но знать всё-таки нужно. — Ты же бросил пить.

— Дочка… — всхлипнул тот. — Саня, друг, помоги!

Он закрыл лицо руками. Ух ты, не знал, что у него есть дочь. По крайней мере в доме точно не было никаких следов её присутствия.

— Что с дочкой? — спросил я. — Говори, не молчи.

— Болеет, — ответил Петрович. — Жена, сволочь, даже навестить её не даёт. Мы развелись три года назад, мол, я пьяница. А дочь, как же она там… В больнице лежит!

— Что у неё, диагноз какой? — спросил я.

Теперь понятно, почему Петрович вообще напился. Переживает из-за своей дочки.

— Мени-ик-гит, — с трудом ответил тот. — Или нет… Не знаю!

Он снова закрыл лицо руками.

— Так, — строго произнёс я. — Сейчас ты ложишься спать. Проспись, приведи себя в порядок. Завтра придёшь ко мне в поликлинику, я дежурю. Попробуем узнать информацию про твою дочку.

— Чееестно? — протянул Александр. — Обещаешь?

— Если ты обещаешь прийти в нормальном состоянии, — кивнул я. — Вот такие проблемы мне точно не нужны.

— Хорошо, — кивнул тот. — Я спать!

Он улёгся на диван даже не раздеваясь и через пару секунд уже захрапел. Вот это оперативность!

Не уверен, запомнил ли он вообще наш разговор. На всякий случай оставил ему записку, где всё это продублировал.

Затем аккуратно прикрыл дверь и вернулся к себе домой. Гриша даже не проснулся, так и спал своим богатырским сном. Мне бы такую способность.

Я тоже лёг досыпать остаток ночи. С утра встал, сделал зарядку, привычно приготовил завтрак себе и другу и отправился в поликлинику. Моё первое дежурство в поликлинике в выходной день.

Помещение встретило меня непривычной тишиной. Обычно с утра здесь уже была толпа пациентов и жаркие споры возле окошек регистратуры. Но в выходной было на удивление тихо.

Я зашел в регистратуру и встретил там Светлану. Надеялся, что на моё дежурство выпадет другой регистратор, но не повезло. Со Светланой уже было несколько конфликтов, и общий язык мы так и не нашли.

— Доброе утро, доктор, — увидев меня, поджала она губы. — Сегодня, значится, вы дежурите?

— Да, — кивнул я. — Уже кто-то приходил?

— Вы же здесь никого не видите, — огрызнулась она. — На всякий случай предупреждаю вас заранее. В субботу в поликлинике дежурит только терапевт. Соответственно, к вам я буду отправлять всех пациентов, даже с болями в животе.

Намекает на ту ситуацию, когда отправляла мне хирургических пациентов в обычный будний день. Хотя ситуации тут совсем разные, это и так ясно.

— Это было и так понятно, — пожал я плечами. — Другое дело, когда вы отправляли их, а в поликлинике был хирург.

Она снова поджала губы и обиженно посмотрела в сторону.

— В общем, пациент приходит, я приношу вам карточку, вы принимаете, — отчеканила она. — Надеюсь, не запутаетесь.

Я кивнул и отправился к себе в кабинет. Лена уже была там.

— Доброе утро, — бодро поздоровалась она.

— Доброе, — отозвался я. — Ну как, готова к нашему первому дежурству?

— Готова, — козырнула она. — Надеюсь, оно пройдёт спокойно.

Очень в этом сомневаюсь. В медицине вообще редко бывают спокойные дни. Даже несмотря на то, что работаем мы в маленьком городе.

Я успел снять куртку и надеть халат, и Светлана принесла первую карточку.

— Девушка стоит на учёте по беременности, — предупредила она меня. — Жалобы на температуру.

Вслед за регистраторшей в кабинет зашла молодая девушка лет тридцати, с красным носом и уставшим лицом.

— Здравствуйте, доктор, — обратилась она ко мне.

Так, Акшина Оксана Ивановна, двадцать восемь лет, беременность двадцать две недели.

— Здравствуйте, — кивнул я. — Присаживайтесь. Рассказывайте, что беспокоит.

— Да на работе простыла, кажется, — прогнусавила она. — Говорила же, не надо окно открывать. Но нет, душно им, видите ли. И вот, нос не дышит, горло болит и температура тридцать семь и пять. А я понятия не имею, чем мне лечиться!

Я задал несколько вопросов, перешёл к осмотру. Красное горло, увеличенные миндалины, повышенная температура. Классическая ОРВИ.