Преследователи отставали, но не сдавались. Три рейдерских крейсера и два линкора землян делали всё возможное, чтобы межгалактический преступник, только по недоразумению когда-то бывший главнокомандующим космического флота Земли, не ушёл от возмездия. Не успели…

Линкор «Земля» исчез, совершив прыжок, и флот преследования остановился. Беглеца и его пособников они упустили!

— Прощай командир и прости меня… — Новый главнокомандующий космических сил Солнечной системы Сергей стоял в рубке нового флагманского линкора землян с гордым именем «Дима», и грустно смотрел в пустоту межзвездного пространства. Его мысли были далеко, где-то там, куда сейчас летели беглецы.

«Дима»… даже имя звездолёту мы не можем пока дать нормально, потому что в честь преступников боевые корабли не называют! Первый Герой Земли, Дмитрий Найденов звучало бы куда лучше! Сергей стиснул зубы. Ничего! Когда Земля станет сильнее, мы воздадим все почести Героям, которые пожертвовали собой ради того, чтобы она процветала! И насрать нам будет на мнение Содружества! А пока… Все корабли его группы названы просто именами. Линкоры «Дима» и «Кира», рейдерские крейсера «Заг», «Витя» и «Денис». Те люди, которые сейчас улетали с командиром. Сергей знал, что есть секретный приказ Правителя, и у кораблей уже есть вторые имена, только их нельзя пока называть. Пока… Да пока нельзя, но все во флоте знают, в честь кого они названы!

Кира, Заг, Денис и Виктор добровольно присоединились к командиру, как и ещё две тысячи человек: десантников, инженеров, пилотов, и других специалистов. Трюмы и ангары линкора забиты припасами, ботами, истребителями, оружием, роботами, запасными частями и ещё много чем просто под завязку. В криокапсулах линкора «Земля» лежат и ждут своего часа ещё десять тысяч мужчин и женщин — колонистов. Да, колонистов, ведь линкор не собирается прятаться в нашей галактике, он летит в новую! Единственным условием командира, которое он озвучил на памятном совещании, где Сергей сидел, потупив взгляд и не смея смотреть на человека, который подарил ему новую жизнь, была установка нового прыжкового двигателя на его линкор, того самого, который сможет достичь другой галактики!

Сергей помнил ту ночь и не забудет никогда! Ту ночь, когда они предали Командира! Он сидел спокойный и с улыбкой на лице слушал о своей участи, которую ему уготовили его бывшие друзья и соратники. Ни один мускул не дрогнул на его лице, у него не было агрессии и паники, он не злился на них, он всё сразу понял и принял свою судьбу как должное! Он готовы был умереть, и даже давал советы, как лучше поступит с его телом, чтобы враги не получили секретные сведения, хранящиеся на двух его имплантатах. Ему было весело, а Сергей плакал. Плакал в первый раз в жизни от безысходности и бессилия.

Сергей встряхнулся, приходя в себя. Нельзя придаваться грусти и опускать руки, командир бы этого не одобрил! Командира мы не хороним, он жив, а значит мы ещё встретимся!

«До встречи в следующей жизни!»

«Слава первопроходцу!»

«Магия = физика = будущее!»

«Лёня, когда проснёшься, ты снова станешь молодым!»

Плакаты с этими и множеством других лозунгов и напутствий держали в руках люди, собравшиеся за оградой Центрального Научного Исследовательского Института А-Энергии.

— Ладно, перед смертью не надышишься, — пробормотал я и отъехал от окна. — Начинаем.

— Как скажете, Леонид Петрович.

Профессор Белоусов кивнул стоящему рядом с ним роботу, и тот, подойдя к креслу-каталке, аккуратно поднял меня на руки. Несколько шагов, и он опустил меня в блестящую хромом криокамеру.

Только когда спина коснулась твёрдой поверхности, я окончательно осознал, что пути назад нет и из этого ящика у меня только два выхода. В другой мир, если ребята успеют закончить исследования, или в небытие вместе с моим миром, если они опоздают.

— А может, ну его на фиг? — усмехнулся я, глядя на сбившихся в углу большой операционной родных и близких, провожающих меня в последний путь. — На таблеточках худо-бедно ещё лет пять протяну.

— Вы же знаете, Леонид Петрович, что мы и так тянули до последнего. — Круглое лицо профессора Белоусова выглядело смущённым. — Дальше начнутся необратимые повреждения мозга, и это…

— Да знаю я, Семён, знаю… шучу… Ну что, давайте прощаться?

— Дедушка! — тут же кинулась ко мне Василиса, как всегда, упустив приставку прапра.

Малышке не хватало роста, чтобы добраться до меня, но Аксис, как всегда, все просчитал заранее и послал сигнал роботу. Тот подхватил девочку под мышки и поднял.

— Почему ты плачешь, маленькая? — Я поднял руку и вытер слезинку, скатившуюся по щеке Василисы. — Дедушка же просто ложится спать.

— Мы больше никогда не увидимся! — всхлипывая, проговорила праправнучка.

— Может, и увидимся, магия может всё! — Я постарался улыбнуться как можно теплее и вложить в голос побольше уверенности. — Ладно, поцелуй дедушку и беги.

Робот поднёс малышку совсем близко, её светлые волосы упали мне на лицо, и она чмокнула меня в щеку.

Следом за самой маленькой представительницей семьи, ко мне по очереди подходили и другие. Все старались подбодрить и тщательно скрывали переполнявший их страх.

Последним у криокамеры остановился Александр Снегов, второй не родственник, помимо профессора, присутствующий в операционной.

— Ну что, Саша, — улыбнулся я своему преемнику, будущему руководителю ЦННИА. — Не подведёшь старика?

— Как можно, Леонид Петрович. — Голос мужчины дрогнул. — Не знаю, что случится с нами, но вы уже через несколько минут снова станете молодым и окажетесь в безопасном мире.

— Буду ждать всех вас там!

Я, насколько позволяла уже плохо слушающаяся рука, сжал ладонь преемника, и он отошел.

— Готовы, Леонид Петрович? — надо мной возникла фигура профессора Белоусова.

— Нет, — ответил я и закрыл глаза. — Запускай!

Последнее, что я услышал перед щелчком замка крышки криокамеры, был крик Василисы:

— Спокойной ночи, дедушка!

— Миша, смотри! — раздавшийся над самым ухом крик вырвал меня из сна, и я открыл глаза.

Передо мной маячило чёрно-белое пятно. Я сфокусировал взгляд и понял, что это свежий выпуск «Волховского вестника».

'Сегодня в номере:

…Дружина князя Соколова смогла зачистить все три этажа и закрыть яму в тридцати километрах от столицы! Это стало сотой, юбилейной, полностью зачищенной ямой с момента начала кризиса. Слава героям!

…СКА напоминает! Продажа туш монстров класса три и выше частным лицам запрещена и карается смертной казнью! В каждом городе Рязанской империи организован пункт скупки!

…С сегодняшнего дня для всех жителей Рязанской империи мужского пола в возрасте от 18 до 60 лет, имеющих гражданство других государств, вводится дополнительное боевое дежурство. Теперь их будет два. Для всех остальных жителей Рязанской империи, имеющих гражданство других государств, вводится дополнительный сбор на нужды обороны. Пять рублей в месяц. Контроль за выполнением нового закона поручается СКА.

…Незарегистрированный маг, чудом не поджёг зал столичного театра'.

Газета исчезла из-под моего носа, и сразу за ней обнаружился громадный светловолосый парень двадцати лет. Его звали Владимир, и он был моим соседом по маленькой принадлежащей мне двухкомнатной квартире, а заодно ещё и другом.

Точнее, другом того парня Миши, в теле которого я очутился неделю назад.

— Последнюю новость видел⁈ — тряс газетой Вова. — У этого поджигателя не было слитка! Ты, похоже, прав, и магию можно колдовать в том числе и за счёт внутренних резервов.

Конечно, я прав, ведь я работал с А-энергией большую часть своей жизни. Правда, об этом моему новому другу лучше не знать.

— К такому выводу придёт любой не идиот, если прочитает все газеты, лежащие на полу в туалете.