— Конечно. В любой момент — достаточно сказать слово.
Про стоп-слово она читала. Ещё там было написано, что это важнейшая часть договора между верхним и нижним.
— Да, кстати, а какое у нас будет стоп-слово?
— Любое, — в голосе Левента чувствовалась растерянность. Его пальцы выскользнули из её тела. — Любое человеческое слово. Ведь обычно собаки не говорят.
12. Приключение начинается!
Женю мучило ощущение того, что она где-то облажалась. Наверняка Аглая вела бы себя иначе во время осмотра — более доверчиво и послушно. И не задавала бы прекрасному Левенту глупых вопросов. Но что сделано, то сделано.
После осмотра Левент поинтересовался, какие продукты Женя любит, какую музыку слушает и соблюдает ли диету. Она ответила, что любит крабы, сыр с трюфелем, фуа-гра с малиновым соусом и американскую группу Мамас энд Папас. А диету не соблюдает. Он тщательно записал её шутливые ответы (фуа-гра она ела один раз в жизни, а Мамас энд Папас считала музыкой для старых хиппи). Потом он позвал медсестру, и она взяла у Жени кровь на анализ. Когда с медицинскими процедурами было покончено, Левент попросил Женин паспорт и отсканировал каждую страничку.
— Вас рекомендовал Князь, и мы полностью вам доверяем, но копия паспорта — это разумная мера предосторожности.
Она кивнула. Конечно, Князь рекомендовал только самых проверенных членов собачьего клуба, чужих там не было и быть не могло, но на всякий случай проверить паспорта гостей — здравая мысль. Аглая говорила, что Князь нигде и никогда не разглашал её реальные имя и фамилию, поэтому Женя не волновалась, что в ней распознают шпионку. Мог возникнуть вопрос насчёт возраста: в анкете было написано, что ей двадцать три, а по паспорту значилось двадцать шесть, но Женя надеялась, что ни Левент, ни Сергей Сергеевич не придадут значения этому мелкому несоответствию. А если и спросят, она как-нибудь выкрутится.
Женю больше волновало, что она ненароком могла выдать себя сама: своей реакцией на какие-то обычные для тематиков вещи, своим поведением. Левент явно удивился, когда она спросила про отказ от вязки. Скорее всего, избегать таких мероприятий было не принято. Возможно даже, это нечто вроде поощрения для «собак». Какой же дурак откажется от поощрения?
Когда она надевала за ширмой трусы, то заметила, как увлажнились её губы. Левент знал толк в интимном массаже. Если этот «тренер-дрессировщик» с внешностью и статью турецкого султана будет массировать её клитор каждый день, то она сама взмолится о вязке. Телесные потребности (тем более умело разжигаемые) нельзя сбрасывать со счетов.
Водитель Влад привёз её домой и сдержанно попрощался. Знал ли он о том, кто она такая, и чем планирует заниматься с его начальником? Женя ещё не привыкла к роли, в которую пыталась вжиться. Ей было неловко перед молчаливым Владом.
Дома она подробно описала встречу с Левентом в личном дневнике. Она вела его в сети, для удобства открыв новый файл под названием «Операция Бусинка». Туда она записывала всё, что относилось к текущему проекту: факты, предположения, события, найденную информацию, свои размышления. Никто, кроме Яна, не имел доступа к её записям. Женя немного замешкалась, решая, описывать ли интимный контакт с Левентом, но потом скупо пересказала то, что произошло в медицинском кабинете. Вряд ли Ян ожидал чего-то другого, посылая её в логово извращенцев.
Через два дня от Сергея пришло ещё одно письмо. Он сообщал, что собеседование с Левентом (так вот как называлась эта встреча!) прошло успешно, и он с радостью примет её в своём доме в четверг утром. То есть завтра. Машина будет ждать её в девять часов утра у подъезда.
Что ж, значит, завтра она познакомится с Сергеем Потаповым, возможным кандидатом в президенты. Он пока ещё не выставил свою кандидатуру на выборы, но все аналитики сходились на том, что это вполне вероятно. Женя написала сообщение Яну. Тот откликнулся немедленно: «Отлично! У тебя всё получилось. Всё будет хорошо. Если что-то тебе не понравится, просто бросай всё и возвращайся домой. Нет никакой необходимости терпеть издевательства. Желаю удачи! Будем на связи. Я тебя люблю, детка! Целую, обнимаю!». На сердце потеплело от его слов. Женя прикоснулась к бриллианту на пальце, погладила его, как живую зверушку. Потом сняла кольцо и спрятала в коробку с драгоценностями. Их у неё было немного, но все — стильные и недешёвые вещицы. И практически все подарены Яном, который отлично разбирался не только в дорогих автомобилях, но и в модных украшениях.
Несколько часов Женя потратила на сборы — не потому, что хотела взять как можно больше одежды, а потому, что не знала, какие вещи могут ей пригодиться. Она понимала, что едет не в Турцию загорать, а исполнять роль собачки, и эта мысль приводила её в ступор. Сколько комплектов белья ей нужно на неделю? А джинсов и футболок? А вечерних нарядов? Не будет же она всё время ползать на четвереньках? Или будет? Нужна ли ей косметика, фен и босоножки на каблуках?
Так и не придя ни к какому решению, она сложила в чемоданчик комплект одежды, который обычно брала в короткие командировки: немного белья, запасные джинсы, простое хлопковое платье, кроссовки. Поколебавшись, добавила босоножки. В конце концов, если её будущий хозяин не отдал на этот счёт никаких распоряжений, значит, это не имело значения. Не исключено, что у него приготовлена отдельная гардеробная для новой собачки. Ошейнички, хвостики, красивые наморднички…
Спала Женя плохо. Крутилась в жаркой постели, переворачивала подушку прохладной стороной наверх, то сбрасывала одеяло, то вновь его натягивала. Всё представляла, как пройдёт знакомство с СС. Всё же он был известной личностью. А, может быть, и будущим президентом, чем чёрт не шутит? И, хотя Женя неоднократно брала интервью у сильных мира сего, так высоко взлетать ей ещё не доводилось. Правда, называть взлётом стояние на карачках и виляние хвостиком было глупо и самонадеянно. Скорее уж, это падение на самое дно.
Не вставая с постели, она включила ноутбук и посмотрела утренний блог Яна. Он, как обычно, лучился насмешливой улыбкой, щурил дымчатые глаза за стеклами очков и сиял белоснежной рубашкой. Неброский галстук и жилет словно подчёркивали весомость информации, которую выдавал Ян. В целом он был похож на диктора какого-нибудь центрального канала, только более свободный, жёсткий, злой и харизматичный. Сегодня он рассказывал о том, что пенсионерам привезли подарки от благотворительного фонда, но в каждый пакет засунули листовки одного из кандидатов в президенты. Листовки призывали голосовать за этого кандидата и обещали новые продуктовые наборы. За пять минут Ян убедительно доказал связь между фондом и кандидатом, а также тот факт, что фонд финансировался из бюджета. Это означало, что кандидат использовал государственные деньги для своего продвижения.
Блог был выложен всего час назад, а его посмотрело уже полмиллиона человек. Дискуссию под видео Женя читать не стала. У Яна было достаточно сотрудников, которые занимались чтением и модерацией отзывов.
Она лишь остановила видео и провела пальцем по губам Яна. Если всё пойдёт по плану, через несколько дней эти губы будут её целовать.
В девять утра она вышла на улицу. Вдохнула полной грудью столичный воздух. Водитель уже стоял около своей чёрной блестящей машины. Он был одет в строгий костюм, а на лице сохранял прежнее отсутствующее выражение. Но Женя всё равно ему улыбнулась.
Она сделала несколько шагов и хотела сесть на заднее сиденье, как Влад попросил:
— Отдайте мне ваш телефон, пожалуйста.
Женя не поверила собственным ушам:
— Отдать телефон? Зачем?!
— Это распоряжение не подлежит обсуждению, — отрезал он.
— Но…
Возразить было нечего. С тяжёлым сердцем Женя отдала Владу телефон. Тот ловко вытащил симку, упаковал её в отдельный пакетик и засунул вместе с телефоном в плотный бумажный конверт. И отдал конверт какому-то парню, который стоял неподалёку! Парень удалился быстрым шагом, сел в припаркованную машину и уехал!